Последние поручения - Куив Макдоннелл

Ознакомительный фрагмент

Банни огляделся. «Украшения», о которых шла речь, заключались в чахлой мишуре и дешево выглядевших ангелочках, хаотично расставленных по заведению. В голове Банни всплыло воспоминание о школьных годах в Корке. Одному из парней удалось втянуть в дискуссию сестру Морган — молодую монахиню, в чьи обязанности входило обучать Священному Писанию малолетних хулиганов. «Если ангелы живут на небесах, — спросил одноклассник, — то куда они делают пи-пи? Неужто просто пускают струйки за борт?» Запаниковавшая сестра Морган тут же принялась утверждать, что ангелы не писают и не какают. Банни до сих пор помнил выражение ее лица в тот момент, когда она осознала, в какую яму угодила. У стайки десятилетних мальчишек всегда найдутся дополнительные вопросы. Пытаясь найти выход из ловушки, она объяснила, что у ангелов «там» настолько чисто, что ничего подобного они никогда не делают. «Но зачем тогда ангелочков рисуют в подгузниках, сестра?» Вместо ответа она громко запела «Придите, верные»[16] и замахала руками, приглашая класс присоединиться. Через год она оставила школу и уехала в Эфиопию. Очевидно, нести учение Иисуса людям в зоне боевых действий оказалось куда более безопасным занятием, чем работать с десятилетними детьми в Корке.

Обо всем этом Банни думал, разглядывая мрачного ангела, сидевшего на противоположном конце барной стойки. Судя по несчастному виду страдающего запором, бедный маленький придурок терпел уже целую вечность.

— Ну так что, они вам нравятся?

— В смысле?

— Украшения…

— Нет.

— О… — произнес бармен, вновь получив неприятный для себя ответ. Он еще раз собрался с силами: — А вы видели снеговика в конце бара?

— Я дождусь когда-нибудь напиток? — вопросом на вопрос ответил Банни.

Бармен долил пинту «Гиннесса» и поставил бокал на стойку.

— Четыре евро восемьдесят, пожалуйста. Вы не очень разговорчивый, да?

— Да.

Банни протянул банкноту в пять евро.

— Я ведь и сам такой же. Бывает, некоторые болтают столько, что просто караул.

Взяв сдачу и пинту пива, Банни побрел в самый дальний угол. В заведении больше не было никого, но это не значит, что сюда к вечеру не набегут люди, привлеченные после работы избытком «особой атмосферы».

Когда Банни проходил мимо снеговика, тот отреагировал на движение и запел. Молниеносный удар наотмашь свернутой в трубочку газетой «Геральд» заставил его кувыркнуться со стойки.

— Господи боже мой!.. Нет в вас рождественского духа, старый Скрудж[17].

Банни ничего не ответил, просто сел за стол в самом дальнем углу спиной к стенке. Затем еще раз огляделся, убедившись в том, что в заведении никого нет, кроме бармена, с обиженным видом стряхивавшего пыль со снеговика.

Банни развернул «Геральд» и посмотрел на заголовок, который нисколько не изменился с тех пор, как была куплена газета.

В ГОРАХ УИКЛОУ НАЙДЕНЫ ДВА ТЕЛА

Человеческие останки нашли строители, рывшие котлован в горах Уиклоу под фундамент нового Центра оценки окружающей среды. Строительство спорного объекта, получившего прозвище Царь Горы, откладывалось три раза из-за исковых заявлений в суд со стороны протестующих, не считая занятия экологами-активистами части леса на участке с целью недопущения начала строительных работ. Останки, которые Гарди еще предстоит идентифицировать, предположительно принадлежали двум взрослым мужчинам, которые, по оценке экспертов, пролежали в земле около двадцати лет. Горы Уиклоу долгое время являлись популярным местом захоронения тел со стороны дублинского криминального сообщества, однако в Гарди подчеркнули, что строить предположения пока рано. Министр туризма, одновременно являющийся депутатом нижней палаты парламента от данного округа, до момента выхода газеты в печать не дал никаких комментариев.

Под статьей располагался рисунок с планом территории и приблизительно отмеченным на нем местом обнаружения останков. Банни стал долго и пристально в него вглядываться. Откровенно говоря, он раньше даже не задумывался, как найти это место на карте.

— Вот те на, и что же теперь делать?

Банни вздрогнул и поднял глаза. Напротив него — в белом костюме, темных очках и фетровой шляпе — сидел тот самый человек, которого он застрелил и похоронил в горах Уиклоу восемнадцать лет назад.

— Я знаю, о чем вы думаете, детектив. Может, все-таки это не я?

— Ты мертв.

Банни попытался сосредоточиться на газете.

— Да, я мертв, но, похоже, уже не похоронен.

Банни поднял пинту, но, не донеся до губ, снова поставил на стол.

— Всякое бывает, но это не значит, что…

Человек улыбнулся. Его темная кожа стала морщинистой.

— Почти восемнадцать лет прошло с того дня, не так ли? Как это поэтично…

— Ты заслужил смерть, и я не чувствую за собой вину.

— Ясно.

Человек пожал плечами. Банни знал его вначале как Лопеза — до тех пор, пока они не нашли документы на имя Дэниела Зайаса.

— Тем не менее полиция, как правило, хоронит тех, кого убивают по закону. Вы не более чем обыкновенный преступник.

Банни ткнул пальцем в сторону Зайаса:

— А ты кусок говна, похитивший… — Банни осекся и опустил взгляд на столешницу.

— Даже после стольких лет вы не можете произнести ее имя, не так ли? Симона. Женщина-убийца, разделившая с вами постель. Хотя и ненадолго.

— Заткнись. Тебя не существует.

Зайас снял очки, обнажив пулевое отверстие вместо правого глаза.

— Может, я и не существую, детектив, но это не значит, что вы сможете меня игнорировать. — Зайас кивнул на газету. — Нравится вам это или нет, но ваши грехи больше не захоронены. И судя по тому, что мы ведем беседу, вы теперь не совсем в своем уме. Как вы когда-то говорили? «Если ты покончил с прошлым, это не значит, что прошлое покончило с тобой».

— Иди на хер!

Банни швырнул газету через стол в человека, которого там не было. Распавшись на листы, «Геральд» устлал собою пол.

Подняв глаза, Банни увидел бармена, к которому присоединилась женщина помоложе. Они вдвоем стояли за стойкой бара и нервно на него поглядывали. Женщина толкнула локтем бармена. Бармен бросил на нее раздраженный взгляд, прежде чем повысить голос:

— Как вы себя чувствуете, сэр? С вами все в порядке?

Банни смущенно махнул им рукой и встал. Он взял пальто, затем стал неуклюже собирать развалившуюся газету. Подняв все листы, он положил газету на стол возле нетронутой пинты и направился к двери.

Смех мертвеца за спиной следовал за ним по пятам.

Глава седьмая

Бриджит откашлялась и перетасовала лежавшие перед ней листы бумаги, как нервный дилер в «Три карты Монте»[18].

— Так, — сказала она, — призываю участников заседания совета директоров «Агентства МКМ» к порядку.

Подняв взгляд, она увидела Пола, сидевшего у противоположной стороны стола с ухмылкой на лице.

— До чего официально!

— Мы сделаем все