Дело о трупах в постели - Джизет

–Вам ничего не надо делать.

–Что Вы имеете в виду?

–Срок исковой давности составляет три года. Через две недели претензии налоговой инспекции к Вам станут незаконными. Они ничего не смогут с Вами сделать.

–Со слов женщины, с которой я говорил, сегодня утром её начальство приказало начинать арест имущества.

–Это глупости. У налоговой инспекции нет таких полномочий. Пока они передадут материалы в суд, пока от суда бумажки переползут дальше, три года давно закончатся.

–Но это письмо написано сегодня утром и курьер тут же бросил мне его в ящик. Возможно, они и далее будут так же оперативны.

–Понимаю, – хмыкнул Иван Семёнович, – ну, а Вы со своей стороны затягивайте этот процесс как можно дольше. Тяните и тяните. Можно больничный взять. Он является оправданием для переноса окончательного решения на более поздний срок. И, кстати, Вы зря позвонили в налоговую инспекцию. Раз письмо отправили не через почту, и Вы не расписались в его получении, то можно было сделать вид, что Вы это уведомление и не получали.

–Если б знать, – отреагировал Новиков, – ты нам поможешь?

–Для тебя всё, что угодно, – заулыбался широкоплечий мужчина, – дел у меня сейчас почти нет, помогу, чем смогу.

–Надо на шесть вечера сегодня подойти к судье Чурбак, Овсова вызвали в качестве ответчика и мы даже ничего про это не знаем.

–Повестка из суда приходила?

–Нет. Просто сегодня позвонили и сказали, что уже месяц со мной связаться не могут, что является абсолютной ложью.

–Прекрасно.

–В каком смысле? – одновременно удивились Новиков и Овсов.

–Почему-то для этой судьи я являюсь каким-то серьёзным раздражителем. Как только она видит меня, её тут же перекашивает, а уж если я ещё и в судебном заседании выступаю, то война обеспечена.

–Ты её чем-то обидел? – осторожно уточнил Александр Валерьевич, – Может, тогда тебе не стоит в это дело ввязываться?

–Наоборот, – усмехнулся адвокат, – она меня забавляет, и я только и жду момента, чтобы накатать на неё вполне обоснованную жалобу. Дайте свой паспорт.

Дмитрий достал документ в коричневой обложке и передал адвокату. Последний внёс данные в компьютер и распечатал несколько листков.

–Распишитесь вот тут и вот тут, это доверенность, что я могу представлять Ваши интересы в суде.

–Что ты будешь сегодня делать? – поинтересовался Новиков.

–Перенесу заседание под предлогом того, что ответчик не был уведомлён надлежащим образом, возьму материалы и изучу их. Затем позвоню тебе.

–У меня вопрос, – задумчиво произнёс капитан милиции.

–Какой? – поинтересовался краснолицый адвокат.

–Что собой представляют наши судьи?

–А зачем Вам это? – Иван Семёнович положил доверенность в тонкую папку, – Люди как люди. Обыкновенные граждане, только в чёрной мантии.

–Вообще-то вопрос не совсем праздный, – Новиков улыбнулся, – нам нужны какие-нибудь злодейские сплетни на эту тему. Только правдивые.

–Правдивые? – переспросил высокий мужчина, – Ты собираешь компромат?

–Нет, нам нужно отследить возможные связи. Пока даже не знаем, какие. Может, не только связи, может ещё что-то высветится.

–Это как-то связано с вашим визитом ко мне?

–Да, напрямую.

–Хорошо. Есть у нас судья Чернуца. Был у неё такой материал: женщина написала заявление, что её послали.

–Куда послали?

–На три буквы. Ну, мужской половой орган.

–Мы догадались.

–Но вот о решении судьи догадаться сложнее. Чернуца оправдала ответчика.

–Как оправдала?

–Да вот так. Мотивировка: для женщины посыл на член оскорблением не является. Для мужика является, а для женщины нет.

–В смысле, – осторожно уточнил Новиков, – любая женщина в данной ситуации должна радостно пользоваться моментом и быстренько использовать чей-то стояк?

–Грубовато, – засмеялся адвокат, – но очень точно. Судья приблизительно так и объяснила истице.

–Может, Чернуце взятку дали?

–Вряд ли, – отрицательно покачал головой Иван Семёнович, – Чернуца как раз слывёт принципиальной судьёй, не берущей никакие взятки. Даже договориться по-хорошему с ней нельзя.

–А она замужем?

–Ты хочешь сказать, что у человека хронический недотрах и она выносит решения под влиянием этого факта своей половой жизни?

–Почему бы и нет?

–Она замужем и ни в каких левых приключениях никогда замечена не была.

–Вообще-то это весело, – негромко произнёс Дмитрий, – но нас всё-таки интересует другое. Про Чурбак.

–Давайте про Чурбак. Некоторое время назад она очень дружила с судьями Папрухиной и Васиной.

–А сейчас уже не дружит?

–Дружит. Но не с судьями. Выгнали и Папрухину и Васину.

–За что?

–А вот тут как раз очень интересно. Захотела как-то Папрухина стать председателем нашего городского суда…

–Разве для этого достаточно одного желания? – недоверчиво хмыкнул Новиков.

–Разумеется, нет, – согласно кивнул головой Иван Семёнович, – договорилась наверху, с кем надо и ей намекнули, мол, скинешь нынешнего председателя, и тебя постараются засунуть на это место.

–А почему сверху нельзя снять с должности?

–Потому, что нынешняя председатель тоже не просто так попой на стул давит. У неё есть своя волосатая рука. Подговорила, значит, Папрухина Васину и Чурбак, и стали они жалобы на своё руководство писать. Очень грязноё бельё на свет вытаскивать.

–А было, что писать?

–Ещё как было. Но только у председателя суда свой компромат нашёлся. Она, оказывается, за Папрухиной уже год следила. Чем занималась Папрухина? Когда к ней поступало дело, в котором были истец и ответчик, то она предлагала ответчику «решить» его вопрос, разумеется, за приличную сумму денег. На суде она удовлетворяла требования истца. Но не присуждала деньги истцу, а назначала штраф в пользу государства и условный срок ответчику. Когда истец уходил со своим вариантом приговора, то Папрухина в дело клала совсем другой вариант, полностью оправдывающий ответчика. И так это длилось, пока однажды, один истец не решил через два месяца взять ещё одну копию решения.

–И охренел?

–Не то слово. Он сразу прибежал к председателю суда и накатал заявление на несколько страниц.

–И Папрухину выгнали?

–Разумеется, нет.

–Как нет?!

–Вот так, нет. Председатель суда просто придержала эту жалобу до лучших времён, которые как раз и начались, когда Папрухина, Васина и Чурбак стали на неё кляузы писать. Тут она достала эту жалобу и ткнула в нос Папрухиной. Мол, если не свалишь отсюда по-тихому, то будет по-громкому. И Васину с собой прихвати.

–А Чурбак?

–А Чурбак она как раз оставила. Ведь Оксана Гарольдовна тот ещё тормоз, её легко можно запугать. Она теперь своему начальству слово лишнее боится сказать.

–То есть, в принципе, руководство запросто может ею манипулировать? – уточнил Овсов, оглянувшись на следователя прокуратуры.

–Проще простого.

–А откуда ты знаешь такие подробности?

–Сама Чурбак по пьяни адвокатам жаловалась. Собрались они как-то девичьим коллективом и отметили день юстиции.