Анатолий Безуглов - Преступники

— Уверен, спросят с каждого. Накажут кого надо.

— Наказание — не главное, — заметил Игорь Андреевич. — Выводы надо сделать. Оздоровить обстановку…

— Совершенно верно. Усилить службу ОБХСС, увеличить число народных контролеров, дружинников…

— Так ведь дело не в числе, Никита Емельянович, — покачал головой Чикуров.

— Разумеется. В «Интеграле» не мешало бы ввести должность заместителя директора по контролю за качеством. Тогда наверняка не пройдет халтура вроде той, что продавали в Попове.

— Здесь я с вами не согласна, — сказала Дагурова.

— Почему? — недоуменно посмотрел на нее райпрокурор.

— Еще Гоголь хорошо сказал: «Человека нельзя ограничить другим человеком: на следующий год окажется, надо ограничить и того, который приставлен для ограничения, и тогда ограничениям не будет конца…» Понимаете, в нашем обществе каждый должен быть контролером! Чувствовать и знать, что он хозяин на своей земле! Все наше достояние — это достояние каждого, его надо беречь! Вот тогда…

Никита Емельянович поднял голову, внимательно посмотрел на Дагурову, хмыкнул и проговорил:

— А что каждый — верно… Я вот думаю, думаю и никак не пойму, как удалось Банипартову и присным заморочить всем голову? Наваждение какое-то…

— Помню, в детстве мы играли зеркальцами, — усмехнувшись, сказал Чикуров. — Наведешь солнечный лучик на чьи-нибудь глаза, и человек ничего не видит… Так и эти деятели ослепили всех. Речами, рекламой, славой, книгами, статьями, передачами… — Он посмотрел на часы. — Обед давно пропустили, ужинать вроде рано… Что же будем делать?

— На улицу, на улицу, — решительно заявила Ольга Арчиловна, складывая бумаги в портфель. — А перекусить надо обязательно, ведь с утра постимся…

Все двинулись к выходу.

— Обидно, — все еще не мог успокоиться Харитонов. — Четыре человека паразитировали на труде честных людей, целого коллектива!

— Вроде рыбы-флейты, — сказала Дагурова.

— Как-как? — переспросил прокурор.

— Рыба-флейта… Водится в Карибском море. Эта паразитка поджидает в засаде какую-нибудь мирную рыбу. Завидев ее, молниеносно бросается и устраивается у нее на спине. Как наездник. Избавиться от нее невозможно. А когда мирная рыба начинает кормиться, к ней устремляется всякая мелюзга в надежде поживиться остатками… Вот тут флейта и хватает рыбешек…

Они вышли на улицу. Вокруг было необыкновенно спокойно, тихо, чисто.

Харитонов показал на дожидавшуюся его служебную машину.

— Спасибо, Никита Емельянович, если не возражаете, пройдемся, — сказала Ольга Арчиловна. — А то засиделись, надо размяться. Воздух здесь просто удивительный! Наверное, потому, что вокруг поселка лес…

— Не только, — сказал Харитонов. — Вы заметили, во многих дворах растет подсолнух?

— Действительно, — удивилась Дагурова. — Ну и что?

— Он очень здорово очищает воздух.

Он взялся было за ручку «газика», но вспомнил предложение Дагуровой и спросил у следователей:

— В гостиницу?

— Да, — кивнул Игорь Андреевич. — Вместе пообедаем.

— Отметим мой уход на пенсию, что ли? — усмехнулся Харитонов.

— Ну, если вы решили твердо… — сказал Игорь Андреевич.

— Твердо, — ответил райпрокурор. — А вам я пожелаю успешно и поскорее завершить следствие.

1

Апитерапия (мед.) — лечение продуктами пчеловодства.

2

Раритет — исключительно редкая, ценная вещь.