Анатолий Безуглов - Ошибка в объекте

— Сложный вопрос, — ответила наконец она. — В двух словах не расскажешь…

— Можете подробно.

— Неинтересно это. Да и не хочется. В общем, сугубо личные дела…

— И все-таки я прошу вас рассказать, — настаивал следователь.

— Это касается только нас двоих, — нахмурилась Лариса.

— Ладно, — миролюбиво сказал Агеев. — Пока оставим это… Теперь постарайтесь припомнить, что ваш муж взял в дорогу?

— Из одежды?

— Нет. Из еды.

— Он у меня в этом смысле непритязательный. Еле уговорила положить вареную курицу. Ну, ещё десяток яиц, овощи. Помидоры, малосольные огурчики…

— К чему?

— Как к чему? — не поняла Лариса.

— Хорошая закуска, — с улыбкой сказал Агеев.

— Он может и без закуски, — вздохнула Лариса. — Я всегда с ним ругаюсь: если уж выпиваешь, так хоть ешь хорошо…

— А выпивку он взял?

— Да, бутылку водки с перцем.

— Горилку? — уточнил следователь.

— Ее. Все-таки не очень крепкая. Тридцать градусов…

— Покупал Лев Митрофанович?

— Нет, я.

— Редкая вы жена… — усмехнулся Виктор Сергеевич.

— Борюсь с этой его дурной привычкой как могу!

— И все-таки купили, — покачал головой следователь.

— А что, — пожала она плечами, — взял бы на ближайшей станции какого-нибудь портвейна. Или в ресторан бы зашел. А это лишние расходы… Вот я и подумала: лучше уж сама куплю… Нашу горилку с перцем все хвалят…

— Помимо вашей бутылки, Лев Митрофанович больше ничего не брал? Из спиртного?

— Взял ещё одну такую же бутылку.

— Зачем же вы дали ещё и свою?

— Когда я покупала, то не знала, что у него уже есть… А потом подумала, может, захочет кого угостить… Одному пить как-то неудобно. А в вагоне попутчики…

Вдруг в коридоре щелкнул замок. Лариса бросила растерянный взгляд на Агеева, привстала, но тут же снова села.

Дверь в комнату распахнулась, и на пороге появился высокий широкоплечий мужчина в джинсах и короткой нейлоновой курточке, обтягивающей его мускулистый торс. Он держал за руку девочку лет восьми, в шортах и белой маечке с рисунком Микки Мауса на груди.

— Принимай олимпийскую чемпионку! — радостно провозгласил вошедший, но, увидя незнакомого мужчину, умолк, переводя вопросительный взгляд с Ларисы на Агеева.

«Лебедев», — мелькнуло в голове у следователя.

— Да, мамочка, я сегодня в заплыве была первая! — весело запрыгала девочка, хлопая в ладоши.

Она подбежала к матери, забралась на колени и стала с любопытством разглядывать незнакомого гостя.

В комнате на мгновение воцарилась напряженная тишина.

Лебедев хмуро стоял в дверях, ожидая, видимо, объяснений от Ларисы. Агеев был в штатском. И то, что он находился наедине с хозяйкой, наверное, озадачило Лебедева. В его взгляде сквозила явная неприязнь.

«Ревнует, что ли?» — подумал следователь.

— Иди, Майечка, погуляй, — спохватилась наконец Лариса, снимая дочь с колен. — Дядя пришел по делам…

— По каким делам? — невинно заинтересовалась девочка.

— Важным… Нам надо с ним ещё поговорить, — ответила мать.

Но ответ этот, как понял Агеев, предназначался Лебедеву.

Тот, очевидно, не был им удовлетворен и сухо произнес:

— Ваше чадо, Лариса Клементьевна, я доставил в целости и сохранности… А засим удаляюсь…

Он двинулся к входной двери. Хозяйка вскочила со стула, намереваясь броситься вслед, но следователь негромко произнес:

— Останьтесь, пожалуйста.

Лариса села. Лебедев резко обернулся, смерил Виктора Сергеевича злым взглядом, хотел что-то сказать, но Лариса поспешно произнесла:

— До свидания, Юрий Васильевич! Я вам позвоню.

Лебедев мрачно хмыкнул и вышел. Майя, так и не поняв, что произошло, тоже выбежала.

— Кто это был? — спросил Агеев, когда они с Ларисой снова остались один на один.

— Тренер дочери… По плаванию… Он столько делает для Майечки! — быстро заговорила хозяйка. — Майечка больна… Бронхиальная астма… Какими только лекарствами её не лечили! Вывозили в горы, к морю. Все впустую! Вот решили попробовать плавание…

— Помогает? — спросил Виктор Сергеевич.

— Стало лучше. Это, конечно, не радикальное лечение, но легкие укрепляет, — ответила Лариса.

Виктор Сергеевич хотел было спросить, почему у тренера дочери имеется и ключ от квартиры, но передумал.

Спросила на этот раз Лариса:

— Вы все-таки объясните мне наконец, зачем этот допрос?

— Объясню, Лариса Клементьевна, — строго сказал Агеев. — Умерли два человека. Как говорится, ни за что ни про что…

— Лева?! — У Ларисы от ужаса расширились глаза.

— Понимаете, — жестко продолжал Агеев, — убиты два прекрасных человека! Осталось четверо сирот, вдова и убитая горем мать!..

— Как убили?.. — Лещенко не сводила со следователя застывшего взгляда.

— Ядом. Который был в бутылке с горилкой. Да, да, в той самой, что ваш муж взял с собой в дорогу.

Лариса вцепилась побелевшими руками в боковую спинку дивана.

— А Лева?.. Лева… — прошептала она.

— К счастью, жив, — ответил Агеев. Он стал говорить об Иванове и Вачнадзе, о горе, которое принесла их смерть родным и близким.

— Зачем вы мне рассказываете об этом? — перебила следователя Лариса.

3-зачем?

От потрясения она стала заикаться.

— А затем, что хочу выяснить, как в горилку попал цианистый калий, ответил следователь.

— Откуда я могу знать! — неожиданно успокоившись, зло произнесла Лариса.

— Давайте рассмотрим факты, Лариса Клементьевна, — продолжал Агеев. — Вот вы уверяли меня, что боретесь с дурной привычкой мужа. Не хотите, чтобы он выпивал. Так?

— Ну…

— А сами покупаете ему в дорогу горилку… Где же логика?

— Я ведь объяснила! Неужели не понятно? — пристукнула кулачком по кушетке хозяйка.

— Но вы же знаете, Лев Митрофанович мог запить! Мало того что он сам взял бутылку, так ещё вы дали ему… Вам ведь известно: стоит ему только начать… А это значит — горит санаторий. Выгнали бы за милую душу да ещё на работу сообщили… Так?

Лариса молчала. Долго и мрачно. Смотрела в пол.

— Вам, я вижу, нечего сказать в свое оправдание, — сказал следователь. Давайте лучше начистоту…

— Чушь! — почти выкрикнула Лариса. — Е-ерунда! Слышите! Не сыпала и я никакого яда! Откуда он у меня! И зачем мне убивать Леву?!

— Вот зачем — об этом стоит поговорить… Вы расскажите, пожалуйста, какие у вас взаимоотношения с Лебедевым?

— При чем тут Лебедев?! — выпалила Лариса. И замолчала, словно споткнувшись обо что-то.

Фамилия тренера прозвучала в комнате впервые. Это, видимо, её насторожило.

— Насколько мне показалось, — произнес Виктор Сергеевич, — он не чувствует себя посторонним в вашем доме.

— А вот это вас уже не касается, — сухо заметила хозяйка, зачем-то пересаживаясь с дивана на стул, оказавшись, таким образом, лицом к лицу с Агеевым. Их разделял только стол. — Выдумываете Бог знает что!

— Так вы будете отвечать?

— Нет, — твердо произнесла Лариса.

Следователь стал оформлять протокол допроса, намеренно тянул время, пока не раздался звонок в дверь.

Это была Карапетян с участковым инспектором и понятыми.

Агеев приступил к обыску. Начал он с комнаты, где допрашивал Ларису.

Осматривая мебель, Агеев наткнулся в одном из шкафов на картонную коробку с массой баночек, пузырьков, флакончиков, наполненных химическими реактивами. На каждом сосуде была этикетка с названием.

— Сама составляю проявитель и закрепитель, — пояснила хозяйка. — Для слайдов.

Действительно, в тумбочке под телевизором хранился проектор и ящичек со слайдами. В серванте лежал фотоаппарат.

Виктор Сергеевич изъял все склянки с реактивами.

Больше в этой комнате следователя ничего не заинтересовало. Так же как и в другой, поменьше, служившей супругам Лещенко спальней.

Зато на кухне Агеев обнаружил шприц с набором игл. Они находились в настенной аптечке. Тут же хранились и различные лекарства. Виктор Сергеевич поинтересовался, зачем Лариса держит дома шприц.

— Я же говорила, что у дочери астма… Бывают такие приступы… Не вызывать же по каждому случаю «Скорую помощь». Вот я и делаю уколы сама…

— Когда последний раз пользовались шприцем? — спросил Агеев.

— Недели три назад, — ответила Лариса.

Виктор Сергеевич изъял шприц, иголки, а также все лекарства из аптечки.

Когда Агеев доставил в бюро судебных экспертиз ящик с реактивами, лекарства и шприц с иголками, изъятые у о Лещенко, и попросил произвести исследование как можно скорее, эксперт-химик только всплеснула руками:

— Да тут провозишься не меньше месяца!

Но пообещала ускорить дело. Инспектор угрозыска Карапетян тоже не сидела сложа руки.