Эндрю Гарв - Инцидент в «Кукушке»

Эдвард беспокойно вскочил, и ноги сами понесли его на лужайку. Разворошить бы сено в оранжерее, да лень! Он присел на траву и взглянул на Бродуотер, как глядел все эти годы. Он будет тосковать по нему и по всему остальному… И где взять средства на жизнь? Как же решиться?

Внезапно в кустах послышался шорох и из них показалась знакомая розовая мордашка.

– Хэлло, мистер Лэтимер!

– Хэлло, Кэрол Энн, – ответил Эдвард, заставив себя улыбнуться. – Я что-то давненько тебя не видел.

Девчушка хитровато прищурилась.

– Я больше с тобой не играю.

– Ничего, дорогая… Мне тоже что-то не хочется…

– Мама мне запретила.

Эдвард вздрогнул, как от удара, и в ту же секунду из соседнего дома позвали:

– Кэрол Энн! Сейчас же иди сюда!

Девчушка вспорхнула, бросившись к дому. Эдвард вновь услыхал сердитый голос няньки:

– Ах, противная ты девчонка! Мама запретила тебе там бывать.

Раздался шлепок и затем отчаянный рев.

Эдвард нахмурился, не в силах сдвинуться с места, но через мгновение нетвердой походкой направился к дому. Труди, выглянув из окна, поспешила навстречу.

– Что случилось, отец? Опять что-нибудь нехорошее? Лэтимер застонал.

– Я изгой, Труди! Даже детям запрещают ко мне подходить.

– Какой ужас! В самом деле?…

– В это трудно поверить, не так ли? В глазах окружающих я – старый пакостник, которого следует остерегаться. Подумать только, что всему виной эта женщина!

Таким мрачным Труди еще никогда его не видела.

– Ну что ж, тогда решено! – резко сказала она. – Мы с тобой уезжаем. Теперь-то, папа, и ты понимаешь…

– Конечно, Труди, конечно… – Эдвард слишком устал, чтобы спорить. – Мы уедем и никогда не вернемся. Какой же смысл, когда связаны руки. Наверное, я прямо сейчас позвоню Квентину и все ему сообщу.

В этот вечер они почти не говорили о будущем. Труди, считая, что отдых превыше всего, предлагала поехать в Швейцарию, где в прошлом году одна из ее старых школьных подруг провела замечательный отпуск. Она откровенно радовалась, а Эдвард все больше мрачнел. Сказалась усталость, и ровно в десять он отправился спать. Когда Труди, которая любила поспать утром, спустилась вниз на следующий день, то с удивлением обнаружила, что Эдвард позавтракал и, заметно повеселев, наливал кофе в термос.

– Собираюсь поохотиться в солончаках, – сказал он. – Ты, надеюсь, не против?

– Конечно, папа, делай, что хочешь, – Труди с беспокойством оглядела его. – Сегодня жаркий денек, ты не слишком устанешь?

– Мне это пойдет лишь на пользу, – уверенно ответил Эдвард.

– Хорошо, дорогой, только не задерживайся там слишком долго, а то я начну волноваться. Мне самой нужно в Рэмсфорд, но к чаю я постараюсь вернуться.

Эдвард уехал, а Труди, облегченно вздохнув, вернулась к обычным делам. Теперь-то все обойдется, казалось ей. Добравшись на автобусе до города, она перекусила в кафе, побродила по магазинам и вернулась домой, совершенно раскисшая от жары.

К пяти возвратился Эдвард, и Труди, взглянув на него, пожалела, что утром позволила ему уйти. Он выглядел больным, был бледен как полотно и сказал, что у него болит голова. Вдобавок Эдвард посеял где-то панаму. Он что-то еще бормотал, пытаясь описать этот день, и Труди совсем испугалась. Эдвард улегся в постель у себя на втором этаже, а Труди послала за доктором.

Доктор Скотт, моложавый и привлекательный, не замедлил приехать к старому пациенту. Спустившись вниз после небольшого осмотра, он поспешил успокоить Труди.

– Не стоит так волноваться. С ним ничего серьезного. Просто после прошлогоднего удара ему нельзя ходить без панамы. Нервы… Реакция на то, что случилось.

Труди кивнула.

– Мы хотим ненадолго уехать. Как вы считаете, пойдет это нам на пользу?

– Самое лучшее, что можно придумать. Только постарайтесь избегать переутомлений. Но для начала нужен полный покой. Пару дней подержите его в постели… – Скотт усмехнулся. – Если, конечно, вам это удастся!

Он считал Эдварда самым непослушным из своих пациентов.

Труди позвонила Хью, попросив отложить приезд на уикенд, и сообщила Квентину. Головные боли держались еще пару дней, сопровождаясь температурой. Нарушился сон, несмотря на снотворные, и Труди слышала, как Эдвард в забытьи ворчал и ругался. В основном он бредил этой девчонкой по имени Хелен Фэрли, употребляя слова, которых, как думала Труди, он никогда и не знал.

К воскресенью Эдварду стало получше, и он встал с постели вопреки настояниям Труди. В полдень приехал Квентин.

Труди встретила его у калитки, подробно обрисовав ситуацию.

– Теперь ему лучше, – уверяла она, – но я сходила с ума. Вид у него был просто ужасный. Ему так досталось за эту неделю, Квентин, ты просто не представляешь… Но, слава Богу, мы, кажется, уезжаем.

Квентин серьезно кивнул головой.

– Это единственная возможность – я ведь так и советовал, но он и слушать меня не хотел. Он должен был сам прийти к этой мысли, бедняга! Ну что ж, у меня для него неплохое известие. Давай-ка посмотрим на инвалида…

Эдвард находился в гостиной и выглядел довольно бодро, раскладывая бумаги по множеству маленьких папок, валявшихся рядом.

– Здравствуй, отец! – приветствовал его Квентин, легонько погладив его по плечу. – Ну что же, вид неплохой… Ты что, уезжаешь?

– Да нет, я просто подумал, что снова примусь за книгу. Стоит лишь отдохнуть и осесть на новом месте.

– Книгу? А… «Дикая жизнь на болотах Эссекса». А почему бы и нет? У тебя ведь огромное количество материала. Между прочим, отец, тут продается один дом…

– Вот как?

– Да. На окраине Вудбриджа в графстве Суффолк. По размеру такой же, как наш, и с хорошеньким садиком. Освободится он через месяц. Хозяин – один из моих клиентов.

– Вудбридж? Это ведь на реке?

– Да, на Дебене. Это не совсем обычная местность, но мне сказали, что там достаточно дико, и ты сможешь наблюдать за природой. До города ходит поезд, и потом… – он замолчал, не в силах продолжить.

Эдвард слегка улыбнулся.

– И потом, не слишком близко от Стиплфорда?

– Именно это и нужно. Ведь так? Впрочем, и все остальное выглядит вполне привлекательно. Я думаю, нам подойдет.

– А сколько он стоит?

– С деньгами тоже все будет в порядке. Когда ты продашь этот дом, то даже немного разбогатеешь. Вудбридж – замечательный городок. Хью и Цинтия с удовольствием навестят тебя здесь в выходные, и если ты хочешь, съездим все вместе туда на уикенд. Труди тоже поедет. Ничего, гляди веселей! У нас все будет прекрасно!!

К лужайке подкатила машина, и к домику вверх по тропинке направились двое мужчин.

Глава 6 

Квентин подошел к двери.

– Добрый день, сэр, – произнес тот, что был пониже, джентльмен лет пятидесяти, седоватый, с глубокими морщинами у глаз. – Скажите, дома мистер Лэтимер?

– Да, конечно, – ответил Квентин, встревоженно вглядываясь в их лица.

– Меня зовут инспектор Хольт, отдел уголовного розыска. Я бы хотел его видеть.

Квентин нахмурился.

– Папа себя неважно чувствует, должен я вам сообщить. Что случилось, инспектор? Что-то связанное с поездом? Разве вы не покончили с этим?

– Не совсем, сэр, – Хольт, по всей вероятности, был прекрасно осведомлен. – Возникли кое-какие последствия. Я постараюсь быть кратким.

– Ну что ж, ваше право, – Квентин неохотно открыл им дверь. – Идите за мной.

Он первым вошел в гостиную, за ним инспектор с небольшим чемоданчиком. Сержант замыкал шествие. При виде гостей Эдвард ахнул от удивления.

– Привет, инспектор! Какими судьбами? – воскликнул он и неожиданно покраснел. – Вы по работе? Я ведь слегка не у дел, вы, наверное, в курсе?

– Да, сэр, так точно, – смущенно кашлянул Хольт. – Весьма неприятное дельце… Я сильно расстроился, когда узнал обо всем. А это – сержант Фэрроу.

Эдвард учтиво кивнул.

– Мы, кажется, встречались в суде. Присаживайтесь, пожалуйста.

Оба сконфуженно замолчали. Хольт начал первым:

– Простите, что мы ворвались к вам в воскресенье, дорогой мистер Лэтимер, но другой возможности нет. Речь идет все о той же особе, с которой вы возвращались.

– Да что вы? – с любопытством произнес Эдвард.

– Ее обнаружили мертвой.

В комнате стало тихо. Первой вскрикнула от ужаса Труди. Квентин воскликнул: «О Боже!»

Эдвард недоверчиво уставился на инспектора.

– Что же случилось?

– Сэр, ее задушили.

– Где?

– Неподалеку отсюда. Знаете поселок Кауфлит, вверх по реке? Милях в двух от поселка в солончаках рядом с маленькой бухтой валяется остов брошенной баржи. Труп обнаружил один из яхтсменов вчера во время соревнований.

– Понятно… – медленно протянул Эдвард. – Когда же это случилось?

– Два или три дня назад.

– Полиция вышла на след убийцы?

– Нет, сэр. Пока еще нет.

Лэтимер помрачнел и откинулся в кресле.

– В это трудно поверить!

– Так вы явились сюда сообщить это нам, дорогой инспектор? – поинтересовался Квентин.