Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем
– Ах, это серьезное испытание, но и большая радость для матерей. Не так ли, миссис Флинт? Сегодня такой чудесный день, и я подумала, что можно выпить чаю в саду. Если, конечно, вам не будет холодно из-за ветра. Или вы предпочтете сначала немного отдохнуть с дороги в доме?
Слева от дома, в конце длинной тропинки, покрытой густой травой, стоит небольшая беседка с соломенной крышей, опирающейся на грубо вытесанные столбы из стволов деревьев. Их обвивают стебли плетистых роз. В центре стол, накрытый безупречно чистой льняной скатертью, на которой разместился чайный сервиз.
Миссис Фрай отводит их к беседке, всю дорогу не переставая тихо обсуждать с Рафаэлем брата своего мужа Фауэлла Бакстона и его семью, а также случившуюся у них недавно трагедию. Аде об этом ничего не известно, но она чувствует, что лучше не спрашивать. Пока ее спутники разговаривают, она разглядывает открывающиеся вокруг виды: просторные лужайки и декоративный пруд с утками, которые плещутся и нежатся на солнце, а вдали золотистые осенние леса Ист-Хэма и болота с едва виднеющейся лентой реки.
– Вы хотите попросить моей помощи в поиске осужденной преступницы? – спрашивает миссис Фрай после того, как все удобно устроились вокруг стола и она разлила чай.
– Да, – подтверждает Рафаэль. Ада решила, что лучше доверить рассказ ему. – Это очень странное дело, о котором вы наверняка слышали. Речь идет о женщине по имени Сара Стоун, осужденной лет восемь назад за кражу младенца у нищенки Кэтрин Кример. Мы полагаем, что нашли веские доказательства невиновности Сары Стоун и что ее осудили по ошибке. По ряду личных обстоятельств мы не можем раскрыть во всех подробностях суть доказательств, но считаем своим долгом отыскать Сару Стоун и дать ей шанс обелить свое имя. Знаю, что вы, ведя столь замечательную благотворительную деятельность, общались со многими женщинами-заключенными, включая тех, кого потом высылали в колонии. Сару Стоун приговорили к семи годам ссылки, но мы не знаем, был ли приговор приведен в исполнение. Возможно, вы встречали Сару во время одного из посещений Ньюгейта или плавучих тюрем либо что-то слышали о ней от других заключенных.
Поразмышляв несколько мгновений, миссис Фрай качает головой.
– Нет, – отвечает она. – Я помню, как слушалось то дело, и уверена, что запомнила бы встречу с женщиной, осужденной за столь печально известное преступление. Боюсь, у меня нет никаких сведений о ней. Если бы ее надолго оставили в Ньюгейте, мы несомненно увиделись бы, так что можно с уверенностью утверждать, что сейчас ее там нет. Увы, закон – грубое и порой суровое орудие. Печально видеть, в каком плачевном состоянии находятся несчастные узницы. Жаль даже тех, кого осудили по заслугам, что уж говорить о тех, кого наказали несправедливо. Богачи могут оплатить профессиональную защиту в суде, а беднякам приходится полагаться на милость плохо обученных судей, небеспристрастных присяжных и продажных полицейских. – Она ненадолго замолкает, потом добавляет смущенно: – Прошу прошения, миссис Флинт. Кажется, ваш покойный супруг служил окружным надзирателем. Уверена, он был достойным человеком, но, увы, есть среди полицейских люди безответственные и даже испорченные.
Ада успокаивающе улыбается:
– Так и есть, миссис Фрай, так и есть. Мне это отлично известно.
– Что же до той женщины, Сары Стоун, – продолжает миссис Фрай, – если память мне не изменяет, у девочки, в похищении которой ее обвиняли, была сестра-близнец, так?
– Совершенно верно, – кивает Рафаэль. – Жертва, бедная женщина по имени Кэтрин Кример, родила близнецов, были у нее и другие дети. Она просила милостыню с близнецами на руках, когда похитительница заманила ее обещанием денег и похитила одну из близняшек.
– Но тогда, без сомнения, миссис Кример – ведь это имя вы назвали? – миссис Кример должна была запомнить похитительницу и безошибочно узнать своего ребенка, когда его нашли. Вы смогли поговорить с жертвой о ваших подозрениях?
– Нет, увы, – качает головой Да Силва. – Ведь она недавно умерла.
– А что случилось с украденным ребенком? Тоже умер? Кажется, это была девочка, правильно?
– Да, и вот в чем суть проблемы. В магистрате на Ламбет-стрит, где занимались этим делом, напечатали листовки в попытке отыскать преступницу. Мы поговорили с одним из местных полицейских, и он рассказал, что они получили множество откликов. К ним приходили горожане со всего Ламбета и из других районов с разной информацией и предложениями помощи, но в большинстве случаев никакого толку не было. Но одной истории местные полицейские поверили: к ним пришла хозяйка дома, где снимала жилье Сара Стоун, выдавая себя за жену моряка. Хозяйка сообщила, что Сара Стоун якобы была беременна и сообщила всем, что родила ребенка в тот самый день, когда украли младенца Кримеров, но что сама хозяйка в эту историю не верит и подозревает, что Сара Стоун похитила чужого ребенка.
– Любопытно, – замечает миссис Фрай. – А было какое-то объяснение ее подозрениям? Почему она решила, что Сара Стоун лишь притворялась беременной и потом украла чужого младенца?
– Никаких объяснений, – отвечает Рафаэль. – А еще любопытнее, что и гражданский муж Сары, и ее мать, которые жили вместе с подсудимой, не сомневались, что Сара и вправду ждала ребенка, которого потом и родила. Но, видимо, полицейские очень стремились поскорее раскрыть наделавшее столько шума дело. Хозяйка жилья Сары в сопровождении своего отца явилась дать показания в участок на Ламбет-стрит и сообщила о новом местонахождении подозреваемой, так как она вместе с ребенком уже съехала и жила с мужем-моряком на корабле, пришвартованном на Темзе. Получив эту информацию, полицейские тут же отправились на корабль вместе с Кэтрин Кример, чтобы найти предполагаемую похитительницу. Едва Кэтрин услышала плач ребенка, она признала в нем голос дочери. Однако, увидев девочку, миссис Кример отметила, что та сильно изменилась: исхудала и усохла, так что казалась меньше, чем шестью неделями раньше, когда малышку украли. Соседка, дававшая показания на суде, заявила то же самое. Похоже, обе решили, что причина изменений кроется в Саре Стоун, укравшей ребенка, поскольку она не имела молока и не могла нормально кормить младенца.
– Так вы думаете, – говорит миссис Фрай, – что мать могла перепутать своего ребенка с чужим?
– Да, – отвечает Рафаэль, наклонившись в ее сторону. – Да, именно так. Как бы невероятно это ни звучало, таково единственное объяснение случившемуся.
– Вариант, конечно, маловероятный, – задумчиво бормочет миссис Фрай, – но не совсем уж невозможный. Мне вспомнилась реальная история, которую я несколько лет назад слышала от Томаса Эверетта, который столько всего делает для Воспитательного дома. Он рассказывал, что однажды в приют пришла нищенка и оставила
