Охота за богатством - Наталия Николаевна Антонова

Ознакомительный фрагмент

«девочка» отдувается за двоих. «Бедная моя», – подумал он о своей машине и, погладив руль, включил «дворники».

Фирма Михаила Сергеевича Авдеева располагалась в четырёхэтажном здании из красного кирпича на четвёртом этаже. Чтобы попасть в неё, Наполеонову пришлось предъявить своё удостоверение бдительному охраннику.

Поднявшись без лифта на четвёртый этаж, Наполеонов увидел, что лестница разделяет коридор на два крыла.

– Направо пойдёшь, – пробубнил он себе под нос, посмотрел налево, но в итоге пошёл всё-таки направо. И не ошибся, фирма Авдеева занимала именно это крыло. Дойдя до двери с надписью «приёмная начальника», он постучал и открыл дверь. Вошёл и удивлённо вытаращил глаза на парня, сидевшего за столом с компьютером.

– Мне нужен секретарь, – громко объявил следователь.

– Я секретарь, – ответил юноша. Наполеонов обратил внимание на его щёки, покрытые лёгким пушком, длинные ресницы и светлые кудри.

«Так, приехали, – подумал следователь про себя, – по всему выходит, что Авдеев ещё и не традиционной ориентации». Вслух он сказал:

– Мне нужен Михаил Сергеевич Авдеев.

Юноша развёл ухоженными руками:

– К сожалению, ничем не могу вам помочь, Михаил Сергеевич отсутствует.

– Что значит отсутствует? – рявкнул Наполеонов, пересёк решительным шагом расстояние, отделявшее его от стола секретаря, и сунул под нос юноше удостоверение: – Старший следователь по особо важным делам Александр Романович Наполеонов.

Молодой человек от неожиданности подпрыгнул на своём вращающемся кресле и поднял на Наполеонова глаза изумительно-голубого цвета.

– Следователь? – удивлённо пролепетал он.

– Следователь, следователь, – закивал удовлетворённый его реакцией Наполеонов. – Так где ваш начальник?

– Я не знаю, – пролепетал юноша.

– Имя, отчество, фамилия?

– Михаил Сергеевич Авдеев.

– Не начальника, а ваши! – повысил голос следователь.

– Лаврентий Витальевич Шелестов.

– Вы кем ему приходитесь?

– Кому ему? – окончательно растерялся юноша.

– Авдееву.

– Никем! Я его секретарь.

– Так разве в обязанности секретаря не входит знание того, где в данный момент находится его начальник?

– Не входит, – обиженно отозвался Лаврентий. – Михаил Сергеевич сказал, что он решил отдохнуть, и взял как бы за свой счёт недельку отпуска.

– Как бы? – переспросил Наполеонов. – Сам у себя?

Лаврентий кивнул.

– Значит, он не в командировке?

– Нет. Откуда вы это взяли?

– Оттуда! – отрезал следователь. Потом снизошёл до объяснения: – Авдеев сам сказал это своим соседям.

– Мало ли что человек может сказать своим соседям, чтобы они от него отстали.

«Молодой, да ранний», – подумал Наполеонов и спросил:

– Взрослые дома есть?

– Что? – открыл рот Лаврентий.

– Я имею в виду, кто у вас тут во время отсутствия начальника за старшего?

– Лидия Васильевна Гаврюшина.

– Она зам Авдеева?

– Нет, бухгалтер. Зам Иван Петрович Устюгов.

– Так почему же ты меня посылаешь не по адресу?

– Я вас никуда не посылаю, – насупился Лаврентий. – Если вам нужен Иван Петрович, то и идите к нему, выйдете отсюда и следующая дверь его. На табличке написано – заместитель начальника И. П. Устюгов, – при этом юноша так посмотрел на следователя, словно спрашивал, умеет ли он читать.

Наполеонов так же взглядом ответил, что умеет, развернулся и вышел. Вслед ему полетел вздох облегчения, вырвавшийся из груди Лаврентия.

«Скажите пожалуйста, какая фря», – подумал Наполеонов прежде, чем постучать в нужную ему дверь.

– Войдите, – пробасили из-за двери.

Войдя, Наполеонов увидел стоящий у окна стол, всем своим видом смахивающий на раритет советских лет. За столом сидел пожилой мужчина. Он ласково кивнул вошедшему, но вставать не стал.

Следователь подошёл к нему сам и предъявил документ. Мужчина внимательно прочитал его и спросил:

– И чего же вы от меня хотите, уважаемый Александр Романович?

– От вас, Иван Петрович, ничего, – едва заметная улыбка коснулась губ следователя, – я хотел бы поговорить с вашим начальником.

– Так Михаила Сергеевича нет сегодня на рабочем месте, разве Лаврентий не сказал вам?

Наполеонов пропустил вопрос Устюгова мимо ушей и спросил:

– А где же он?

– Он начальник и нам о своём местонахождении не докладывает.

– Как же так? – Наполеонов сделал вид, что страшно удивился: – А вдруг он срочно потребуется для решения производственных вопросов.

– Лидия Васильевна сама справится с любыми производственными вопросами, – ответил благодушный заместитель начальника.

«Опять эта Лидия Васильевна», – сердито подумал Наполеонов и спросил:

– А разве не вы являетесь заместителем Авдеева?

– Являюсь, но номинально, – улыбнулся мужчина.

– Что значит номинально? – сдвинул брови Наполеонов.

– А то и значит, – ответил Устюгов, – что я не сегодня завтра на пенсию уйду и все дела передаю Лидочке.

– Лидочке?

– Лидии Васильевне Гаврюшиной.

– Той, которая в вашей фирме бухгалтером подвизается?

– Не подвизается, а работает, – благодушие в одно мгновение слетело с Устюгова, – Лидия Васильевна толковый и перспективный специалист! И фирма эта не моя, как вы изволили высказаться, а Михаила Сергеевича Авдеева.

– Который отсутствует.

– И что с того?

– Ничего. У него жену убили.

– Что? – Устюгов жадно заглотнул воздух ртом, схватился за сердце и стал сползать со стула.

– Лаврентий! – дурным голосом закричал Наполеонов и бросился к Устюгову. – «Скорую»! – крикнул он мгновенно прибежавшему юноше.

– Не надо «Скорую», – прохрипел Устюгов, – таблетка у меня в кармане.

Наполеонов достал таблетку, а Лаврентий уже стоял рядом со стаканом воды.

– Что вы с ним сделали? – прошипел он сердито в ухо Наполеонову.

– Ничего, – ответил тот так же шёпотом, – просто сказал, что убили жену Авдеева.

Стакан из рук Лаврентия полетел вниз и разбился вдребезги.

– Какие все нервные! – вырвалось у Наполеонова, про себя он подумал: «Хорошо хоть зам успел таблетку запить».

– Я сейчас всё уберу, – пролепетал юноша.

– Да уж, будь так добр, дружок, но сначала позови эту вашу всемогущую Лидию Васильевну.

– Сейчас! – Лаврентий опрометью вынесся из кабинета заместителя.

– Да не волнуйтесь вы так, – раздался голос Ивана Петровича, – мне уже значительно лучше.

– Слава тебе господи! – вырвалось у следователя. – А то меня самого чуть кондрашка не хватила.

– Молоды вы ещё для этого, – сказал Устюгов.

– Молоды, не молоды, – проворчал Наполеонов, – зачем же так пугать человека?

– Это вы меня, голубчик, напугали, вернее, даже ошарашили.

– Извините, я не хотел.

– Чего уж теперь там, рассказывайте, – взмахнул рукой Устюгов.

– Я вообще-то привык не рассказывать, а спрашивать, – Наполеонов покосился на зама, как бы для того, чтобы удостовериться, что он в порядке.

– Можно иногда и отойти от своих установок, – заметил мужчина.

– Вы лучше скажите мне, Иван Петрович, почему вы решили уволиться? У вас конфликт с Авдеевым?

– Помилуй боже! – замахал на него обеими руками зам. – Мне семьдесят восемь лет! Сколько я могу ещё работать?

– Вам семьдесят восемь? – не смог скрыть своего удивления Наполеонов.

– Представьте себе, молодой человек.

– Тогда вам терять нечего, – ляпнул следователь.

– Это вы о чём? – спросил Устюгов.

– О том, что в вашем возрасте лгать уже ни к чему.

– Склонность ко лжи зависит не от возраста, – наставительно