Шесть из восьми - Вера Ард

сразу заметно, насколько она полная. Он, конечно, любил девушек в теле, но не до такой же степени. А она уж, наверно, нафантазировала себе, что он и есть ее половинка.

– Матвей, ты не против пойти со мной? – вдруг услышал он голос Лилии и, кажется, впервые встретился взглядом с этой девушкой. Она выглядела куда интереснее Нади. Густые каштановые волосы, тоже невысокий рост, фигура неидеальная, но все равно намного стройнее соседки, да и большая грудь вполне уравновешивала чуть заметный животик. В то время как Надя вдобавок к животу имела еще и толстые бедра. И, кажется, Лиля с утра, как и Александра, даже слегка накрасилась, а Матвею всегда нравились женщины, которые успевают следить за собой в любой ситуации.

– Да, конечно, – улыбнулся Матвей. И поднялся с бревна, на котором сидел рядом с Владимиром.

– Ну а я, значит, пойду с Надеждой. На успех, – рассмеялся его сосед, стараясь снять появившееся в воздухе напряжение.

– Да, да, конечно, – неуверенно произнесла Надя. А Владимир громко спросил:

– Ну что, кто в какую сторону?

13 мая. День

– То есть ваше личное общение с убитой началось с той прогулки? – Вика пристально посмотрела на Матвея. Он выглядел совершенно раздавленным, будто вот-вот расплачется. Худоба и большие глаза с длинными ресницами делали его похожим на голодного ребенка. – Что-то не так?

Матвей наклонил голову и прислонил пальцы к вискам. Тяжело дыша, он проговорил:

– Вы не могли бы не называть ее убитой?

– А-а, ну да. Извините, – формально произнесла Вика и посмотрела в сторону, где рядом с ней, держа в руках блокнотик и ручку, примостился Пантелей. Как будто, если она будет называть погибшую по имени, девушка воскреснет. – Хорошо. Ваше знакомство с Лилией Кульпиной началось с той прогулки?

– Да, – то ли сказал, то ли выдохнул Матвей, глядя в клеенчатый пол палатки. Он сидел на своем спальнике, а Вика с Пантелеем разместились на постели Владимира. В ногах обоих спальников валялась одежда, которую еще предстояло проверить на наличие пятен крови или других следов преступления.

– У вас сразу… – Вика попыталась подобрать правильные слова, – возникли к ней романтические чувства?

– Н-не знаю, не помню! – В голосе Матвея звучало раздражение. Будто ему расковыряли незажившую болячку. – Мы шли, общались… Лиля еще много говорила про то, как ей нравится этот проект. Как она любит читать книги по психологии и искренне верит, что можно найти свою половинку. Что несколько ее длительных отношений в прошлом оказались ошибкой и она уже долго в поиске, но не готова жить абы с кем, что она хочет найти того самого, единственного. Мне это было так близко! У меня в студенчестве была сильная влюбленность, казалось, что на всю жизнь. К сожалению, не срослось, девушка ушла. Я долго переживал, но все еще надеялся испытать подобные чувства. Не знаю… – Матвей наконец поднял глаза и посмотрел на Вику. – Я понял, что хочу получше узнать ее. А вдруг тест показал, что мы идеально подходим друг другу? Я просто очень хотел этому верить.

– Хорошо… – протянула Вика, пытаясь прервать поток Матвеевых соплей. Она, будучи всего на пару лет старше, уже давно не верила ни в любовь, ни во вторых половинок, и ее искренне поражали ровесники, особенно мужского пола, пытающиеся искать в этом мире единственную и неповторимую. – Давайте вернемся к ситуации с фонарем. Вы же первым обнаружили, что он пропал?

– Да, – попытался собраться Матвей. – Пошел в туалет, заметил, что света нет, и вернулся в палатку за фонариком. Случайно разбудил Володю, и он пошел вместе со мной.

– А Владимир точно спал в это время?

– Мне кажется, да. По крайней мере, я не слышал, чтобы он ночью вставал.

Дальше рассказ Матвея полностью совпадал со словами Владимира. Они обнаружили пропажу фонаря, встретили ночью Марка, а наутро рассказали всем о произошедшем.

– Так почему же вы в итоге ничего не сообщили организаторам?

– Мы вернулись в лагерь, никого не найдя на острове. И стали решать, что делать дальше…

9 мая. Утро

– Вы что, не понимаете? Значит, фонарь украл кто-то из нас! – чуть ли не кричал Марк.

– Ой, может, его вообще чайки унесли, а одна случайно в проводе запуталась. – Александра вернулась с прогулки в хорошем настроении и быстро поменяла свое мнение. Видимо, решила, что возможность заполучить Евгения для нее важнее, чем опасность быть пойманной маньяком. Она сидела рядом с программистом и даже как-то слишком близко от него. Матвей, чья спутница тоже примостилась рядышком, уже по рассадке заметил, что наметились пары. Правда, теперь Владимир сидел на одном бревне с Марком, максимально отодвинувшись от него. А все еще расстроенная Надежда оказалась рядом с Яной.

– Ну, чайки вряд ли бы смогли это сделать. Вес у них маловат, – скептично заметил Матвей. – Да и в склонности к суициду птицы не замечены.

Несмотря на яркость Александры, он никогда бы не заинтересовался ею. Тупые женщины ему нравились еще меньше толстух.

– А может, кто-то случайно сломал и потом побоялся рассказать? – предположила Надежда. – У меня ученики иногда так делают: натворят что-то, а потом боятся, что их накажут, и не признаются, – будто оправдываясь, добавила она.

Матвей вновь покачал головой:

– Нет, фонарь был закреплен довольно высоко, не верится, что его ночью могли выломать случайно. Это не так просто сделать. Если только кто-то не хотел украсть его в личных целях. Да и труп чайки это никак не объясняет.

– Так давайте проверим вещи! – воскликнула Надя, будто на нее снизошло озарение. Матвей сразу заметил, как напряглись лица у всех сидящих в кругу.

– Нет уж, позвольте, я не имею ни малейшего желания разрешать кому-то рыться в своих вещах, – с брезгливой гримасой произнес Марк.

Матвей посмотрел на Владимира, ожидая, что тот выплеснет очередную порцию яда в сторону чиновника. Но нет, сосед по палатке тоже молчал. Видимо, идея, что кто-то полезет и в его вещи, ему не понравилась.

– Я не против показать девушкам сумки, хоть это и неприятно. Но, мужчины, уж извините, демонстрировать свое нижнее белье я бы не хотела, – пытаясь изобразить поддельное смущение, а по факту просто флиртуя, произнесла Александра.

Яна покачала головой:

– Нет, это нерационально. Мы только покажем, что не доверяем друг другу, и окончательно угробим всю идею, ради которой здесь собрались. Если фонарь украден, то использовать его незаметно с учетом размеров не получится. Если же это было целенаправленное вредительство, то нет ничего проще, как выбросить фонарь в озеро.

– Ну да, концы в воду, – вздохнул