Ритуал святого Валентина - Инна Юрьевна Бачинская

достал из кармана телефон, набрал номер, произнес пароль «Привет, это я!» и стал слушать.

Монах почесывая бороду, наблюдал, как вытягивается лицо журналиста.

– Ага, спасибо, – сказал Добродеев упавшим голосом. – Подкинь как всегда, лады? Буду должен. – Он отложил телефон и уставился на Монаха.

– Ну?

– Сегодня утром нашли еще одну жертву… В леске около центрального пляжа. Все то же, узел Троицы на правой щеке и остриженные волосы. Личность не установлена… пока.

– Конечно, не установлена. Потому что Бражник не заявлял об исчезновении жены. Фотки?

– Сказал, скинет.

– С тебя ужин с коньяком, Лео.

– Может, это не Маргарита, еще ничего не известно, – сказал Добродеев, но уверенности в его голосе не было вовсе.

Фотографии пришли, примерно через час. Это была Маргарита. С узлом Троицы на щеке, с грубо остриженными темными волосами, в том самом красном платье, в котором они запомнили ее на рауте в «Английском клубе». С золотыми сережками в ушах…

– Не понимаю, – пробормотал ошеломленный Добродеев. – Она исчезла четырнадцатого, сегодня семнадцатое, два дня с половиной, почти три, она не могла там все время… ее бы нашли! Где же она была? А как же выкуп?

Монах пожал плечами и промолчал…

Глава 6

План действий

На каждое действие есть равная ему противодействующая критика.

Постулат Харриссона

– А теперь, Лео, звони майору и скажи, что нам известно имя жертвы и мы готовы его озвучить! – скомандовал Монах. – Не даром, разумеется, – добавил он.

– Лады! Я выловлю его, звякну, и ты бегом к Пушкину. Не опаздывай, у нас будет четыре с половиной минуты.

– Э нет, Лео, так не пойдет, – ухмыльнулся Монах. – Ты упускаешь одну важную деталь – диктуем мы! Так что четыре минуты или десять, решает не он, понял? Через два часа у Митрича в «Тутси». То есть… – он посмотрел на часы, – в пять. Точка.

– Ты думаешь?

– Уверен. Не рохай, Лео. Правда на нашей стороне. Гнем свою линию и берем быка за рога. Противник должен нас уважать. Это я тебе как…

– Знаю, знаю, – перебил Добродеев. – Как скромный бродячий волхв с детективными способностями.

– Увы, уже не бродячий, – сказал Монах. – Перебродивший. Звони!

Добродеев потыкал пальцем в айфон; друг гипнотизировал его взглядом.

– Привет, майор! – бодро сказал журналист, и Монах одобрительно кивнул и показал большой палец: так держать! Потверже! – Есть разговор… у нас, мы тут с Олегом, подсобралась кое-какая информация по второй женщине… Откуда знаю? У нас свои источники. У памятника? – Добродеев посмотрел на Монаха, тот замахал руками и показал кулак. – Не получится, майор. Разговор долгий. Ждем тебя у Митрича через два часа, то есть… э-э-э… в пять. До встречи!

Не дожидаясь ответа, он отключился. С минуту они молча смотрели друг на друга.

– А если не придет? – спросил Добродеев. – Два убийства на руках… Он там днюет и ночует!

– Придет, – твердо сказал Монах. – Прибежит как миленький. Хочешь пари?

– Не хочу!

Если бы они заключили пари, Добродеев снова проиграл бы. Майор Мельник пришел в пять ноль-ноль. Недовольный, мрачный, он прошагал по залу к их столику, кивнул, сел и взглянул вопросительно.

– Как жизнь, майор? – сказал Монах, приветливо улыбаясь. – Леша боялся, что ты не придешь: два убийства не шутка, говорит, ты даже ночуешь на работе.

– Какая у вас информация? – с ходу перешел к делу Мельник, которому было не до лирики.

– Имя второй жертвы, – сказал Добродеев.

– Даже не буду спрашивать откуда, – сказал майор. – Ну?

– А что по первой? – спросил Монах. – Личность установлена?

– Установлена. Приезжая, из Березового…

– Райцентр на севере области, знаю, – перебил Добродеев. – Четыре часа машиной.

– Билетик на автобус нашли? – ухмыльнулся Монах. – Что сообщают из Березового? Как ее звали?

Добродеев только головой покачал: ну, не нахал?

Майор сверкнул взглядом, но сдержался и сказал после паузы:

– Янина Матвеевна Сокор, тридцать три года, одинокая, работала в центральном универсаме, познакомилась в чате с мужчиной из нашего города, он пригласил, она выехала из Березового четырнадцатого февраля двухчасовым рейсом, прибыла сюда в семнадцать пятьдесят, куда направилась с вокзала, неизвестно. Это все. Ну?

– Маргарита Бражник, супруга Виктора Бражника, предпринимателя. Исчезла четырнадцатого февраля с ужина по случаю Дня святого Валентина в «Английском клубе», – сказал Монах, вспомнив сцену из старого фильма, где на мосту обменивают ихнего шпиона на нашего разведчика.

– Там были все городские сливки, я достал пригласительные, – похвастал Добродеев.

– Красиво жить не запретишь, – неодобрительно заметил майор Мельник. – Что дальше?

– Бражник поднял шум, его быстренько увели и скандал замяли, – сказал Монах. – Мы думали, что она вернулась, он просто приревновал – выпил лишнего. И никакого заявления в полицию, разумеется. На другой день, пятнадцатого, нашли первую жертву, в городе пошли слухи про сатанинский культ… из-за знака на лице и остриженных волос. – Майор шевельнулся, но от вопроса удержался. – Леша добился у Бражника интервью, так как по городу говорят, что он собирается ставить автомобильный завод, чуть ли не «Мерседес». Оказалось, враки. Леша, скажи!

– Он покупает землю для корейцев. Выглядел плохо, отвечал через силу…

– Непонятно, какого хрена он согласился на встречу, – заметил Монах.

– Некоторые вопросы приходилось задавать по два раза, – вспомнил Добродеев. – А потом ему позвонили, он схватил телефон… прямо подпрыгнул! Слушал молча, а меня тут же выставила его секретарша… Вытолкала! Жуткая особа! Мечта любой супруги, может, она сама ее и выбирала. Не иначе, потребовали выкуп… так мы с Олегом решили. А потом совершенно случайно узнали, что ее нашли сегодня в леске за пляжем. На щеке знак, волосы острижены – все как в первом случае.

– Обе жертвы примерно одного возраста, одной стати, темноволосые, – сказал Монах. – Между прочим, мы вчера смотались к Саломее Филипповне… Помнишь, в прошлом году собака разорвала убийцу и спасла ей жизнь?[4] Умнейшая женщина и ясновидящая… Ты, правда, в эти вещи не веришь. Ее внук Никитка президент эзотерического клуба «Руна», мы хотели спросить насчет знака. Это так называемый узел Троицы…

– Знаю, – перебил майор. – Ну и?.. Секта?

Монах молчал, загадочно глядя на майора. За столом повисла пауза.

– Трудно сказать, – сказал наконец Монах. – Внука не было дома, а она не знает. Между прочим, волосы остригали перед казнью ведьмам или женщинам легкого поведения, а еще с них снимали украшения. Лет двести назад. Узел Троицы… когда-то считалось, имеет магические свойства – оберег, процветание, благополучие и тому подобное. Таких знаков сотни, сейчас их едва помнят. Ему несколько тысяч лет, сотни модификаций. Зачем убийца использовал именно этот знак? – Монах пожал плечами. – Связано ли это с религией? Даже обсуждать