Нарушитель границ - Эмма Райц

продлится недолго. И только ноющая боль в груди шептала: «Я хочу навсегда…»

* * *

Она провела ладонью рядом с собой и спросонок не наткнулась на Андрея. Пришлось открыть глаза. Лея лежала посреди кровати в полном одиночестве.

– Андрей? Андрей, ты здесь?! – Лея резко села, отчего в глазах потемнело, а голова закружилась.

В дверном проеме показалось улыбающееся лицо:

– Привет, соня.

– Со… А сколько времени?

– Почти полдень.

Лея с запозданием вспомнила, что спала голышом, и натянула одеяло на грудь. Андрей хмыкнул, присел рядом и потянулся к ней с явным намерением поцеловать.

– Ночью ты не была такой стесняшкой… – Поглаживая кончиками пальцев ее щеку, Андрей медленно прошелся губами от скулы Леи к ее подбородку.

– Откуда у тебя халат?

Поняв, что она не в настроении для утреннего секса, он застыл и тихо выдохнул:

– Олл-инклюзив. Нашел в ванной.

– А там есть еще?

– Не-а. Но я могу отдать тебе этот.

– А в чем будешь ты? – Лея зарумянилась.

– Наша одежда выстирана и… почти сухая. Режим сушки тут, конечно, слабоват. Но я готов удовлетвориться полотенцем, – Андрей без тени смущения скинул с себя халат и гордой походкой нагишом прошествовал в ванную, где обернулся в полотенце.

Лея внимательно следила за ним не в силах выбить из головы грустные мысли: «Если бы мы могли жить вместе… Все было бы вот так?»

Закутавшись в халат, который был ей велик на несколько размеров, она последовала за Фенриром в ванную.

– Как думаешь, мы тут надолго? – Лея выдавила пасту на щетку и постаралась задать вопрос будничным тоном.

– Не знаю. А как бы ты хотела?.. – В полотенце на бедрах Андрей подошел к ней сзади и аккуратно приобнял со спины.

Медленно чистя зубы, Лея часто заморгала и выдавила из себя слабую улыбку:

– Судя по всему, ты точно не горишь желанием поскорее вернуться в Москву.

– Угадала… – он наклонил голову и поцеловал ее в шею, заставив забыть о щетке в руке. – Там ты слишком недосягаема… – его теплые ладони нырнули в вырез халата и мягко сжали грудь Леи.

– Зато тут – только руку протяни?..

– Да…

Внезапно раздалось тихое урчание. Лея зажмурилась, сполоснула щетку и повернулась лицом к Андрею:

– Можно мне сначала немного поесть?

* * *

– Твоя ошибка была в том, что ты читал сообщения единым потоком.

– Я в тот момент уже спал на ходу.

Сатир быстро разбил все диалоги по датам, расположил их параллельно друг другу в соответствии с количеством дней до каждого из мероприятий, перед которыми велась переписка, и перед Мороком мгновенно выстроилась четкая система построения сообщений.

– Чертов гений.

– Иначе бы за мной не охотились Леркины конкуренты.

– Часто звонят?

– Раз в месяц стабильно.

– И что заставляет тебя отказываться? – Денис и сам несколько раз безуспешно предлагал Сатиру занять хорошее место в президентской службе.

– Не знаю… Есть в «Фениксе» какое-то неповторимое… очарование.

Морок тихо усмехнулся:

– Ага. Голубоглазое.

Сатир хитро вскинул брови и перевел взгляд с монитора на Дениса.

* * *

– Все, на что хватило моих кулинарных талантов, – Андрей поднял крышку, и Лея с сомнением уставилась на макароны, слегка поджаренные с консервированной тушенкой и томатной пастой:

– Э… Выглядит… съедобно. – Она наложила себе небольшую порцию и присела за стол, потуже затянув халат.

– С пивом было бы вообще шикарно. Но алкоголя тут нет. Как и сигарет…

– Отец ведет здоровый образ жизни. Так что… – попробовав кулинарный «шедевр» Фенрира, Лея замолчала. На вкус он оказался явно лучше, чем на вид. – Хм. Вкусно.

– Льстить необязательно.

– Нет, правда. И сытно.

Андрей иронично покосился на воробьиную порцию Леи:

– Это твоя норма?

– Я же не стокилограммовый двухметровый качок, чтобы поглощать еду целыми кастрюлями.

– Я тоже.

– А сколько в тебе?

– Восемьдесят пять.

– А рост?

Фенрир закатил глаза и сполз по стулу, вытянув ноги вперед:

– Сто восемьдесят девять…

– Да… До богатыря не дотягиваешь, – хихикнула Лея.

– Надо было родиться сыном Морозова. Точно.

– Ой, нет. Он такой огромный, что я вообще с трудом представляю, какая женщина могла бы оказаться ему под стать.

Но Андрей прекрасно помнил Алису. Пожав плечами, он выпрямился и включил чайник.

– Она была примерно твоего роста. Только русая, почти блондинка. Со светло-карими глазами.

– А она?..

– Погибла. Давно. Уехала врачом-волонтером на Ближний Восток и попала под бомбардировку.

Лея зависла от удивления, забыв о еде.

– Это… Это ужасно…

– Это жизнь. – Андрей всыпал в кружку две ложки кофе и залил все кипятком.

– Ты так просто об этом говоришь…

– Я много кого потерял.

– И на какой цифре понял, что возникла привычка?

Фенрир поперхнулся от неожиданности и уставился на Лею:

– Вот кто я в твоих глазах?

Она поняла, что из-за напряжения и волнения сморозила глупость, и отчаянно покачала головой:

– Я… Нет. Прости… Я не так тебя поняла…

– Люди умирают или погибают. Суровая реальность. Но это не значит, что мне не больно, никого не жаль и я не выпадаю из реальности на месяц-другой, потеряв очередного близкого человека.

– Да… Да, ты прав… Я идиотка.

– Нет. Ты просто сидишь как на иголках. Словно на электрическом стуле, который должны были включить пять минут назад, но что-то пошло не так, и ты в панике.

Настал черед Леи поперхнуться. Андрей продолжал внимательно смотреть на нее:

– Что случилось?

– Не знаю… – Лея судорожно вздохнула, впихнула в себя последнюю ложку макарон и подошла к мойке, чтобы помыть свою тарелку.

Из-за шума воды она не услышала, как Андрей приблизился сзади, поэтому чуть не подпрыгнула от ужаса, когда над самым ее ухом раздалось хриплое:

– Я что-то не то сделал?

Стараясь сдержать волнение и излишние эмоции, Лея быстро заморгала и, путаясь в огромном халате, унеслась из кухни, пролепетав:

– Нет, все в порядке.

Раздраженно цокнув языком, Андрей выключил забытую воду и последовал за ней:

– Лея!

– Что?..

– Подскажи момент, когда я из нормального парня превратился для тебя в устрашающего соседа. – Фенрир успел заметить, как она вытерла глаза рукавами и отвернулась к оконному проему, застекленному пятисантиметровым матовым полимером, способным выдержать даже крупнокалиберный обстрел.

– Что ты там пытаешься разглядеть?

– Ничего. Ничего я не пытаюсь! Я… Просто ничего.

– Лея…

Она вжала голову в плечи, но не повернулась. Андрей аккуратно приблизился:

– Поговори со мной, а? Что произошло?.. Что тебя тревожит?

– Всякие глупости…

– Поделись. Может, тебя отпустит?

– Нет. Ты рассмеешься и скажешь, что мне десять лет.

– Обещаю не говорить так. Просто вчера ведь все было хорошо. Ну… Насколько это возможно. А потом ты проснулась, и тебя будто подменили, – он коснулся ладонью ее плеча, и Лея снова