Джеймс Берк - Блюз мертвых птиц

— Мисс Гретхен, Дикси Ли — мой старый друг, — произнес я, — и я уверен, что он с радостью даст вам интервью.

— Хочешь сказать, ты представишь меня ему? — спросила она.

— С удовольствием.

— С чего бы это?

— Потому, что Дикси Ли, вероятно, величайший из белых блюз-музыкантов Америки, и все, кто занимается этим бизнесом, об этом знают. Но никто и никогда открыто не признавал его заслуги.

Она опустила свою камеру и посмотрела сквозь меня в зал.

— Ты знаешь телку по имени Джули Ардуан?

— Да, она работает в полиции.

— В каком дерьме она замешана?

— Прошу прощения?

— Кое-кто сказал мне, что она перевозила кокаин для Варины и Джессе Лебуфа, — объяснила Гретхен.

— Я в это не верю.

— Кое-кто сказал мне, что она, может быть, убила своего мужа.

— И кто же этот «кое-кто»?

— Это правда или нет?

— Обе истории — полнейшая чушь.

— Ага, понимаю. У вас тут никогда не было грязных полицейских. А те чернокожие пацаны, что пихают дурь у себя в квартале, с копами, конечно, не делятся.

— Я думаю, что эту белиберду тебе напел Пьер Дюпре. Может, тебе пора включить мозги?

Гретхен осмотрела зал, словно с трудом сдерживая свое раздражение.

— Я была бы тебе очень признательна, если бы ты оставил меня в покое, — наконец выдавила она.

— Так ты хочешь с Дикси Ли познакомиться или как?

Гретхен задумчиво потеребила бровь, словно задавая самой себе вопрос. Я развернулся и направился к своему месту.

— Мистер Робишо, — окликнула она меня негромко.

Я остановился и повернулся лицом к ней.

— Вы уверены, что эта Ардуан в порядке? — спросила она. — Я имею в виду, на сто процентов уверены? Вы готовы поставить на это жизнь Клета?

Я вернулся на свое место и почувствовал, как вибрирует мой мобильный. Пропущенный звонок. Я перезвонил по определившемуся номеру, но попал на голосовую почту.

— Кто это? — спросила Молли.

— Катин Сегура.

— Она сегодня звонила на домашний, но я не успела взять трубку. Я же тебе записку оставила у телефона, ты ее видел?

— Нет, а что она говорила в сообщении?

— Ничего, просто оставила свое имя и просила тебя перезвонить. Извини, я думала, что ты нашел записку.

— Как ты думаешь, это было что-то срочное?

— Даже не знаю.

— Я на минутку.

— Куда ты?

— Найти Клета.

Это не заняло много времени. Они с Джули Ардуан сидели неподалеку от стойки с пивом. Клет зажал между ног большой красный пластиковый стакан с мохнатой шапкой пивной пены и подливал в него что-то из карманной фляжки. Я сел рядом и положил ему руку на плечо. Джули с широкой улыбкой посмотрела на меня, на ее голове залихватски набок была надета фиолетово-золотая кепка Государственного университета Луизианы.

— Привет, Дэйв, — сказала она.

— Как дела, Джули? — спросил я.

— По-всякому, — ответила она, приподняв свой стакан с пивом.

— Видишь, чем Клет занимается? Мы называли это пойло «Б-52». Или пикировщиком. Одно могу сказать точно: эта штука прожжет дыру в любом желудке и гарантирует дикое похмелье.

— Приятель, сегодня только позитив, — произнес Клет, сжимая в руке программку. Он вытер рот тыльной стороной ладони и принялся ее изучать. На его запястье я увидел тонкий кровяной мазок.

— Следующая группа сбацает вестерн-свинг, — сообщил он, — типа Боба Виллса и Спейда Кули. А ты знаешь, что капитан Коуди во многом позаимствовал свой стиль у Спейда Кули?

— Ты что, собираешься это пить?

— Нет, блин, носки стирать, — ответил он.

— Дэйв, принести тебе чего-нибудь холодненького? — спросила Джули.

— Нет, спасибо. Вы после этого куда-нибудь собираетесь?

— Об этом мы пока что еще не думали, — заявил Клет, — может, поедем в «У мулата», поужинаем жареными креветками. А в чем дело?

— Ни в чем. Джули, ты хорошо знаешь Варину Лебуф? — спросил я.

— Знакома, как все, — ответила она.

— В каком смысле? — спросил я.

— Да ни в каком. Я просто ее знаю.

— Она тебе нравится? — не отставал я.

— Приятель, что за тон? — встрял в наш разговор Клет.

— Нет у меня никакого тона, это просто вопрос, — пояснил я.

— Дэйв, если я хочу напиться своей адской смесью, так тому и быть. И мне плевать, что это плохо скажется на моем драгоценном здоровье. И если у меня утром башка будет раскалываться, это моя башка.

— Дэйв просто пытается вести себя как настоящий друг, — сказала Джули.

— Да, но вечер просто замечательный, и не нужно тут кисляк разводить, — буркнул в ответ Клет.

— Кое-кто говорит, что ты работала на Варину Лебуф, — сказал я Джули.

— Тот, кто это говорит, полон дерьма, — отрезала она.

— И кто это тебе напел? — спросил Клет.

— Угадай, — ответил я.

Я не отрываясь смотрел в его глаза. Он же перевел взгляд с меня на сцену, неподалеку от которой стояла Гретхен.

— Поговорим об этом позже, — предложил он.

— А почему не сейчас? — спросил я.

— Дэйв, да что с тобой такое? — спросил Клет.

— Джули, я давно тебя знаю, — попытался я объяснить, — и ты всегда мне нравилась. Я вовсе не хотел тебя обидеть. Вышло так, что меня обеспокоила та история, что мне рассказали.

— Никаких проблем. Просто напомни мне в следующий раз не летать с тобой ни на какие острова, потому что я чувствую себя идиоткой, что приняла тебя за друга.

— Ты хорошо знаешь Пьера Дюпре? — я снова начал свой допрос.

Я видел, как Клет покачал головой.

— Дэйв… — сказал он.

— Что?

Он был одет в бежевый костюм, блестящую светло-голубую полосатую рубашку с плетеным галстуком и легкие кожаные туфли, шляпа покоилась у него на колене. Лицо Клета покраснело, словно рождественская лампочка. Я заметил тонкую нитку крови в волосах на его запястье и кобуру с его любимым тридцать восьмым калибром под плащом.

— Да ничего, — ответил он, — какая разница?

Клет опрокинул свою адскую смесь и выпил ее до дна, не моргая невидящими глазами, напоминающими зеленые мраморные шарики, затем раздавил ногой стакан и уставился прямо перед собой. Я видел, как бьется жилка на его горле; его большие ладони застыли на коленях, как у человека, который слишком устал, чтобы злиться.

Я направился обратно к сцене, как раз когда Дикси Ли Пьюг покинул ее, а из-за кулис появились исполнители вестерн-свинга. Гретхен Хоровитц перекинула лямку сумки со своим съемочным оборудованием через плечо.

— Так вы хотите познакомиться с Дикси? — повторил я вопрос.

— Сначала я должна увидеть Клета.

— Я только что с ним говорил. Не думаю, чтобы он был в настроении для бесед.

— Ты рассказал ему о том, что говорит Пьер?

— Да.

— То есть ты сказал ему, что эта информация от меня, не предоставив мне шанса сначала с ним поговорить?

— Не совсем. Но Клет мой лучший друг, и лучший из всех людей, что мне доводилось знать.

Гретхен, сморщившись, закрыла глаза, и снова их открыла.

— Я просто не верю в это. Я вижу тебя, но не верю, что такие люди могут существовать в реальности. С тобой твоя жена, должно быть, расплачивается за какие-то тяжкие грехи, что она совершила в прошлой жизни.

Я приблизился к ней вплотную и прошептал ей прямо в ухо:

— Ты должна кое-что понять, мисс Гретхен. Если бы не я и не твой отец, шериф Суле уже давно запихнула бы тебя в клетку с тебе подобными. Мне же теперь, наверное, придется подать в отставку и жить с угрызениями совести до конца моих дней. В этом нет твоей вины, ответственность лежит целиком на мне. Но я не хочу больше слушать твои оскорбления.

Я отошел от Гретхен Хоровитц и увидел, как побледнело ее лицо. Дикси Ли Пьюг подошел к нам, вытянув руку для приветствия.

— Дэйв, сколько лет, сколько зим!

— Позволь мне познакомить тебя с Гретхен Хоровитц. Она хочет взять у тебя интервью для своего документального фильма, — произнес я.

— Крошка, ты смотришь на буги-вуги-мэна из la louisiane, — пробасил он, — где ты взяла такие глазки? Они похожи на фиалки.

— Глаза появились из чрева моей матери в комплекте со всем остальным, — ответила Гретхен.

— Дэйв говорил тебе, что в колледже мы жили в одной комнате в общежитии? — спросил Дикси Ли.

— Мои соболезнования, — ответила она и направилась по проходу между рядами в заднюю часть здания, перекинув сумку на плечо.

— У нее своя школа изящных манер? — спросил Дикси Ли.

— Мы поспорили прямо перед твоим приходом. Это не ее вина, — ответил я.

Его взгляд скользнул по толпе, задерживаясь на знакомых лицах. Я заметил, как свисает его живот над ремнем, и подумал, помнит ли он золотые годы и девчонок-подростков, которые дрались за право прикоснуться к его туфлям, когда он пел на сцене «Луизиана Хэйрайд», помнит ли участие в шоу «Америкэн Банд-стэнд», помнит ли вспышки фотоаппаратов, когда он спускался по трапу самолета со своей очередной невестой в аэропорту «Хитроу».