Борис Бабкин - Хочешь выжить — убей!

— Они видели его со спины, — с сожалением ответил парень, — и говорят по-разному. Она — что волосы длинные, он — средние. В общем...

— Ясно, — кивнул Валентин Иванович. — Ну что же, будем работать.

Женщина средних лет надевала платье из серебряной парчи. С трудом застегнув молнию сзади, улыбнулась.

— Даже в этом без мужчины не обойдешься. Но звонок Губы... — прошептала она. — Что бы это значило?

Вздохнув, взяла сумочку, проверила содержимое и, повесив ремешок на плечо, пошла в прихожую. И в это время в дверь позвонили.

— Кто? — спросила она.

— Милиция, — ответил мужской голос. По поводу пожара на вашей даче.

— Ах да. — Недовольно вздохнув, она открыла дверь. В прихожую вошли двое. Прозвонил сотовый телефон. — Извините, — улыбнулась женщина, — но работа на первом месте. — Покачивая бедрами, ушла в комнату.

— Какая дама, — подмигнул капитан плечистому молодому оперативнику. Тот усмехнулся, хотел что-то сказать, но замер. Они услышали звук падающего тела.

Оперативник, выхватывая пистолет, рванулся туда. Капитан дергал тугую застежку на кобуре. Чертыхнувшись, все-таки сумел расстегнуть кобуру, выхватил пистолет и вбежал в комнату.

Оперативник, опустившись на колени перед лежавшей лицом вниз женщиной, пытался нащупать пульс. Капитан бросился к окну. Осторожно выглянув, выругался.

Оперативник вскинул голову. Капитан пальцем погладил небольшую дырочку в стекле. Взглянув на парня, покачал головой;

— Такого я не помню. Мы — в двери, хозяйка встречает, отходит поговорить по телефону, и ей через окно всаживают пулю.

Оперативник, осторожно перевернув женщину, увидел у нее на лбу кровавую точку. Покачав головой, вытащил передатчик.

— Сука! — услышала Екатерина разъяренный голос Арсентия. — Я с него, шакала, шкуру спущу! Своими руками.

Екатерина, испуганно оглянувшись, отступила к стене и подхватила лежавшие на столе ножницы. В комнату вошел Арсентий. Увидев у него на руке окровавленную повязку, она обеспокоенно спросила:

— Ты ранен?

— Пустяк, — буркнул он, шагнул к холодильнику, достал бутылку водки.

Сорвав пробку зубами, сделал несколько глотков.

— Что с тобой? — несмело спросила Екатерина.

— Со мной? — усмехнулся он. — Да ничего особенного. Просто у меня никогда не было такого желания убивать. — И снова приложился к бутылке.

Екатерина со страхом смотрела на мужа. Арсентий коротко засмеялся.

— Как последнего щенка под облаву подвели, — пробормотал он. — Ну, сука, вот это сделал он меня! Мразина гре-баная!

— Арсентий, — нерешительно проговорила Екатерина, — что произошло?

— Ты уже спрашивала, — вздохнул он, — я ответил. Да тебя это волновать не должно.

— Ты мой муж, — сердито перебила она, — поэтому я просто обязана...

— Сейчас главное — не мешай мне. У меня забот полон рот. Так что оставь все свои мести и разборки на потом.

— Что-то серьезное? — тихо спросила Екатерина.

— В более серьезных ситуациях я еще не бывал.

— Я могу помочь?

— Да, если будешь сидеть тихо и никуда не соваться.

— Хорошо, — согласилась Екатерина.

— Что-то ты быстро согласилась, — с подозрением проговорил он.

— Я обещаю делать все именно так, — она положила руки ему на плечи, — как захочешь ты.

Хмыкнув, Арсентий обнял и поцеловал жену.

Губа вошел в комнату, поставил в угол скрипичный футляр и, вытащив из-под рубашки «ТТ», сунул его под матрац. Бросившись на кровать, обхватил подушку и уткнулся в нее лицом. Потом рывком перевернулся на спину. По его губам скользнула едкая улыбка. Дотронувшись до шрама на верхней губе, закрыл глаза, — Он сам виноват, — прошептал Губа. — Со мной так говорить опасно. Я мог убить тебя, Арсен, — громче, словно Астахов находился в комнате, сказал он.

— Но не сделал этого. Иногда, чтобы действительно по-настоящему отомстить человеку, нужно оставить его в живых. — Еще раз погладив шрам, открыл глаза. — Но это не все, — пробормотал он. — Ты должен мне больше. Из-за тебя погибли трое. Так что, Арсен, все еще впереди. — Вытянув руку, взял со стоявшей рядом табуретки пачку сигарет. — И ты, Доцент, узнаешь, что это такое. Ты мне должен троих. Правда, ты как загнанный зверь, и поэтому с тобой проще. В том, что произойдет, ты виноват сам.

Вытащив сотовый телефон, он набрал номер. Через несколько секунд ответил мужской голос.

— Дед, — сказал Губа, — лучше, если ты немедленно сменишь место жительства. И еще: звони Дику, он мне нужен.

— Он опять ушел! — бросил Берия.

— Я говорила, — улыбнулась Светлана. — Доцент непредсказуем. Но ты не знаешь главного, — засмеялась она.

— Чего же еще я не знаю?

— Дача Норковой Ленки сгорела. Там сгорели трое мужчин. Это милиция установить смогла. Предполагают, что один из них участковый — рядом с ним найден служебный пистолет. Возле дома — еще трое. Один — стажер участкового.

Двое — молодые парни. Но самое интересное — у ворот нашли пистолет с глушителем, на котором отпечатки пальцев Арсентия Астахова.

— Что? — поразился Берия.

— То, что слышал.

— Откуда такие новости? — недоверчиво спросил он.

— У меня на Петровке работает старый друг, который иногда сообщает мне кое-что. Он, в сущности, там никто, но слышит многое.

— Хороший друг. Это точно?

— Конечно, — снова улыбнулась Светлана. — Абсолютно точно.

— Но что там произошло? Не мог Арсен...

— Норкова была любовницей Губы. И, как говорят, его там частенько видели. Дача была записана на Ленку, а бывал там только Губа. Получается, что это все заварил он. А может быть, Арсен приехал убить Губу? Ведь Доцент жив. И если на него выйдет милиция, у Арсена будут неприятности.

— Это у нас возникнут сложности! — крикнул Берия. -Он знает все!

Кстати, ты сделала то, о чем я просил?

— Конечно. Проводник пятого вагона прождал почти час в условленном месте. Занервничал — и исчез. Людей Пикина не было.

— Что там случилось? — недовольно спросил Берия. Взглянув на нее, предложил:

— Съезди в Воронеж. Ты жила в Воронежской области, так что...

— Ладно. Сегодня вечером и поеду. Если там все хорошо, что делать?

— Постарайся встретиться с Пикиным, — немного подумав, сказал Берия, — и осторожно выведай, в чем дело. Я дам тебе троих. Парни надежные и подготовленные. С ними...

— Таких же специалистов, — улыбнулась она, — каких ты посылал к Доценту?

— Немного лучше.

— С Иваном тоже надо что-то делать.

— Ты права. Особенно теперь. Он понял, что за ним охотится Губа, а кроме него, еще и наши придурки. Он в любое время может обратиться в милицию.

— Не думаю. Если бы он хотел это сделать, то уже пошел бы туда. Он боится за сына и поэтому никуда не пойдет.

— Знаешь... — Худое лицо Берии расплылось в широкой улыбке. Сняв пенсне, протер стекла краем рубашки. — Сын — слабое место Доцента, и если нажать, то...

— То он точно пойдет в милицию. Ты не знаешь, что такое ребенок, твой ребенок.

— Можно подумать, — фыркнул Берия, — что у тебя был ребенок. — Светлана влепила ему пощечину. Он вместе со стулом повалился на пол. Выматерившись, сунул руку в карман и замер. В руке Светланы был пистолет. Немигающий зрачок смотрел ему в лицо. — С ума сошла, — бледнея, прошептал он. Осторожно вытащил руку и показал ее женщине. — У меня...

— Если еще раз, — процедила Светлана, — ты хотя бы заикнешься о ребенке, я убью тебя. И поверь, Степа, это не просто слова. — Опустив руку с пистолетом, медленно отошла к окну.

Выхватив «Макаров», Берия вскочил и направил на нее ствол.

— Что же ты? — не поворачиваясь, спросила Светлана. — Будь хоть раз мужчиной. Стреляй. Ты же обещал убить меня, если я еще раз тебя ударю. Ну! — Повернувшись, медленно пошла к нему. — Давай.

— Не подходи, — пятясь, крикнул он. Споткнувшись о стоявшую на полу спортивную сумку, взмахнул руками и упал. Хлопнул выстрел. Пуля рикошетом ушла от батареи в стену. Светлана, вскинув руку, нажала на спусковой крючок.

Негромко хлопнул второй выстрел. Берия схватился за живот, хрипло вскрикнул.

Опустив голову, посмотрел немигающим взглядом на выступившую кровь.

— Сука, — просипел он и попытался взять пистолет. Она выстрелила два раза подряд. Одна пуля попала ему в грудь, вторая вошла в горло. Светлана подошла ближе и выстрелила еще.

— Я говорила тебе, — бледнея, прошептала она, — стреляй, сволочь. — Выронила пистолет, закрыла лицо руками и отошла к стене. Скользнув по ней, опустилась на пол и разрыдалась.

— Слышал? — спросила молодая женщина сидевшего с газетой плотного мужчину. — У соседей как будто стреляли. Один раз громко, потом тише.

— Ты сейчас любую программу включи, — он недовольно посмотрел на женщину, — оглохнешь от выстрелов. — И снова уставился в газету.

— Так, — кивнул Арсентий. — Понятно. — Отключив телефон, вскочил. — Я уезжаю. — Шагнул к сейфу, вытащил пакет с долларами и пистолет. Затем достал документы. — Скоро приедет милиция. Ты не знаешь, где я, и не видела меня уже три дня.