Русские боги - Казаков Дмитрий Львович

– Вот и ты, – сказал Олег. – Сейчас начнут подъезжать гости. Пришлось поработать с персоналом, чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов. Долго такое состояние длиться не может, но к вечеру, когда они очнутся, то решат, что все идет как нужно.

Игорь обратил внимание, что на поясе у Олега висит кобура, а из нее выглядывает рукоять пистолета.

– Это зачем? – спросил он.

– На всякий случай. А вот и первые…

На ведущей к корпусу дороге показался микроавтобус «Тойота», черный и блестящий, как шоколадный батончик. Он остановился, двери открылись, и наружу начали выходить плечистые усатые и бородатые мужчины в дорогих костюмах. Из кабины выбрался высокий лохматый старик в рясе.

Широкими шагами он зашагал к дверям корпуса, остальные потянулись за ним.

– Приветствую вас, – сказал Олег, делая шаг навстречу.

– Мир дому сему, – проговорил старик.

Лицо у него было худое, аскетичное, ладони – широкие, точно лопаты, зато глаза пылали, словно два уголька. Похоть светилась в них, сила, жадность и еще что-то, чего Игорь понять не смог.

Под бешеным взглядом старика он вздрогнул.

Плечистые в костюмах казались все на одно лицо, хотя некоторые были повыше, другие пониже. Бороды и усы аккуратно подстрижены, от всех пахнет одеколоном, а на лицах – снисходительное презрение.

Они прошли к стойке администратора и, разобрав ключи, зашагали к лестнице. Лохматый старик направился прямиком в бар.

– Наследники, – сказал подошедший Иван, вновь нацепивший красный пиджак. – Как я их не люблю.

– Думаю, что и они тебя не очень любят, – ответил Олег.

Микроавтобус уехал, на смену ему прикатил «Лэндкрузер», из которого вышли два азиата с непроницаемыми лицами. Они огляделись, один открыл заднюю дверцу, и появился еще один – приземистый, с плоским носом, в костюме цвета песка пустыни и белых туфлях.

Тут у Игоря что-то случилось с головой, показалось, что новый гость не идет пешком, а едет на лошади, что на боку у него сабля в золоченых ножнах, а на голове – металлический шлем.

Первым в корпус вошел один из телохранителей, и только затем хозяин желтого костюма.

– Встречаете? – спросил он с легким акцентом. – Надеюсь, что номер для меня готов?

– Лучший люкс, что только есть в пансионате, – ответил Олег. – Сейчас распоряжусь, чтобы тебя проводили.

Он махнул охраннику, что стоял, тупо глядя перед собой, и тот сдвинулся с места. Зашагал, дергая негнущимися руками и ногами, словно робот Вертер из старого фильма «Гостья из будущего».

Азиат в желтом костюме только головой покачал, глядя на него.

– Надеюсь, что дорогу он знает, – сказал он.

– Знает, – кивнул Олег.

Вслед за охранником трое азиатов утопали в сторону лифтов.

– Тяжело быть хозяином такого мероприятия. – Олег потеребил бороду. – Надо следить, чтобы все были довольны, чтобы никто ни с кем не поцапался. Как говорил один мой… приятель тысячу лет назад – это вам не мечом тыкать.

«Лэндкрузер» уехал, и после этого гости начали прибывать сплошным потоком. Несколько человек, приехавших на рейсовом автобусе, пришагало от ворот, ободранный бомж с безумным взглядом вылез из кустов, словно пробирался лесом и перелез через забор пансионата. Приехали сразу несколько машин, из них полезли пассажиры, и Игорь начал понемногу теряться в новых лицах…

Он запомнил одноглазого старика в больничном халате, которого в вестибюль ввезли на кресле-каталке, и идущего за ним высокого кавказца. Обратил внимание на ослепительно красивого мужчину, похожего на актера Черкасова, чьи глаза при виде Олега загорелись ненавистью.

Потом Иван с ревом кинулся вперед и принялся обниматься с рыжим бородачом, чье лицо было кривым, а глаза – маленькими и колючими. Бородач улыбался, показывая гнилые зубы, и от этой улыбки хотелось убежать и спрятаться. Из рюкзака за его спиной торчала рукоять бейсбольной биты.

Олег кивал вновь прибывшим, провожал гостей к стойке, кое-кому пожимал руку.

Держась вместе, вошли трое стариков из Китежа, голый приветливо улыбнулся Игорю, а в следующее мгновение лицо его исказилось. Он шлепнулся на пол и завопил, разбрызгивая изо рта клочья пены:

– Кровь! Всюду кровь вижу я! Отмойте стены и пол!

Тот, кого называли Серафимом, перекрестился, а второй легко наклонился и поднял бесноватого, словно тот вообще ничего не весил. Голый перестал кричать, но принялся дрожать.

– Простим брата нашего, – сказал Серафим, – сложно нести бремя юродства, тяжела длань Господа на плече его…

– Несите его в номер, – проговорил Олег. – И оденьте во что-нибудь. А то, прах и пепел, на синклите будут женщины. Незачем их смущать. А ты, – он повернулся к Игорю, – проводи их.

Иван вручил Игорю ключ, и тот повел стариков сначала к лифту, а потом по третьему этажу к одному из двухкомнатных номеров на четырех человек.

– Спасибо тебе, чадо, – кивнул худой старик, когда Игорь открыл им дверь. – Да будет с тобой господь…

Когда Игорь вернулся в вестибюль, там Олег яростно спорил с очень высоким и узкоплечим человеком в джинсах и оранжевой футболке с надписью «Holland» на спине. Когда тот повернул голову, стали видны усы и круглое лицо, мрачно горевшие глаза.

Игорь вспомнил, где видел их раньше – в том сне, где орали женщины и смрад тек от виселиц. Только там усатый был намного моложе, в волосах его не имелось седины, а на лбу – морщин.

– Ну смотри! – громыхнул великан в футболке. – Если что не так выйдет, пеняй на себя!

И он пошел прочь, а следом засеменил тот самый черноволосый щеголь, что стоял на входе в ночной клуб две недели назад, когда Игорь только познакомился с Олегом и не понимал, что происходит…

Через открытую дверь заходили новые и новые люди. Некоторые были одеты очень причудливо, виднелись рясы и рубахи с короткими рукавами, военная форма и ношеные пиджаки. Слышались тонкие и басистые голоса, звучал смех, то дружелюбный, то просто злой.

Прошла Екатерина в окружении стайки щебетавших девушек. Мягко улыбнулась Игорю. Пробежал вприпрыжку крошечный человечек в белом парике, со скрипкой в руке. Сгорбившись, втянув голову в плечи и натянув кепку на нос, прошмыгнул Ильин, пациент психиатрической больницы в Донецке.

Иван злобно глянул на приземистого, широкого в плечах мужчину с бычьей шеей, с похожим на башмак носом, бородавками на лице и маленькими глазами.

– Гореть тебе в аду до Страшного суда, «сынок», – пробормотал он и погрозил кулачищем.

Николай в строгом темном костюме провел Анну в платье. Им навстречу двинулся высокий молодой человек с прямым носом, светлыми глазами и золотистыми кудрявыми волосами.

– А, Евпатий, привет, – поприветствовал Олег круглолицего здоровяка в камуфляже, – ты какими судьбами?

– Бросил полк на Кавказе, – ответил здоровяк. – Надеюсь, что несколько дней они без меня проживут.

Он захохотал, весело и открыто, так, что Игорю захотелось к нему присоединиться.

К семи часам вечера, к ужину, пансионат был полон. Из бара неслось нестройное пение, гости слонялись по вестибюлю, а начавший приходить в себя персонал взирал на все круглыми от ужаса глазами.

Тут были те, кого Игорь знал, встречались те, о чьем имени он мог догадываться, но попадались и совершенно неизвестные персонажи.

– Кузьмы нет, – сказал Олег. – Видимо, тогда им не удалось отвертеться. Это печально, но придется обходиться так. Вы идите, ужинайте, потом меня смените. Столик тот же. Иван, и договорись там насчет остальных…

После ужина Игорь поднялся к себе в номер и обнаружил, что к нему подселили самого настоящего казака. На полу валялись высокие сапоги, на тумбочке лежала шашка и фуражка с кокардой. А хозяин всей этой амуниции в одних подштанниках расхаживал по комнате и мурлыкал «Боже, царя храни…».

– Здорово, сосед! – воскликнул он и хлопнул Игоря по плечу. – Меня Васькой кличут. Давай за знакомство тяпнем, что ли? По чарочке, по чарочке, налей-налей-налей… Я горилки налью, самой настоящей. Сам гоню. И сала дам заесть. Сам солю, а свиней сам откармливаю.