Казимеж Коркозович - Белое пальто в клетку

- Неплохо проломили череп…

- Чистая работа. Никаких следов.

- Ваш вчерашний выстрел попал в цель, но вызвал слишком быструю реакцию. На свое несчастье, Урбаняку удалось уйти из-под нашего наблюдения.

- Дорого ему это обошлось, но и нам тоже. Я не думал, что был так близко от этой щуки, которая кружит где-то в темной глубине. Я парочно не дожал Урбаняка до конца. Хотел дать ему время раскаяться. Меня интересовало, с кем онподелится впечатлениями…

Поручик кивнул:

- Ну и поделился с кем-то, но мы не знаем с кем. Однако в вашем объяснении мне чудится немного самокритики, извините, начальник…

Выдма усмехнулся:

- Это правда. Ибо, к сожалению, учитывается только положительный результат. Не удалось - ты халтурщик, удалось - почти гений.

- Будет и на нашей улице праздник. И, возвращаясь к делу, я хотел бы еще раз прочитать протоколы и рапорты. Может, где-то там ухватимся за конец нити.

- Я даже знаю где.

Герсон с интересом посмотрел на майора. Тот встал из-за стола и направился к несгораемому шкафу, стоявшему в углу кабинета. Вынул из него папку и бросил перед поручиком.

- Не дает мне покоя вопрос, каким образом грабители попали на территорию завода, ибо, как я уже говорил, неверю я в это подсунутое нам окно. Остаются только проходная и вестибюль… Подожди,- Выдма взял папку из рук поручика, который как раз открыл ее,- я найду быстрей. Вот…- Он придержал рукой открытую папку и начал читать:

- «…около десяти вечера из здания вышел Белецкий. Он задержался в проходной и напомнил мне, чтобы я хорошепько охранял, так как в кассе деньги. Об этом я знал, ведь выдача зарплаты была перенесена на следующий день. Когда Белецкий ушел, никого уже не осталось на заводе. Несколько позже, как обычно, в караулку зашел Герман, так как у старшего вахтера такая привычка, проверять, не уснул ли кто из нас на посту. Мы выкурили по сигарете, и Герман вернулся на свой пост. Остаток ночи прошел спокойно, и только от уборщицы я узнал, что произошло…» - И следовательно, не произошло ничего заслуживающего внимания. Для него ночь прошла спокойно! Он и не заметил, что одного вахтера убили, а другого связали.

- Все случилось в другом здании, и грабители действовали тихо. Нож - это не пистолет. Тут я не вижу ничего особенного…- Поручик, как казалось, не разделял мнения начальника.

- Несмотря на это, следует допросить его особо внимательно. Вызови еще раз, я сам с ним поговорю. Послушай, Стефан, а эта девушка. Мы должны ее, черт возьми, найти!

- Все данные сестрой адреса были проверены. Но это ничего нового не дало. Она давно не бывала у своих родных.

- Как это? А тетка, у которой она прописана?

- За исключением тетки, но и она не видела племянницы уже неделю.

- Может, она ее прячет?

- Возможно, но скорее, нет. Это порядочная женщина. Она огорчена и жалеет свою племянницу, очень она привязана к этой Анке.

- А если что-нибудь и знает, то тебе не сказала, боясь ей повредить.

- Да…- поручик почесал за ухом,- вполне вероятно. Поговорю с ней еще раз.

- Нет, этим я сам займусь. Поговорю еще с парикмахером, ну тем, с Новолипок. Может, удастся что-нибудь выяснить.

- Еще есть Кароль…

- Ах, этот журналист! Если он действительно тот, за кого себя выдает. Кино и пресса - две профессии, с помощью которых молодые люди чаще всего подлавливают девушек. Наверняка так будет и в этом случае.

- Надо попробовать. Интересно, сколько может быть журналистов по имени Кароль?

- Придется немножко побегать, - не без удовлетворения в голосе заметил майор.- Ты должен исходить изданных, которые облегчат тебе задание, а именно возраст и каков из себя. Лет не больше тридцати и представительный, если так заморочил ей голову.

- Заморочил голову наверняка только потому, что переспал с ней,- проворчал поручик.

- Да, это ускоряет эмоциональный процесс, особенно у женщин.

- Ох, шеф, если бы у меня была такая практика,- вздохнул поручик.

Выдма притворился, что не расслышал замечания, и продолжал:

- На слишком многое не надейся, ибо, даже если окажется, что этот Кароль журналист, и ты отыщешь его, выяснится, что они только что познакомились, следовательно, многого о ней он не знает, а встречаться она с ним прекратила…

- И это что-то даст.

- Тебя не удивляет, почему она так старательно заметает за собой следы? Может, она замешана больше, чем нам кажется?

- Именно это я и подозреваю.

ЗАПИСКИ АНАТОЛЯ САРНЫ

Адрес пансионата «Белая чайка» я узнал на стоянке такси возле вокзала, а спустя десять минут уже был на месте.

Пансионат - двухэтажная вилла с изломанной линией крыши и датой 1910, выбитой на полукруглом фронтоне стены,- находился рядом с парком, расположенным у южного пляжа. Была вторая половина сентября, п у меня не возникло никаких трудностей с наймом комнаты. Черноволосая девушка внесла мой чемодан наверх, пообещав быстро организовать завтрак. Придя в себя и приняв душ, я спустился в столовую.

Действительно, завтрак уже был готов. Сезон окончился, и только несколько столиков было занято. За завтраком я искал взглядом заведующего пли владельца пансионата. Установил, что им является женщина, сидящая в углу зала. Она разговаривала с каким-то мужчиной. Я ждал удобного случая, чтобы обратиться к ней. Наконец жен-щппа осталась одна, тогда я поднялся и подошел к ней. Кивок головой был ответом на вопрос, не может ли она уделить мне немного внимания.

- У меня возникли трудности,- начал я заранее продуманный разговор,- из которых без вашей помощи мне не выбраться.

- Что же это за трудности? - заинтересовалась она. Зал уже был почти пуст, и я мог говорить относительно свободно.

- Я приехал сюда, к сожалению, не отдыхать, но и не в командировку,- предупредил я с улыбкой,- так как я не журналист и не инспектор. Я цросто художник из Варшавы, вот мое удостоверение…- Тут я вытащил книжечку и, раскрыв, положил перед ней.- И если я хочу попросить вас об одолжении, то только в моих личных интересах.

Женщина остановила взгляд на удостоверении, потом посмотрела на меня. Минуту мы разглядывали друг друга, наконец она отвела взгляд и улыбнулась. Это была первая улыбка, появившаяся на ее до сих пор неподвижном лице.

- Уж очень торжественно вы начали разговор, чем же я могу вам помочь?

- В пюле этого года я был в Сопоте, в это же время здесь отдыхала одна девушка. Она говорила, что живет в вашем пансионате. Вот посмотрите, это она,- я вытащил

фотографию и с бьющнмся сердцем ожидал реакции моей собеседницы.

- Ах, да это пани Эльмер! Я ее отлично помню! - бросив взгляд на фотографию, воскликнула она.

Я вздохнул с облегчением.

- Да, именно Анка Эльмер…- повторил я с самоуверенной миной, ибо наконец-то узнал ее фамилию.- Мы… - я на минуту замолк,- очень подружились, и поэтому она подарила мне вот эту фотографию… На обороте она написала… пожалуйста, прочитайте, чтобы убедиться, что я говорю правду…

Заведующая пансионатом перевернула фотографию и прочитала слова, которые я сам написал еще в Варшаве, обдумывая сценарий этого разговора: «Чтобы Анатоль слишком быстро меня не забыл - Анка». Под ними были число и год.

Во взгляде заведующей я заметил искорки веселья, и это вдохнуло в меня надежду.

- Ну, хорошо, а что же я должна сказать?

- Сейчас объясню. При расставании, ибо, к сожалению, я должен был уехать раньше, Анка дала мне свой адрес в Варшаве, и пожалуйста… я его потерял!

- Я вам сочувствую. Но чем же я могу вам помочь?

- Мне пришло в голову, что в регистрационной книге пансионата записывается место постоянного жительства приезжих. Я сел в поезд и появился здесь, у вас…

- Вы приехали специально из-за этого адреса?

- Но не могу же я потерять такую девушку!

- Проще было обратиться в справочное бюро в Варшаве.

Я был готов и к этому замечанию.

- Ну, конечно же, я там был. Однако женщин с такой фамилией несколько десятков, а я не уверен, не является ли имя Анка уменьшительным от какого-нибудь другого имени.

- Ах, молодежь! - Заведующая рассмеялась и поднялась со стула.- Подождите, сейчас поищем.

Она пришла с книгой в черном переплете и положила ее передо мной.

Я возвращался в Варшаву в надежде, что моя погоня за этой проклятой девицей подошла к концу. И время было самое подходящее, ведь только шесть дней отделяло меня от возвращения Терезы. Я вернулся довольно поздно и не решился тотчас отправиться по полученному адресу. Пошел туда на следующий день утром.

Двери мне открыла пожилая женщина, худая и маленькая, с седыми, мелко завитыми волосами. Лицо ее было покрыто морщинами, но глаза сохранили юношеский блеск.

- Ну, зачем такой трезвон! - фыркнула она вместо приветствия, так как я действительно под влиянием хорошего настроения несколько дольше задержал палец на кнопке звонка.

- Ради бога извините. Анка дома?

- Вы что, снова за свое? Ведь я уже раз вам ответила!