Вадим Россик - Нотариус из Квакенбурга

В столовой было немноголюдно. На своем месте во главе стола сидел граф Бертрам и тихо о чем-то беседовал с Валерией. Кроме них в зале присутствовали Озрик, Патриция с Николаусом и Таис. Красавица гречанка опять возилась с непослушным ребенком, а Патриция жаловалась молодому человеку на мужа, который снова вернулся пьяный и сейчас беспробудно спал на диване в курительной комнате. Озрик сочувственно кивал. Мы присоединились к ужинающим и с аппетитом принялись за жареную ветчину и горячие кукурузные оладьи с медом.

Закончив есть первой, Таис пожелала всем спокойной ночи и вышла из столовой. Следом за ней, продолжая разговор, ушли Патриция с Озриком, за которыми, как всегда, что-то недовольно бурча, заковылял Ники. Когда мы с нотариусом перешли к кофе, поднялся и старый граф. Попрощавшись с дочерью, он поблагодарил нас за работу и пожелал счастливого пути домой. Улыбнувшись в последний раз нам своей величественной улыбкой, граф Бертрам Де-Бург скрылся в полумраке коридора. Если бы тогда я мог знать, что вижу его живым в последний раз!

Валерия предложила угостить нас золотистой хинной настойкой, которую присылали в замок из Новой Гвеции.

– Всего лишь полдевятого. Спать еще не хочется. Тоби уехал до завтра в город, а без него мне так одиноко, – грустно сказала девушка.

Нотариус охотно согласился, и мы уютно устроились в гостиной. Собственноручно налив нам редкий напиток в красивые хрустальные бокалы, Валерия присела на свободное кресло и вздохнула:

– Ну, вот и еще один день прошел.

– Я слышал от Озрика, что скоро вы выходите замуж? – спросил нотариус, пробуя настойку.

– Да, это правда. Скорее бы проходили эти два месяца.

Мартиниус спрыгнул с кресла, подошел к девушке и галантно поцеловал ей руку.

– Позвольте поздравить вас, Валерия. Тобиас произвел на меня приятное впечатление. Мне кажется, это достойный молодой человек.

Валерия улыбнулась своей милой улыбкой.

– Вы правы, месьер Мартиниус. Тоби – прекрасный человек. Буду с вами откровенной. Я не так уж молода – скоро тридцать – и не так уж красива. Я очень долго ждала этого момента и не хочу, чтобы в последнюю минуту что-нибудь помешало моему счастью. Хочу семью, хочу детей!

– Где вы будете жить после свадьбы? Здесь?

Валерия отрицательно покачала головой.

– Тобиас наотрез отказался жить в замке. Меня саму пугает мысль прожить всю жизнь в этой каменной громаде полной всяческих страшных тайн и кошмаров. Ненавижу это место! – вдруг вырвалось у девушки. – Я бы хотела сначала совершить большое путешествие вместе с Тоби, увидеть мир, а потом поселиться в большом красивом городе, где-нибудь на юге, например, в Портобелло.

– Что же вам мешает так поступить? – спросил мой шеф, усаживаясь обратно в кресло.

– К сожалению, мой Тоби беден. Я тоже полностью завишу от отца. Поэтому в лучшем случае нам придется снять домик в Кроне. И то, если отец согласится.

Валерия отхлебнула из бокала и продолжила с горечью:

– Раньше я надеялась, что отец разделит наследство между всеми детьми и я с Тоби когда-нибудь вырвусь отсюда, но теперь, когда он изменил завещание, у меня и этой надежды не осталось!

Под их негромкую беседу меня неудержимо стало клонить ко сну. Крепкая настойка способствовала тому, что глаза слипались все сильнее и никакие понятия о приличиях не могли удержать меня от зевоты. Валерия видимо заметила мои мучения и тактично предложила идти отдыхать.

– Действительно, уже поздно, почти полночь, – удивился мой шеф, посмотрев на большие напольные часы.

Попрощавшись с девушкой, мы разошлись по своим комнатам. Дождь за окном прекратился. В темном небе над мокрыми замковыми башнями кружили вороны и тоскливо каркали. Я так устал, что совершенно забыл о своем решении написать письмо Таис с признанием в любви. Еле раздевшись, я улегся на кровать и мгновенно уснул. Собака больше не выла.

Глава девятая

В которой Мельхиор видит покойника

Ранним утром, когда в замке все еще спали, мы с нотариусом позавтракали в пустой столовой и, захватив свой скромный багаж, вышли во двор. Экипаж уже ждал нас. Сонный дворецкий помог уложить наши саквояжи, мы заняли свои места, и карета тихонько тронулась в обратный путь. Мой шеф откинулся на мягкие подушки, надвинул на нос свою огромную шляпу и приготовился подремать. Я сидел напротив него и корил себя за то, что так и не успел признаться в своих чувствах Таис. Однако далеко уехать нам не удалось. Вскоре нас догнал посыльный из замка.

– Вам необходимо вернуться! – крикнул он нам, загородив своим конем дорогу.

– Что случилось? – удивился нотариус, выглянув из окна кареты.

– Произошло несчастье. Его сиятельство старый граф ночью умерли. Поворачивайте назад, а мне еще нужно в город, вызвать полицию.

С этими словами посыльный пришпорил коня и ускакал.

Мрачный дворецкий проводил нас в гостиную, где собрались обитатели замка: Патриция с Ники, Таис, Себастьян, Озрик и Валерия. Когда мы вошли все разговоры смолкли. Вид у всех присутствующих был растерянный, одежда в беспорядке. У мужчин – бледные, встревоженные лица, у женщин – заплаканные глаза. Было видно, что страшная весть застала их врасплох, еще в постелях. Только гречанка была, как всегда, аккуратно причесана, в голубом, отделанном блестками, нарядном платье.

– Что случилось? – повторил свой вопрос мой шеф, обращаясь к Озрику, вставшему навстречу нам с кресла.

– Случилась беда. Отец умер. Сегодня утром его обнаружили мертвым в спальне.

– Какое несчастье! – сочувственно произнес нотариус. – Отчего он умер?

– Этого никто не знает, – ответил за брата Себастьян, помятый вид которого сразу напомнил мне о его вчерашней попойке.

– Мы послали в Крон за полицией и доктором Адамом, – сообщила Патриция. Она была одета в черный с серебром халат и нервно прохаживалась по комнате. – Понимаете, мы в определенной растерянности. Никто толком не знает, что делать. Мы просто заперли спальню и оставили все как есть.

– Вы поступили правильно, – кивнул нотариус. – Сейчас нужно дождаться полиции.

– Я полагаю, что вы первая узнали о случившемся? – обратился мой шеф к Таис.

– Вы правы, но я не понимаю, как вы об этом догадались? – удивилась девушка, глядя на Мартиниуса своими огромными темными глазами, в которых застыл ужас.

– Это же очевидно! – пожал плечами маленький нотариус. – Судя по вашему виду, у вас было время привести себя в порядок, тогда как остальные были подняты со своих кроватей в большой спешке.

– Да, конечно, так оно и было, – подтвердила Таис. – Его сиятельство всегда встает очень рано, не позже шести. И моя обязанность: еще до завтрака зайти к нему и узнать о поручениях на день. Сегодня утром я как обычно зашла к нему и увидела, что он мертв…

Девушка замолчала и закрыла лицо руками. Мартиниус сочувственно погладил ее по плечу. Все молча ждали. Через несколько минут Таис справилась с волнением, отняла руки от лица и продолжила рассказ:

– Это было ужасно! Его сиятельство лежал в постели – глаза открыты, лицо опухло и посинело. В первый момент я чуть не потеряла сознание от страха, а когда пришла в себя, кинулась к нему и проверила, есть ли пульс, дыхание, но никаких признаков жизни не было. Тогда я побежала к госпоже Патриции и сообщила ей о том, что случилось.

Девушка снова замолчала и взглянула на Патрицию. Та продолжила:

– Я, разумеется, тут же подняла на ноги всех. Послала гонца вслед за вами, месьер нотариус, и в город за врачом и полицией.

Вошедший дворецкий объявил о прибытии инспектора полиции Вейша. С ним также приехал доктор Адам и несколько стражников в форме.

Инспектор гведской королевской полиции Адольф Вейш оказался седоусым молчаливым человеком, одетым в черный сюртук с черным жилетом и серые брюки. Его высокая костлявая фигура напомнила мне покойного графа. Тонкие, плотно сжатые губы и недоверчивые глаза под грозно насупленными бровями говорили о суровом и упрямом характере.

Себастьян, как старший в замке, представил всех инспектору, и Таис снова повторила ему свой короткий рассказ. Молча выслушав девушку, Вейш попросил моего шефа присутствовать в качестве душеприказчика при осмотре места происшествия, а доктора Адама – исполнять обязанности судебного врача. В свою очередь Мартиниус предложил инспектору, чтобы при осмотре также находились я, как его помощник, и Таис, первая обнаружившая тело. Вейш секунду подумал и милостиво разрешил нам с гречанкой присоединиться. Затем в сопровождении Себастьяна и пары констеблей все отправились в спальню графа Бертрама Де-Бурга.

Спальня покойного хозяина замка находилась в Донжоне – главной башне. Пройдя мимо кабинета, в котором позавчера было составлено новое завещание, мы гуськом поднялись по узкой каменной винтовой лестнице на третий этаж. Себастьян отпер ключом дверь и мы вошли в полумрак, царивший в комнате. Себастьян осторожно прошел вдоль стены к окну и раздвинул тяжелые бархатные шторы. Бледный утренний свет ворвался в спальню и осветил страшную картину.