Замок проклятых - Ромина Гарбер

даже в худи и в шарфе. Возвращаться в замок за курткой не хочется, и я устремляюсь вперед.

Сквозь заросший сад иду к воротам, которые охраняют гаргульи, а потом шагаю по мощеной дорожке, что ведет, как я понимаю, в город. Отсюда четко видно, почему жители Оскуро прозвали замок Ла Сомброй: тень от него накрывает весь городок.

На пути вниз по склону – неровные ряды домов, они стоят под наклоном, балконами и косыми крышами упираясь друг в друга, а автомобили припаркованы только на одной стороне улицы. В некоторых домах окна приоткрыты, я чувствую запах кофе и свежеиспеченного хлеба, и у меня урчит в животе.

Я разворачиваю салфетку и откусываю хлеб с томатным джемом. Не знала, что у помидоров может быть такой аромат! Я с аппетитом жую, и тепло разливается по телу, а по подбородку стекает томатный джем.

Когда я дохожу до главной площади Оскуро, от моего завтрака остаются лишь крошки. Я вижу ресторан, рынок, круглосуточный магазин продуктов, лавку подержанной одежды, которая предлагает услуги по пошиву и ремонту, и еще несколько небольших домов.

Клиника – самое внушительное здание на площади, которое словно пытается вытеснить другие строения. Его как будто засунули на площадь в самый последний момент, после того как все уже было построено. Второе по величине здание – Ayuntamiento de Oscuro[17]. Оно выглядит несколько заброшенным, невольно задумаешься, точно ли там располагается администрация городка.

Посреди площади, к которой ведут четыре улицы, расположился неработающий фонтан: человек из кувшина льет воду в бассейн. Эта статуя ассоциируется у меня со знаком зодиака Водолеем. Голубовато-зеленый Водолей похож на андрогина, у него длинные волосы, большие глаза, носит плащ с капюшоном.

На скамейке в тени статуи сидит старушка, она сыплет семечки голубям. Больше никого на площади нет. Я не спеша прогуливаюсь вдоль магазинчиков, разглядываю витрины и останавливаюсь, когда вижу книги за стеклом.

Я толкаю входную дверь, вдыхаю знакомый аромат, который обычно исходит от старых книг, и у меня поднимается настроение. Наконец-то я могу вздохнуть свободно!

В детстве, когда мы с родителями приезжали в новое место, я первым делом заходила в местный книжный. Иногда, чтобы добраться до книг, приходилось ехать на автобусе, а то и на двух, но каждый раз, оказавшись в книжном, я ощущала одно и то же: я в убежище для тоскующих по домашнему уюту библиофилов.

Мне кажется, что в библиотеках это ощущение было бы еще сильнее, потому что ты становишься частью определенного сообщества. Каждый раз, если мы оставались где-нибудь дольше нескольких недель, я подумывала обзавестись читательским билетом. Но меня пугала мысль, что карточки будут накапливаться в моем кошельке, создавая коллекцию «неродных мест», и она начнет давить на меня со временем. Я решила, что запишусь в библиотеку, когда родители обзаведутся собственным домом, тогда бы я точно почувствовала себя местной.

Этот книжный не похож ни на один из тех, которые я когда-либо посещала. Доски, которыми он обшит внутри, необработанные, будто сделанные давным-давно, когда еще не было деревообработки. Полки, на которых расставлены книги, тянутся почти до самого потолка, загораживая свет. Я дотрагиваюсь до сучковатого дерева, и у меня возникает ощущение, что этот магазин такой же древний, как и замок.

Пробираюсь сквозь плотно стоящие стеллажи, будто через дремучий лес, и выдыхаю с облегчением, когда оказываюсь наконец на открытом пятачке. Здесь стоит пара кресел и стол. Отсюда разбегаются дорожки, на каждой обозначено, куда она ведет: ficción, referencia, juvenil[18].

– ¿Busca algo en particular?[19]

Я замираю, услышав сиплый мужской голос. Обернувшись, вижу яркие, светящиеся янтарным блеском глаза и кривую ухмылку. На вид парню около восемнадцати, он одет в джинсы и темно-серую футболку, поверх которой наброшен тонкий черный блейзер. На футболке что-то написано, я могу разобрать только «Ла Сомбра».

– Это ты!

Увидев мое лицо, он переходит на английский, его глаза вспыхивают еще ярче.

– Как здорово! Я Фелипе.

Он так по-свойски обращается ко мне, будто мы давно знакомы. Наверное, здесь так принято. Он приближается, как будто собирается прикоснуться ко мне в знак приветствия, и мой желудок нервно скручивается. Я знаю, что здесь принято целоваться при встрече, но невольно отшатываюсь.

Фелипе испуганно замирает.

– Eh, perdón. Прости, – говорит он и засовывает руки в карманы.

Полы блейзера раздвигаются, и я читаю полностью надпись на его футболке: «LA SOMBRA DEL VIENTO»[20]. Это известная книга испанского писателя Карлоса Луиса Сафона. Мама любила его цикл романов.

Я продвигаюсь в глубь магазина в надежде, что парень затеряется среди стеллажей, но слышу сзади его тихие шаги. Я иду быстро, мне хочется поскорее наткнуться на другого покупателя или продавца, и оказываюсь в задней части магазина, осматриваюсь: дверь, лестница, экран на стене. Не нужно оборачиваться, чтобы понять, что Фелипе стоит у меня за спиной.

Пока я соображаю, как бы мне сбежать, мой взгляд натыкается на полку над экраном на стене. На ней написано: «LEYEDAS LOCALES»[21]. Книги выстроены в ряд лицевой стороной, и на каждой обложке изображение одного и того же замка.

– Ты там живешь. – Его сиплый голос звучит громко. Он стоит совсем близко. – Вместе с la doctora, – добавляет парень.

Непонятно, спрашивает он меня или просто констатирует факт. Я разворачиваюсь и делаю решительный шаг в сторону Фелипе, меняя таким образом наши позиции. Этому трюку меня научил папа. Теперь Фелипе прижат к стенке.

– Не волнуйся, – говорит он, темные волосы падают ему на глаза, – этот магазин – бизнес моей семьи. Я здесь хозяин. Ты ведь пришла ко мне.

Я хмурюсь, не знаю, что сказать на это.

– Уроки испанского? Твоя тетя сказала, что ты придешь.

«Либроскуро» – всплывает памяти слово из записки Беатрис. Я увидела книги в витрине и сразу же заскочила в магазин, не посмотрела, как он называется.

– Поработаем в офисе, – говорит парень и идет к лестнице. Я смотрю туда, куда он поднимается, и вижу залитую светом мансарду.

Я жила когда-то в перестроенной мансарде в Дареме, что в Северной Каролине. Мама писала статьи об успешном сезоне женской футбольной команды Дьюкского университета. В мансарде было маленькое треугольное окошко, и мне нравилось наблюдать сквозь него, как ветер шепчется с золотистыми верхушками деревьев, разбрасывает по округе листья медного цвета.

Я смотрю, как Фелипе растворяется в лучах солнца, и вспоминаю Алису, спускающуюся в кроличью нору. Только в реальном мире девочки не лазают за незнакомыми парнями на мансарду.

Я беру с полки с надписью «Местные достопримечательности» одну