Убийства в топе - Евгения Королёва

– А мы, господин Петров? Вы отмалчиваетесь весь эфир. Можете добавить что-то к сказанному?

Дэн Петров, который до сих пор практически дремал в своем кресле, поморгал, облизал губы и выпрямился:

– Д-да, конечно, у меня есть творческие планы. – Он говорил манерно, растягивая слова. – Сейчас я пишу роман про писателя, который пишет роман про писателя, который пишет…

– Роман про писателя?

– Именно! Это такой фрактал, в котором каждый более глубокий слой зависит от верхнего слоя.

Ведущий, который очень старался вникнуть в смысл сказанного, услышал смешки и шушуканье в зале, понял, что публика считала не вполне трезвое состояние гостя.

– И когда у моего героя писательский блок, его персонаж не может продолжать существовать, он как бы замирает в своем пространственно-временном…

– Мы прервемся на рекламу, не переключайтесь!

Ева вздрогнула и проснулась. Может, было бы лучше, если бы она и правда умерла. Жаль, в этой «передаче» не рассказали про обстоятельства дела. Интересно, кто ее убил?

Она нашарила под кроватью тапочки и пошла в туалет.

Глава 8.

Спустя почти месяц, когда Ева появилась на крыльце клиники, выглядела она намного лучше. Она уже знала, что Илья выжил. Сложная операция вернула его с того света, а ее, Еву, спасла от тяжких юридических последствий. Премию «Искусство убивать» закрыли навсегда. Но сегодня это последнее, что ее заботило. Она куталась в пушистый воротник белого пуховика и сдувала с него редкие снежинки.

Передняя дверь голубого «соляриса» на парковке открылась и оттуда выскочила счастливая Кира. Она подбежала к подруге, выхватила сумку у нее из рук и обняла.

– Поехали домой, дорогая.

Когда машина тронулась, Ева пристегнула ремень и повернулась к подруге.

– Спасибо, что разрешила перекантоваться у тебя.

– Глупости. Я счастлива, что ты останешься у меня! Будем жить вместе, как студентки, как Моника и Рейчел. Ну или как Чендлер и Джо. Я даже знаю, кто из нас Джо, – Кира недвусмысленно покосилась на свою пассажирку.

Ева улыбнулась и прислонила голову к боковому стеклу.

Кира жила в кирпичной пятиэтажке у метро Дмитровская. Пока они пыхтели, забираясь на последний этаж, Ева спросила:

– Почему ты до сих пор не нашла себе место получше?

– С лифтом и сканером отпечатков? – хихикнула Кира. – Я не хочу. Дмитровская – моя малая Родина. Не в смысле, что я тут родилась и выросла, нет. Просто, когда приехала в Москву, чтобы учиться в Литинституте, поселилась в общаге, тут недалеко.

– Ты не говорила, что закончила Лит.

– Да я и не закончила. Сколько раз потом меняла районы, но меня всегда тянуло сюда. В итоге я тут и поселилась. Это моя зона комфорта. К тому же у меня в квартире шикарная кирпичная стена. Не симуляция, а настоящие кирпичи, сейчас покажу.

После осмотра симпатичной квартиры, оформленной в стиле лофт, они сидели на кухне у Киры, и та вводила Еву в курс дела.

– В соцсети не заходи. Нечего тебе там делать.

– Почему? Что происходит? – спросила Ева довольно безразличным тоном, намазывая творожный сыр на тост.

– Я не уверена, что тебе сейчас стоит обсуждать такие вещи.

– Перестань. Меня бы не выписали, не будь я в норме. Ты думаешь, кто-то может причинить мне боль словом? Все ужасное уже случилось.

Кира внимательно посмотрела на подругу, и, судя по всему, ее внутренний детектор нестабильной психики не забил тревогу, поэтому она рассказала:

– Ну-у-у, как обычно, кто во что горазд. Ты же знаешь, какие люди злые. Им надо кого-то ненавидеть. Люди препарируют старые интервью, строят догадки, воссоздают внутрижанровые интриги, пытаются понять кто против кого дружит. Много грязи. Кто-то пишет, что из всей пятерки ты была меньше всего достойна остаться в живых. Кто-то – что ты пыталась пройти по трупам за «Золотым револьвером». Кто-то – что ты, скорей всего… – Кира запнулась, но Ева всем видом показала, что ждет продолжения, – … что, скорей всего, ты их всех и порешила. А муж-коп догадался, и поэтому ты пыталась убить и его тоже.

– Хм, неплохая версия. Если бы это была книга, получился бы отличный твист!

Обе засмеялись. Затем Кира посерьезнела и вздохнула:

– Прям как в старые добрые. Будто ничего и не было.

Ева смущенно занялась бутербродом, потом запила его кофе.

– Что думаешь делать дальше?

– А надо что-то делать?

– Ну не прям сегодня, – крякнула Кира. – Кстати, несмотря на хайп, продажи взлетели. Ты в курсе, что твои книги заняли весь топ? Не детективный топ, а вообще? Топовый топ! Так что в плане денег у тебя все хорошо. Но ты же не остановишься на достигнутом? – она заговорщицки улыбнулась.

Ева отодвинула кружку и положила ладонь на Кирину руку.

– Дорогая, я решила отойти от дел.

Кира закивала.

– Конечно! Я же говорю, тебе нужно время отойти, восстановиться. Пару месяцев. Съезди куда-нибудь, развейся. Ты давно хотела на Кубу. Чем не повод?

– Я больше не буду писать. Прости. Не могу. Меня тошнит от этого бизнеса. Слишком много крови. И неважно, реальная она или воображаемая. Кто-то явно не видит разницы, а я не хочу в этом участвовать. Тем более, как видишь, я сама стала путаться, где реальность, а где вымысел. Я больше не доверяю сама себе.

– Подожди. У нас же не закончена серия про Сашу Коршунову! Читатели с ума сходят, мучаясь в догадках, жива ли она! Да и вообще, как можно вот так взять и все бросить?! Ты с ума сошла.

– Сошла – не сошла, но на карандаш меня уже взяли, – Ева грустно улыбнулась.

– Это не смешно. – Кира заговорила почти шепотом. – Да, у тебя был нервный срыв, что можно понять, учитывая обстоятельства. Но ты не можешь так поступить. Мы столько лет шли к этому успеху.

– Поэтому я и прошу прощения. Мне не хочется тебя подводить. Но я больше не пишу, Кир.

– Кир? Кир?! – она вскочила и заметалась по кухне. Ева отпрянула к спинке стула. Кира уперлась руками о балконную дверь и опустила голову.

– Я, наверное, пойду. Поговорим позже. – Ева встала, чтобы уйти, но в этот момент Кира схватила ее за локоть и швырнула обратно с такой силой, что Ева упала мимо стула.

– Все нормально, все нормально! – затараторила она. – Со мной все хорошо.

Кира схватила стул, поставила его прямо над Евой, так что ножки оказались по обе стороны от нее, девушка оказалась в ловушке.

– Нет. Ты никуда не пойдешь, и мы поговорим сейчас, – прохрипела Кира и села на стул верхом, нависая над Евой, которая изо