Молох войны - Николай Петрович Марчук

факты нынешних реалий, — кровожадность! Тот, кто сообщит о месте раздачи, сюда не придет, но, он живет в этом селе и ненавидит своих соседей за то, что они получают помощь от России. Ладно, мужики, тянем время себе во вред. Хватит трындеть, пора работать.

Я болтал с волонтерами, пока водители в грузовиках закатывались на территорию храма, где планировалось раздавать гуманитарную помощь. У меня была слабая надежда, что непосредственная близость деревянной церкви поможет и отведет беду.

Есть такой устоявшийся афоризм: «В окопах не бывает атеистов». Он утверждает, что во время крайнего стресса или страха, например в случае смертельной опасности при участии в военных действиях, все люди будут верить в высшие силы или надеяться на их вмешательство. Я хоть и крещеный, но в церкви появлялся редко, в основном на Пасху и то не каждый год. Из молитв знаю только «Отче наш». Но за последний месяц, дня не проходило, чтобы в критические минуты я не повторял: «Боже, спаси и сохрани!» или по утрам, перед отправкой на очередное задание, тихо шептал себе под нос: «Ну, с Богом!».

Начали раздавать гуманитарную помощь, процесс отработан и налажен. Волонтеры передают коробки и ящики из глубины кузова, а снаружи стоят уже местные пенсионеры из числа тех, кто относительно помоложе — они и раздают местным гуманитарку. Я и остальные десантники при этом стоим чуть в сторонке, рассыпавшись по периметру и внимательно следим за обстановкой не только на внешнем периметре, но и на внутреннем. В небе весит «квадрик», который сюда пригнал Баранов, «птичка» должна следить за всей округой.

Охотничьи камеры дистанционного наблюдения, квадрокоптеры, цифровые рации, «плитники», теплые ботинки и даже термобелье, что сейчас на мне и моих подчиненных — это все трофеи добытые в кладовках бункера под аэродромом Гостомеля. Там добра всякого полезного было — горы! Всё импортное, заграничное, свезённое со всего мира. Снаряга и амуниция отличные. У противника из импортного только сухпайки — редкостное гавно! Вот не умеют на западе делать рационы индивидуального питания, какие-то они у них отвратительные выходят как по вкусу, так и по внешнему виду. Кстати, укропские сухпайки, где банки с обычной тушенкой и кашей — вполне себе жрабельные, особенно, что касается шоколада, он на Украине выше всяких похвал. Видимо сказались годы правления Порошенко «Шоколадного зайца».

Заметил карем глаза, как к одному из моих десантников подошла девушка и что-то передала ему в руки, сержант Серпухов, попытался отказаться от подарка, но девушка была настойчива и даже чмокнула в щеку десантника, после чего тот расплылся в широченной улыбке. На прощание украинка что-то нашептала сержанту на ухо, а тот в ответ понятливо закивал головой.

В голове у меня что-то щелкнуло, и я тут же направился к сержанту Серпухову, связываясь по рации с Барановым.

— Поручик, слышишь меня?

— Да, — отозвался старлей. Голос у Баранова был какой-то усталый и бесцветный.

— Что с голосом?

— Ничего, рука болит.

— Ясно, как вернусь в расположение, отправлю тебя в госпиталь.

Баранов вопреки всем правилам и нормам, получив ранение в руку продолжал оставаться в строю и категорически отказывался от эвакуации в тыловой госпиталь. Я, конечно, как командир должен был настоять и отправить его в тыл под конвоем если надо, но людей не хватало, особенно таких опытных как старший лейтенант Баранов, который сейчас практически в одиночку вывозил на себе всю воздушную разведку группировки российских войск, обосновавшихся в Буче и Гостомеле. Старлей, готовил себе замену, но людей все-равно не хватало.

— Ну-ну, — хмыкнул в ответ Баранов.

— Видишь нас?

— Вижу.

— Девушка только что отошла от толпы и двинулась по улице. Видишь?

— Вижу, — спустя пару секунд, отозвался Баранов.

— Веди её.

— Понял.

Зачем я приказал следить за украинской девушкой, которая шепталась с сержантом Ромкой Серпуховым? Не знаю, но предчувствия у меня не хорошие. Пришла дивчина, подарила что-то сержанту и ушла, а гуманитарку при этом не взяла, в очередь не встала. Странно! Опять же со слов местных у них вчера появилась одна залетная особа. Надо проверить, что там за подарок принесла украинка нашему сержанту.

— Что это у тебя? — спросил я, подходя к сержанту.

— Вот, девушка котлет домашних принесла, — явно смущаясь произнес десантник, показывая мне округлый термос для еды, завернутый в махровое полотенце. — От чистого сердца, просила только не открывать, чтобы котлетки не остыли. Потом, говорит, как закончите раздачу гуманитарки, соберётесь в тесном кругу, да каждый по котлете отведаете. Можно, товарищ майор? — спросил сержант.

— А, ну дай сюда, — забрал я сверток из рук сержанта.

Может я сгущаю краски, и украинка принесла российским солдатам домашние котлеты из благих намерений, а поспешно убежала только из-за того, что боялась порицания от односельчан? Вполне возможно. Хотя, слышал из сводок, что пару дней назад в соседнем подразделении солдатики взяли угощение от сердобольной украинской бабульки — пирожки с повидлом, а там еще и топпинг был в виде крысиного яда, в итоге из троих любителей домашней выпечки: двое — в минус, одного успели откачать. Бабулька-отравительница даже скрываться не стала, наоборот, всячески выпячивала тот факт, что это она лично отправила на тот свет двух российских военнослужащих, которые ей по возрасту в правнуки годились.

Развернул полотенце. Термос из нержавеющей стали: хороший, качественный, дорогой. Фирма «Tatonka» — это вам не хухры-мухры, это качественная вещь. У меня самого такой термос был, прямо точь-в-точь. Отцовский подарок на Новый год. Только я свой дал на время майору Самохвалову, и термос уже не вернуть. Из последних данных известно, что машина майора Самохвалова попала в засаду, Илюха и его экипаж отбивались до последнего, но силы были не равны и все погибли. Самохвалова раненным захватили в плен, укропы издевались над ним, тело майора нашли обезглавленным через пару дней с простеленными коленями и гениталиями.

Стоп!

Я держал термос в руках, пальцы сами собой нащупали знакомую вмятину на дне емкости из нержавейки. Я перевернул термос и понял, что это не копия моего термоса, а это он и есть. Вмятина — след падения термоса с высоты второго этажа. Это тот самый термос, который мне подарил отец на Новый 2020 год и который я