On-line - Никита Александрович Костылев

на свой остывший «дошик», совсем как-то по-детски опечалился и сказал, что планировал сегодня на смене мирно подремать, а из-за нас теперь всю СБ ставить на уши.

Когда я зашел в квартиру, дверь в спальню была уже закрыта и свет не горел. Зайдя на кухню и открыв холодильник, я увидел свой ужин, заботливо упакованный в контейнер. Отлепив стикер от упаковки, я прочитал: «Возьми завтра на работу. Люблю. Казьель».

Я тяжело вздохнул и, не знаю зачем, прикрепил стикер обратно. Обиделась.

Глава 4

На следующий день ровно в 10 я сидел за компом и с высочайшей степенью скуки раскидывал на доске Trello текущие дела. Когда я боковым зрением увидел, как кто-то подходит, повернул голову и увидел Короткова. Парень выглядел невыспавшимся и помятым.

– Пил?

– Пил, – виновато потупился тот.

– Что пил?

– «Месье Абрикос», – виновато сказал менеджер.

– «Месье Абрикос»? – спросил я.

– Угу.

– Что это, растрепанное ты чудовище? – вздохнул я.

– Пивко такое фруктовое.

– И сколько выпил вчера? – я продолжал расспрашивать.

– Ну… нормально я выпил, – продолжал в свою очередь каяться Коротков.

– Понятно, из-за вчерашнего перенервничал, что ли?

– Угу, – Коротков сел рядом. Почесав небритую щеку, он спросил, – слушай, а что будет с этой девчонкой-то?

– Откуда я знаю, Леш, – вздохнул я. – СБшники будут разбираться. Наверняка уже передали все, что есть, в полицию.

– Понятно, – вздохнул тот.

– А что с тобой?

– Да не знаю, – почесал в затылке Лешка. – Не нравится мне эта история. Не нравится.

– Как будто мне нравится, – сказал я.

– Слушай, а можешь у Говорова потом узнать, что там произошло? – спросил Лешка. – Ты вроде как по должности выше, тебя не пошлют.

– Зачем тебе?

– Неспокойно мне, – сказал Коротков.

– Ладно, узнаю, – пообещал я. – Пошли позавтракаем.

– Ой, а что это у тебя в контейнере, – заинтересовался менеджер. – Салат какой-то, что ли?

– Не спрашивай, Леша, просто не спрашивай, – ответил я.

За полчаса до окончания рабочего дня я решил все-таки узнать, что произошло с этой сотрудницей. Когда я заглянул в каморку к Коле, то она оказалась пуста. Я уже собирался уйти, когда увидел Колю, несущего на вытянутых руках очередной «Доширак». В зубах у ведущего специалиста была зажата пластиковая вилка, увидев меня, он недовольно проворчал:

– Жверь аткро!

– Что? – не понял я.

– Жверь! – кивком головы показал он на свою каморку.

– А, дверь, так бы и сказал, – буркнул я, открывая дверь.

– Я так и шкажал, – вместо благодарности прожевал Коля и прошествовал в свою каморку. Я пошел следом.

– Нет, Серега, ты точно не дашь мне нормально поесть, – Коля наконец поставил свой «дошик» на стол и вытащил вилку изо рта. Посмотрев на меня, он снова отодвинул ужин в угол. – Что на этот раз?

– Чего ворчишь? – спросил я, садясь на стул.

– Да придумали вы мне проблем, – вздохнул Говоров. Он посмотрел на меня, после чего добавил, – ну нельзя было на недельку позже прийти со своей пропавшей сотрудницей?

– А что через неделю?

– Отпуск у меня.

– А, и разбирался бы другой гремлин, да?

– Что гремлин-то сразу, – буркнул Коля. Откинувшись в кресле, он сказал, – в общем, ты бы знал, как орал на меня сегодня с утра мой шеф.

– Начальник СБ который? Поплавский вроде фамилия?

– Полтавский, – поправил Коля. Подперев кулаком подбородок, он сказал, – в общем, стоило мне ему доложить про всю эту ситуацию с девочкой, так он первым делом спросил меня, откуда я узнал. Ну и я, дурак, на свою голову, вместо того чтобы рассказать, как заметил подозрительную информацию по пропускам этой сотрудницы и то, что я сам все проверил по камерам и входящим обращениям в чате, решил рассказать правду.

– То есть то, что мы с Коротковым приходили? – уточнил я.

– Ну да, – ответил Коля. – Решил честно рассказать, мол, пришли ребята из направления онлайн-обслуживания и попросили проверить, мол, что там с девочкой случилось. Во-от, – Коля выдержал небольшую паузу и продолжил, – ну тут меня, собственно, и окатывает как поломанного гидранта с гов… ну ты понял. Полтавский, значит, как понял, что это не я узнал сам, а то, что вообще менеджеры рассказали, начал рвать и метать, мол, что я в своей каморке только штаны просиживаю и вообще, какого хрена о таких вещах ты от менеджеров узнаешь.

– А как ты еще узнаешь?

– Серег, ну а Полтавского это колышет, как я об этом узнаю? – возмутился Коля. – Он шеф, его задача раздавать нам, а не по головке гладить. В его понимании служба безопасности – это те, кто сам приходит и задает вопросы, когда что-то не так, а не когда нам рассказывают истории.

– Блин. Коль, но орать на тебя за то, что тебе рассказали про инцидент…

– Не ищи в этом смысла, – махнул рукой Говоров. – В общем, сначала я узнал, что я рукожоп и еще много чего про свое происхождение. В частности, Полтавский сказал, что проще меня уволить и, цитирую: «…посадить макаку на телефоне». Мой шеф, как и все топы, трясется перед выходом на IPO, с него с первого спросят, если в зоне его ответственности всплывет какой косяк. Ну в общем, сказал он мне все проверить, и ни дай бог ему не понравится результат.

– Проверил?

– Как будто у меня выбор был, – проворчал Коля. – В общем, ничего там страшного не произошло, разборки с парнем, и все. Бывшие – они такие.

– Какие еще разборки с парнем?

– Рассказываю, что произошло, – терпеливо начал пояснять Коля. – Есть девочка, Марина Обухова, которая устроилась в нашу компанию. Сама девочка из Калужской области, переехала в Москву оттуда два месяца назад. Сняла комнату в Медведково и устроилась в нашу компанию. Ее ревнивый молодой человек, которого она оставила в своем Боровске…

– Где?

– В Боровске, город такой в Калужской области, – поморщился Говоров, – не перебивай, ради бога, – убедившись, что