Лин Гамильтон - Африканский квест

— Тише ты, — предупредила та.

— Я с вами, — сказала Честити Эду.

— Ни в коем случае! — воскликнула ее мать. — Ты пойдешь выпить чаю!

— Пойду я, — сказал Клифф. Нора было запротестовала. — Ты тоже можешь пойти, если хочешь. Я не хочу ничего упускать.

— Превосходно! — заявил Эд. — Пошли, Клифф. Нора, я позабочусь о нем. Не беспокойтесь.

Нора стояла с сиротливым видом.

— С ним все будет в порядке, — заверила я ее.

— Никогда не знаешь, что может случиться, — ответила она.

— Где-нибудь здесь должен быть торговец монетами, — сказал Эмиль. — Пожалуй, посмотрю, что удастся найти.

Постепенно разошлись и остальные.

Пока что наш план вести себя как можно непринужденнее как будто действовал. Большинство членов группы по-прежнему считало, что ожерелье Кэтрин украл кто-то из служащих, многие пришли к выводу, что она была очень беззаботной. Кэтрин казалась еще очень слабой, но оправлялась от потрясения, и мы придерживались изначальной программы.

Поэтому, пока остальные восхищались изящными римскими мозаиками в музее Бардо, я помчалась в аэропорт встречать Кристи Эллингем.

Не знаю, какой я ожидала увидеть Кристи с ее громким именем и должностью редактора отдела путешествий в журнале «Фёрст класс», потакающем высоким запросам и алчности как новоявленных богачей, так и старых денежных мешков. Высокой, худощавой, элегантной, может быть, высокомерной, с дорогим чемоданом и в роскошном плаще. На самом деле у нее оказалась заурядная внешность, средний рост и вес, короткие каштановые волосы. Единственной приметной чертой был шрам, шедший от уголка губ вниз к краю челюсти. Дорогой чемодан был налицо; высокомерие, однако, никак не проявлялось.

— Привет, — сказала Кристи, протягивая визитную карточку. — Спасибо, что встретили. Мне хотелось написать об этом туре.

И полезла в большую сумочку, достала серебряную зажигалку и пачку сигарет.

— Эти трансатлантические перелеты, в которых запрещается курить, просто убивают меня, — сказала она, глубоко затягиваясь. — Скверная привычка, я знаю. Но бросить никак не могу. Недостает силы воли. Ну, куда едем?

Нужно сказать, что журнал «Фёрст класс» я недолюбливаю. Если вы ищете вдумчивое освещение социальных и политических проблем, вдохновляющие истории о преодолевающих напасти людях или серьезные статьи о чем бы то ни было, читать его не стоит. Однако я прекрасно знала, насколько он влиятелен. Несколько месяцев назад «Фёрст класс» поместил на своих страницах фотографию кооперативной квартиры, которую мы обставляли для подающей надежды канадской кинозвездочки — эту задачу Клайв до сих именует «адской работой», но «Фёрст класс» назвал ее «Новая жизнь в старых домах» в материале, посвященном молодым жизнелюбцам, которым нравятся старые дома, и это вызвало удивительное количество запросов.

Я привезла Кристи в отель и вместе с Сильвией проводила в ее комнату. Номер был великолепным, просторным, с замечательными изразцами на стенах, прихожей, большой кроватью под балдахином и громадной, выложенной кафелем ванной. Резная деревянная арка вела в маленькую гостиную. Повсюду были цветы, и я купила бутылку настоящего шампанского, видимо, это единственное иностранное вино, которое правительство Туниса разрешает ввозить в страну. Бутылка с двумя хрустальными бокалами стояла на красивом бронзовом подносе. Еще там было красивое блюдо с яблоками, грушами и финиками.

— Просто восхитительно, — сказала Кристи. — Надеюсь, вы не будете возражать, если я посвящу остаток дня отдыху. Завтра, когда нарушение суточного ритма будет не так ощущаться, я присоединюсь к группе. Мне хочется познакомиться со всеми и осмотреть достопримечательности.

Приятно удивленная ее покладистостью, я оставила Кристи и вернулась к группе как раз вовремя, чтобы вести всех на медину.

Почти целый час я водила Азизу, Бетти и Джимми осматривать ковры, объясняла разницу в качестве, методы их изготовления и на что обращать внимание при покупке. Поторговавшись с моей помощью, Бетти и Джимми купили два довольно больших, красивых ковра с традиционными персидскими узорами. Вернее, купила Бетти, Джимми совершенно не интересовался ни коврами, ни торговлей с продавцами. Тем не менее, Бетти была в восторге, и я оформила отправку ковров багажом.

Азизу больше интересовали более простые берберские аллучи, но она так и не смогла ничего из них выбрать. Вместо этого она купила красивые шелковое и льняное сифсари, традиционные шаль и косынку, в которых, я знала, она будет выглядеть великолепно. Потом мы с ней пошли искать чича, кальян, который, по ее словам, хотелось иметь Кертису, я помогала ей отличить хорошие от дрянных, изготовленных в расчете на туристов. Она была очень довольна своей покупкой.

Улучив несколько минут для своих поисков, я нашла шесть довольно больших, старых, но не антикварных ковров для своей клиентки-кинозвезды. В дополнение к ним заказала два громадных ковра для гостиной — шелковых, красивых красно-зеленых расцветок.

Свою маленькую группу я привела к мечети Зитуна точно вовремя. Джамиля и несколько человек были уже там, затем в течение пяти минут появились немногочисленные запоздавшие с покупками. Сьюзи, эффектная в желто-синих колготках и изумрудно-зеленой майке, сновала среди людей, просила показать покупки и спрашивала, сколько за них заплатили. Среди покупок было больше всего матерчатых игрушечных верблюдов, это говорит о том, что люди, отправляющиеся в исторический тур, не обязательно интересуются антиквариатом и не особенно разборчивы. Я заметила, что Марлен и Честити поддались соблазну больших проволочных клеток для птиц, Клайв предсказывал, что они будут пользоваться спросом. Мне придется найти способ отправить к ним домой эти довольно громоздкие вещи.

Когда появились Клифф и Эд, все столпились вокруг них, чтобы послушать о банях.

— Они очень интересны, — услышала я голос Клиффа. — Поистине место общественного пользования.

Эмиль, вернувшийся одним из последних, сказал, что не нашел любопытных монет, но купил маленькую терракотовую лампу.

— Что скажете? — спросил он. — Это не моя сфера. Стоит она чего-нибудь?

Я внимательно осмотрела лампу.

— По-моему, римская и, видимо, подлинная. — Эмиль заулыбался. — Однако, — продолжала я, — вот здесь она была разбита и отремонтирована. — Он сдвинул очки на лоб и внимательно осмотрел место, на которое я указала. — Так что вещь хорошая, но ремонт снижает цену.

— А, понимаю. В следующий раз нужно будет взять вас с собой. — Эмиль печально улыбнулся. — Признаюсь, я несколько смущен.

— Не надо смущаться, — утешающе сказала я. — Это не ваша сфера, и ремонт сделан мастерски. Могу представить, как бы я опростоволосилась, если бы пошла искать монеты. Это очень привлекательная вещь, храните ее как красивое напоминание о вашем путешествии.

— Непременно, — ответил он, но, едва я перенесла внимание на группу, как увидела, что Эмиль отдал лампу Кэтрин, которой она очень понравилась.

— Примите ее, — сказал он, — с моими комплиментами.

Кэтрин порозовела от удовольствия. Видимо, Эмиль Сен-Лоран интересовался только лучшими образцами и не хотел хранить напоминания о своих ошибках. Однако я почувствовала бы себя так же, если б он сказал, что монета, которую я нашла, ничего не стоит. Наверно, это профессиональный риск.

— Пора идти, — обратилась я к группе. — Давайте, сосчитаю вас.

— Кажется, я должна вам динар, — сказала Джамиля после того, как мы пересчитали всех трижды. Одного человека недоставало, и этим человеком был Рик Рейнолдс.

— Должны, и хочу получить долг сегодня вечером, — сказала я. О Рике у меня не было ни малейшего беспокойства. — Кто-нибудь видел Рика после рынка фесок? — обратилась я к группе. Не видел никто.

Минут через десять я начала слегка беспокоиться. Конечно, заблудиться на медине было легко, но район этот не так уж велик, и с картой, которую я дала ему, определить направление не проблема. Прошло еще несколько минут, Рик все не появлялся, и группа стала проявлять нетерпение. Я предложила Джамиле отвести остальных к автобусу, пусть они ждут там, и вернуться, чтобы помочь мне в поисках Рика.

Мы с Джамилей развернули карту и решили, кому куда идти, договорились встретиться у мечети через двадцать пять минут и узнать об успехах друг друга. Медина, исторический центр очень своеобразного города Туниса, была построена арабами в седьмом веке. Это полукруглый, обнесенный стеной район с громадной мечетью в центре. Шумное смешение памятников и гробниц, бывших дворцов и крохотных домишек, хаммамов и медресе, белых куполов и минаретов. Повсюду торговые точки: один похожий на туннель сук, то есть крытый рынок, переходит в другой в сложном лабиринте. Улицы большей частью узкие, вьющиеся и днем неизменно переполнены народом, поэтому поиски Рика представляли собой нелегкую задачу. Джамиле предстояло вернуться по прямому пути к рынку фесок, где Рика видели в последний раз. Мне нужно было обойти территорию побольше.