Игра на выживание - Андрей Михайлович Дышев

– Где она?

Крот поднес ко мне чашку, раздумывая, что мне можно сказать, а что нет.

– Она вместе с Акуловым продвигается к финишу. Я думаю, они уже на полпути к конечной цели.

– Выходит, Ирэн вышла в финал?

– Нет, – рассмеялся Крот, возвращаясь за стол. – В финал вышел только Акулов. А Ирэн – администратор Игры. У нее другие задачи.

Я не успел поднести чашку к губам. Рука застыла на полпути.

– Что значит администратор? – не понял я.

– Неужели вы даже не догадывались?.. Что ж, это еще раз подтверждает высочайший профессионализм Ирэн. Я не ошибся, когда остановил на ней свой выбор. Она необыкновенно талантливый человек. Какая у нее бурная фантазия! Какой стремительный полет мысли! Тысячи идей витают в ее светлой головушке!

– Вы хотите сказать… – едва ворочая языком, произнес я, – вы думаете, что Ирэн была в курсе? Она знала, что это Игра?

– Она не только была в курсе… О, простите! Я вам не предложил – может, хотите коньяку?

– Лобский! – Я вскочил. – Ирэн знала, что это Игра?

– Знала! – усмехнулся Крот. – Да она была главным сценаристом! Мы вместе с ней разрабатывали все те нюансы, с которыми вы встретились на маршруте!

Мне показалось, что я сейчас упаду. Пришлось опереться на край стола.

– Не может быть, – прошептал я. – Бред… Выходит, там в камере, она знала…

– Разумеется! Она знала, что повстанцы, камера, приготовление к казни – всего лишь искусный розыгрыш, и она, надо признать, талантливо сыграла пленницу…

Сметая со стола тарелочку с орешками, бумаги и ручки, я кинулся на Крота и схватил его за воротник рубашки.

– Ты лжешь, сволочь! – закричал я. – Лжешь, поганец! Ирэн не играла! Она верила, что нас казнят! Она была искренней! Она говорила мне правду!

Крот не сопротивлялся, терпеливо дожидаясь, когда я его отпущу, лишь покраснел немного.

– Хорошо, – сказал он. – Я вам докажу…

Я отпустил его. Он поправил воротник, поднял с пола бумаги, затем придвинул к себе телефонный аппарат и набрал номер. Включил внешний динамик и прибавил громкости. Раздались длинные гудки. Затем щелчок и голос Ирэн:

– Слушаю вас, шеф!

– Как у тебя дела? – спросил Крот, не спуская с меня глаз.

– Мчимся на всех парах! Думаю, к обеду мы будем на финише.

– Шансы на победу?

– Очень высоки! Акулов уже составляет список гостей, которых намерен пригласить на банкет… Как там Кирилл?

– Он в полном порядке, – ответил Крот и подмигнул мне. – Проходит курс реабилитации под наблюдением врача.

– Большой привет ему от меня. Скажите, что…

Я попытался выхватить из руки Крота трубку, но он увернулся и нажал кнопку отбоя. Я в ярости раздавил ногой тарелочку из-под орешков. Случилось светопреставление! Ирэн оказалась декорацией к спектаклю, ее слова – тщательно отредактированным монологом, а чувства – талантливой актерской игрой. Слезы хлынули из моих глаз. Как больно! Как больно!

– Ну что вы, Кирилл! – укорил меня Крот. – Нельзя же так расстраиваться по пустякам! У вас нервное переутомление. Вы слишком вжились в роль… Расслабьтесь, друг мой! Выпейте коньяку!

Он кинулся к дверце встроенного в стену бара, как санитар за лекарством для умирающего. Я грохнулся на диван, обхватил лицо руками. Я не мог успокоиться. Боль и обида душили меня.

– Зачем, зачем… – бормотал я. – Ради чего? Я впустую тратил себя…

Крот поднес мне бокал с коньяком. Испугался за мое состояние и потому налил до краев. Я выпил залпом. Разбитые губы словно вспыхнули пламенем. "Кирилл, дорогой мой, я люблю тебя…" Какая низость! Какая мерзость! Мне стыдно за себя. Зачем же я так распахнул перед ней душу? Как же я мог так обмануться? Дурачок, изливал чувства перед куклой, в рот которой вставили магнитофон с записанной кассетой! "Ты самый близкий для меня человек… Я счастлива от того, что могу быть с тобой рядом. Я восторгаюсь тобой!" Неужели этот ублюдочный эпизод в камере отсняли на пленку и запустят в эфир? Мерзавка! Лживая мерзавка! Администратор Игры! Сколько она заработала на мне?

– Я познакомился с Ирэн давно, – сказал Крот, наливая коньяку и себе. – Лет восемь назад. Я тогда отдыхал в Германии, и совершенно случайно попал на грандиозное феерическое шоу. Ирэн там исполняла стриптиз… Нет-нет, не смотрите на меня так! Я имею в виду только то, что сказал, раздеваться на публике еще не значит…

– Вы решили меня добить, Лобский?

– Я решил говорить с вами начистоту, Кирилл. Вы мне симпатичны, я очень ценю вас, но не хочу, чтобы наши с вами отношения были омрачены какими-то недомолвками и подозрениями. Не скрою, Ирэн тогда мне очень понравилась, и я был приятно удивлен, когда узнал, что она не только моя соотечественница, но также одна из авторов шоу. Надеюсь, вам известно, что Ирэн прекрасно танцует и может с успехом преподавать хореографию… К сожалению, мы с ней расстались, а встретились снова совсем недавно… Вижу по вашим глазам, что вы поняли, когда именно. Да, на Эльбрусе, после соревнований по скоростному восхождению. В те дни я был с головой погружен в работу по организации Игры на выживание, и мне позарез нужны были энергичные молодые люди, которые разбирались бы в вопросах шоу-бизнеса. Я предложил сотрудничество Ирэн, и она, к счастью, приняла предложение…

– После того, как вы припомнили ей прошлое, – дополнил я. – Я знаю, что вы шантажировали Ирэн, отправив ей какие-то фотографии.

– Да что ж с вами поделать?! – воскликнул Крот и раздосадовано хлопнул в ладоши. – Вот видите вы во мне злодея, и не хотите изменить своего мнения! При чем тут шантаж? Да, я выслал ей старый снимок, на котором Ирэн была запечатлена на сцене во время выступления в шоу-программе. Но тем самым я хотел сказать, что восхищен ее талантом, что до сих пор нахожусь под впечатлением от ее выступления. У меня и мысли не было шантажировать ее!

Он помолчал, насупив брови, обмакнул губы в коньяк и продолжил:

– Словом, она согласилась. Я поручил ей очень ответственную работу: она должна была свежим взглядом просмотреть сценарий и внести в него какие-нибудь новые идеи: остроту, напряженность, нестандартность. Так, с ее легкой руки, в Игре появились обломки самолета, многочисленные трупы…

– Какие обломки, Лобский? Какие трупы? Вы о чем говорите? О том, что было в сценарии, или о том, что было на самом деле?

– А это, голубчик, одно и тоже, – ответил Крот, и его губы растянулись в самодовольной ухмылке.

– Значит, следуя сценарию, вы уничтожили самолет, убивали людей?

– Зачем? Всё было понарошку. Но очень, очень правдоподобно!..