Каникулы с вампиром - Наталия Николаевна Антонова

Но никуда поехать они не успели, так как зазвонил стационарный телефон, и Морис, сняв трубку, заученно произнес:

– Детективное агентство «Мирослава» слушает.

– Здравствуйте, – проговорил взволнованный женский голос на другом конце провода, – меня зовут Елена Львовна Яковлева, и мне нужно срочно поговорить с Мирославой Волгиной.

– По какому вопросу?

Морис включил громкую связь, и ответ звонившей они уже услышали вдвоём:

– У меня с особой жестокостью убили отца. И я хочу, чтобы вы нашли, кто это сделал.

У Мориса промелькнула мысль, что если они заключат договор с клиентом, то не смогут продолжить поиск вампира. Ему стало грустно, но он всё-таки спросил:

– Кто вам нас рекомендовал?

– Усольцев Павел Трофимович.

И так как Морис замедлился с ответом, женщина быстро проговорила:

– Павла Трофимовича обвинили в убийстве собственной жены, и его адвокат обратился к вам.

Морис посмотрел на Мирославу и вздохнул:

– Да, мы помним это дело.

– Усольцев близкий знакомый друга моего отца, Игоря Валентиновича Павловского, – заторопилась женщина, – я у него работаю, и он посоветовал…

– Работаете у Усольцева? – переспросил запутавшийся в её пояснениях Морис.

– Нет, у Павловского.

Мирослава взяла у Мориса трубку и сказала:

– Здравствуйте, Елена Львовна, это Мирослава.

– Здравствуйте… – Чувствовалось, что женщина растерялась.

Вероятно, она не ожидала, что её так быстро соединят с Мирославой.

– Как убили вашего отца? – спросила Волгина.

– Я не знаю точно, как его убили. Но его разрубленное на куски тело подбросили Ирине Михайловне Валентовой.

– Кто это?

– Женщина моего отца.

– Любовница?

– Я бы так не сказала, – отозвалась Яковлева.

Понимая, что выяснить нюансы возможно только при личной встрече, Мирослава сказала:

– Когда вы можете к нам подъехать?

– Сейчас, – быстро ответила женщина и тут же поправилась: – Точнее, через час или чуть больше. Мне потребуется время, чтобы доехать до вас.

– Приезжайте, – сказала Мирослава и опустила трубку на рычаг.

– Значит, мы остаёмся дома, – скорее констатировал, чем спросил, Морис.

– Значит, – ответила она и добавила: – Кажется, небо услышало твои молитвы.

– Мои молитвы? – не сразу понял он.

– Ну ты же хотел, чтобы по этому делу у нас появился клиент и мы могли бы рыть землю на законных основаниях.

– Мы оба этого хотели, – поправил он.

– Ой ли? – Её правая бровь взлетела вверх.

– У вас этот номер не пройдёт, – заявил он ей серьёзно.

– Какой номер? – спросила она, изобразив полное недоумение.

– Убедить меня в своей святой невинности.

Мирослава весело расхохоталась.

– Я что-то не так сказал? – озадачился он.

– Да нет, для человека, которому русский язык не является родным, ты выражаешься прекрасно. И даже более того.

– Великолепно! – заявил он.

– Можно принять и этот эпитет.

– Кстати, от этих ваших «да нет» и «нет да» любой иностранец может просто свихнуться.

– Но ты же не свихнулся, – улыбнулась она.

– Это только потому, что я с раннего детства слышал рядом с собой русскую речь и сам говорил на русском со своими многочисленными русскоязычными друзьями.

– С русскими? – уточнила она.

– Почему же это именно с русскими? – повёл он своими широкими плечами. – Вы думаете, что для того, чтобы говорить с украинцами, узбеками, грузинами, киргизами, евреями, молдаванами, я учил украинский, узбекский, грузинский, киргизский, идиш, молдаванский и прочее, прочее, прочее?

– А! Вот с прочего-прочего-прочего и надо было начинать! – проговорила она голосом «Чуда-Юда беззаконного» в исполнении Георгия Милляра из сказки «Варвара-краса, длинная коса».

Морис, глядя на неё, не смог удержаться от смеха.

– С вами не соскучишься, – проговорил он, вытирая слёзы.

Будущая клиентка появилась возле их ворот только через полтора часа. Её «Опель» въехал на подъездную дорожку и сразу остановился.

Морис стоял рядом и ждал, пока женщина выберется из салона, потом представился:

– Детектив Морис Миндаугас.

– Елена Яковлева. Простите, я попала в пробку.

– Мы понимаем, Елена Львовна.

– Просто Елена, – сказала она и подумала: «Это он брал трубку. И отчество моё запомнил».

Даже находясь в подавленном состоянии и будучи влюблённой в другого мужчину, она не могла не заметить, как он красив. Но восхищение, всего на миг промелькнувшее в её глазах, тотчас сменилось печалью.

– Проходите в дом. Мирослава ждёт вас, – мягко произнёс Миндаугас.

Он провёл молодую женщину в кабинет детектива и, оставив их наедине, вышел в приёмную. Связь, специально установленная на его столе, позволяла ему слышать всё, о чём говорили люди, находящиеся в кабинете.

– Проходите, садитесь, – прозвучал голос Мирославы, – насколько я понимаю, вы Елена Львовна Яковлева.

– Да, – кивнула женщина и села на стул.

– А я Мирослава Волгина.

– Да, – снова повторила Яковлева.

– Я вас слушаю, – сказала Мирослава, вглядываясь в тёмно-карие глубокие глаза клиентки. Потом взгляд детектива скользнул по небольшому прямому носу, пухлым губам и упрямому подбородку.

Мирослава прикинула, что девушке не меньше двадцати пяти и не больше двадцати восьми лет. И скорее всего, она пока не замужем…

– Моего отца, Льва Сергеевича Яковлева, зверски убили, – начала с самого главного для себя Елена.

– Когда?

– Я не знаю.

– То есть?

– Понимаете, мы с моим молодым человеком Русланом Мищенковым уехали отдыхать в Крым.

– В мае?!

– Да, мы улетели на майские праздники. Так получилось, что у Руслана было десять свободных дней. И меня отпустило начальство. Мы, конечно, не собирались купаться в море, загорать, просто хотелось посмотреть Крым.

– Понимаю. Ваш отец был в курсе?

– Конечно! Он отвёз нас в аэропорт на своей машине и обещал встретить по прилёте назад. – Елена неожиданно смолкла.

Мирослава догадалась, что у девушки перехватило дыхание, и не торопила её.

– Я сейчас, – выдохнула Елена, – просто папа… Мама умерла, когда мне было три года. И меня растил отец. Он и не женился во второй раз из-за меня. Не хотел приводить в дом мачеху. Потом я выросла, – она смахнула слезинку тыльной стороной правой руки, – а папа так и не женился.

– В этом нет вашей вины, – тихо обронила Мирослава.

– Есть, – тряхнула гривой смоляных кудрей Елена, – я ведь не хотела, чтобы он женился! Нет, я никогда не говорила ему об этом. Но папа всё чувствовал сам. – Она тихо всхлипнула, но быстро взяла себя в руки и продолжила свой рассказ: – Короче, мы с Русланом улетели, а папа остался. Мы договорились созваниваться. Я позвонила ему по прилёте в Симферополь, мы мило поболтали и поехали с Русланом в Ялту. Вечером я позвонила отцу из гостиницы, и мы проговорили около получаса. Потом он позвонил мне утром и спросил, как наши дела. Я ответила, что всё отлично. Последний раз я дозвонилась до него в середине следующего дня. А потом его телефон замолчал. Но я не сразу встревожилась.

– Почему?

– Понимаете, у папы есть, – она осеклась, –