Курьер смерти - Андреас Винкельманн

class="p1">И она разочарованно вернула дизайнерскую вещь на место.

Из бельевого отдела подруги зашли посмотреть купальники, потом кофточки. Виола выбрала для себя два топика с открытыми плечами и направилась с ними в примерочную. Свободной оказалась только одна кабинка – последняя.

Пока Сабина где-то бегала, не зная, на чем остановиться, Виола задернула шторку и села на узкую скамеечку у зеркала. Вообще-то благодаря своей работе она привыкла часами быть на ногах, однако сегодня чувствовала себя усталой и измученной. Как она сама понимала, дело было не только в жаре, но и в страхе, который словно высасывал из нее энергию.

В магазине звучала негромкая музыка, слышались голоса других покупателей. Хотя рядом была лучшая подруга, Виола все равно чувствовала одиночество и тоску. Ей опять вспомнилась фрау Зонненберг. Завтрашний день обещал быть трудным. Некоторые вещи всегда тяжелы, даже когда ожидаемы…

Вдруг из-за зеркала послышался странный шум, как будто кто-то царапал стенку ногтями. Виола знала, что за перегородкой находится другая кабинка. Видимо, там просто переодевался какой-нибудь покупатель.

Встав со скамейки, она сняла через голову свой топик, чтобы примерить новый. Внезапно ей показалось, что она слышит не только шорох, но и собственное имя.

– Виола… – прошептал чей-то сиплый голос.

Она застыла, нахмурила лоб, прислушалась.

– Виола…

Она в ужасе отскочила от зеркала, из-за которого доносился этот шепот. Потом опять послышалось царапанье ногтями по дереву. Виола похолодела. Страх нахлынул на нее с новой силой. Она не могла двигаться, не могла нормально дышать. Могла только стоять и пялиться в стену.

– Виола?

Теперь это был голос Сабины. Он вывел ее из оцепенения. Лишь сейчас найдя в себе силы, чтобы отдернуть занавеску, она без кофточки, в одном лифчике, вышла на негнущихся ногах в узкий коридор между рядами кабинок и обняла подругу.

– Вот ты где! – сказала та. – А я… Ой! Что такое? Ты увидела призрак?

– Он здесь, – хрипло прошептала Виола. – За стенкой.

Объяснения Сабине не понадобились. Не задавая вопросов, она бросила гору одежды, которую собиралась мерить, и, пробежав вдоль сдвоенного ряда кабинок, обогнула его. Полураздетая Виола – за ней. Сабина решительно отдернула последнюю занавеску.

Примерочная была пуста.

На узкой скамейке лежал пакетик с фиолетовыми трусиками за восемьдесят евро.

10

Ребекка Освальд долго изучала фотографию.

Молодая женщина, изображенная на снимке, была красавицей. Длинные светло-русые волосы, выразительные глаза с шикарными ресницами, гармоничные пропорции лица. Улыбка открытая и сердечная, зубы ровные и белые.

– Она мечтает стать певицей, – сказала Бьянка Дойтер. – Смотрит «Германия ищет суперзвезду», ни одной передачи не пропускает. Я не понимаю, как ей может нравиться такая белиберда, мы даже частенько ссорились из-за этого. Видишь ли… она все худела и худела, чтобы соответствовать какому-то надуманному идеалу. Что бы я ни приготовила, она клевала, как воробышек. Ну я и ворчала на нее… – Бьянка покачала головой и улыбнулась бледными губами. – Если моей девочке что-нибудь втемяшится, она добивается своей цели очень упорно и дисциплинированно. Борется храбро, как львица. Поэтому я просто не верю, что она могла наложить на себя руки.

Пациентка и массажистка переместились из лечебного крыла санатория в кафетерий и взяли по чашке чая. Чтобы Бьянка, рассказывая о пропавшей дочери, чувствовала себя комфортнее, Ребекка предложила перейти на «ты». Бедная мать была в отчаянии, и возможность выговориться сама по себе приносила ей некоторое облегчение.

Олег, конечно же, не болел. Ребекка не сомневалась: они, двое коллег, вместе придумали этот план. Он знал, что одна из его пациенток работает консультантом-аналитиком в комиссии по раскрытию убийств и помогает шефу, когда тот заходит в тупик. Как гражданское лицо, Ребекка могла выполнять только административную работу, но начальство ценило ее умение разгадывать загадки – неважно какие. Она подходила к ним не совсем стандартно, и поэтому первой из полицейских отыскала тот кошмарный дом, откуда одна за другой пропадали девушки, снявшие квартиру по интернету[3].

– А может ли быть такое, что исчезновение Сандры как-то связано с вашими ссорами? – предположила Ребекка.

– С тех пор ни одной ночи не прошло, чтобы я сама себя об этом не спрашивала. Полиция считает, что именно так и было. Но я не верю. Моя девочка никогда так со мной не поступила бы. Если б она и удрала куда-нибудь мне назло, то уже сто раз остыла бы и дала о себе знать. Да и ссорились мы не так уж сильно…

«Может, Сандра смотрела на это по-другому?» – подумала Ребекка. На первый взгляд девушка казалась мягкой, даже робкой, но, присмотревшись, можно было увидеть в ее глазах гордость и силу. Молодые люди иногда доходят до крайностей, если дело касается их мечты. Ребекка вспомнила, как переживали ее собственные родители, когда она занималась спортом. Если они пытались затормозить ее стремление к рекордам, она выходила из себя. Разгорались ссоры. А потом благодаря своему упрямству Ребекка оказалась в инвалидном кресле. И здесь, в этом санатории…

– Незадолго до того, как Сандра исчезла, ее пригласили на кастинг в то самое шоу.

– Серьезно?

– Да, но участников было много, и ее не взяли. Она собиралась пробовать еще, а я уговаривала ее на всякий случай получить нормальную профессию. Она послушала меня и начала учиться на фотографа.

– При каких обстоятельствах Сандра исчезла?

Бьянка горько рассмеялась.

– Понимаю, как это странно, когда мать говорит такое… Но я не знаю. У Сандры была отдельная квартирка, а мы в то время как раз поссорились и не разговаривали.

Сухо сглотнув, Бьянка сжала губы, глаза ее опять наполнились слезами. «Может, обнять ее? – подумала Ребекка. – Но будет ли это уместно? Ведь мы, строго говоря, едва знакомы…» Пока она размышляла, Бьянка уже взяла себя в руки. За два года несчастная мать научилась прятать свое горе – ну или быстро обуздывать эмоции, если они все-таки выходили из-под контроля.

– Кто первым заметил исчезновение Сандры? Ты?

Ребекка сразу поняла, что, задав этот вопрос, посыпала солью открытую рану. Бьянка на секунду закрыла глаза и помотала головой.

– Нет, ее начальник. Она неделю не появлялась на работе. Сначала он сердился: мол, неужели нельзя было хотя бы позвонить? А потом заволновался и разыскал мой телефон. Мы… Мы просто не знаем, когда именно она пропала. И полиция ничего нового не выяснила.

– А парень у нее был?

– Если и был, то мне она о нем не рассказывала. Как обстояло дело в последнее время – не знаю, но раньше, когда мы еще жили вместе, Сандра говорила, что не хочет, чтобы мальчики отвлекали ее от карьеры.

– Ну