Наталья Корнилова - Пантера. Начало

— Где?! — радостно вскинулась я.

— У мошенников, — поник он, глядя на, вешалку. — Я видел эти бумаги, когда проверял его документы в офисе, значит, он носил их в пиджаке, А пиджака, как видишь, на вешалке нет. Ладно, закрывай квартиру, забирай ключ, и идем в контору. Мне там лучше думается.

В офисе босс усадил меня в кресло для посетителей и дотошно переспросил о моем разговоре с дедом у него дома. Я пересказала все слово в слово, а он делал какие-то пометки карандашом и все время напряженно думал. Впервые я видела, как работает его гениальная кудрявая голова, мозги в которой крутились не как у всех нормальных людей, а в другую или, вернее, сразу во все стороны. После моего доклада он поднял трубку телефона, набрал номер и сказал, даже не поздоровавшись:

— Это Родион. Скажи, кто в нашем районе самый главный маклер? Хрящ с командой? А как он обычно действует? — И начал что-то записывать. — Так, подкуп, фиктивные ордера, через психиатра… А как фамилия психиатра? Наталья Ващенко? Все-то вы знаете в своем МУРе. А почему не берете? Доказательств нет? Это бывает… А кто, кроме Хряща, еще может здесь орудовать?.. Все поделено, говоришь, и чужаков сразу кончают? Славные ребята. А с применением насилия можно отобрать квартиру? Легко?! Как это? Со своим нотариусом… Лихо. Значит, от человека только подпись на дарственной требуется, и все дела? Этак можно и меня из будки выселить… Ну-ка, брат, расскажи-ка все поподробнее…

Устроившись поудобнее за столом, он начал слушать. Минут через пять положил трубку, тоскливо посмотрел на меня и изрек:

— Хана нашему деду. И его квартире тоже хана. Зря мы их вспугнули. Так, может быть, хоть жив остался, побомжевал немного. У меня тут однокурсник в МУРе работает, так он поразительные вещи рассказывает…

— Вы же говорили, что в ФСБ.

— Это другой однокурсник — курс у нас был большой, — терпеливо пояснил он. — Так вот, он сказал, что с приватизацией в России появилась масса людей, и глупых, и умных, обладающих солидным капиталом в виде своих жилищ. Государство, как всегда, не позаботилось об их защите, и преступники открыли настоящую охоту за этой халявой. Заставляют человека подписать дарственную на свою квартиру, нотариус, купленный ими с потрохами, тут же, на месте пытки, заверит это дело, и все — закон уже переходит на сторону преступников. Только в нашей многострадальной стране может быть такое! И дураку ясно, что введением института частных нотариусов государство узаконило преступность, развязав ей руки! Скопище идиотов! — Он недовольно шмыгнул носом. — Но слушай дальше. Хозяина потом убивают, если он один прописан в жилище, и устраивают все так, будто он умер естественной или случайной смертью. После этого можно спокойно вселяться в квартиру или продавать ее. Наш клиент идеально подходит для них, поэтому-то они в него так и вцепились. Однокурсник говорит, что сегодня в Москве только чудом можно не попасть в лапы мошенников, покупая или продавая квартиру. Милиции известны все их методы, и те уже не рискуют действовать внаглую, с применением откровенного насилия, а обрабатывают хозяев морально, доводят до психушки, оформляют опеку и так далее. Или же просто подделывают документы. В нашем случае работают явно не местные, потому как сигналов о воскресших покойниках в милицию раньше не поступало. Значит, мы имеем дело с залетными молодцами, а их всегда очень трудно вычислить.

— Постойте, как: я поняла, они должны будут вернуть деда в квартиру?

— И вернут, только не деда, а его труп. Подкинут незаметно, а потом соседи обнаружат его с инфарктом или выбросившимся с балкона — мало ли что, человек старенький, одинокий… — Он вздохнул. — Так что дело это дохлое и шансов у нас очень мало.

— А что вы вообще хотите спасти: деда или квартиру? — подозрительно спросила я.

— Я хочу сделать и то и другое, а также поймать этих мошенников, — спокойно ответил он. — Мой друг сказал, что вычислить их практически невозможно. Но я постараюсь. Это, оказывается, одна из самых преступных сфер в Москве со времен начала приватизации. У них все куплено: нотариусы, ДЭЗы, РЭУ, БТИ и так далее. К несчастью, сбылась мечта всех бандитов — в стране теперь все можно купить за деньги. Неподкупным быть или невыгодно, или опасно для жизни. Настали золотые времена для преступников. Они могут оформить документы на твою квартиру, явиться к тебе домой и оспаривать свои права. Если бы не штамп с пропиской в паспорте, тебя бы просто выкинули вон и даже не стали бы разговаривать. Слава Богу, что прописывают еще в милиции, но, говорят, и прописку скоро отдадут в ведение РЭУ. Тогда в Москве вообще будут жить одни бандиты, которые повышвыривают всех москвичей из их квартир, в том числе и этих тупоголовых горе-законодателей…

Он опять поднял трубку и куда-то позвонил:

— Это Родион. Узнай мне все о Семене Петровиче Поликарпове, семидесяти девяти лет от роду, проживающем по адресу… — он продиктовал адрес. — Узнай, где похоронены его ближайшие родственники… Нет, его могила меня пока не интересует… Проблемы не у меня, а у него. Все, сделай это очень быстро. Жду.

И положил трубку.

— Что, еще один однокурсник? — удивленно спросила я.

— Да, еще один.

— А зачем вам могилы дедовых родственников?

— Меня не оставляет в покое этот дурацкий ключ. Если дед был так хорош, что зарыл в землю все золото вместе с женой, то ему легко могло прийти в голову положить туда и ключ, чтобы она могла в любой момент попасть домой с того света. Похоже, он хоронил ее как царицу египетскую. Других версий у меня пока нет. Найдем, кто вскрыл могилу, найдем и преступников с дедом.

— Но мы ведь еще не знаем, вскрывали ее или нет?!

— Узнаем, не волнуйся. Кстати, где там Валентина? — Он посмотрел на часы. — Пора обедать уже…

Пообедав в шикарно отделанной столовой на втором этаже башни, мы спустились вниз, и почти сразу же раздался телефонный звонок. Родиону сообщили, что жена и двое родственников похоронены на Люблинском кладбище и что все остальные сведения о них сообщат позже.

Мы с боссом сели в недавно купленный для деловых разъездов джип и отправились искать могилы. Он почему-то не умел водить и наотрез отказывался учиться, поэтому вести пришлось мне, как всегда, а он лишь приказывал мне ехать потише и соблюдать все правила, которые почему-то знал назубок. Поставив машину на стоянке, мы пошли бродить по длинным рядам огромного кладбища. Найдя нужную могилу, мы невольно замерли перед стандартной гранитной глыбой с именем жены Поликарпова. Могила была страшно запущена, неухоженна, цветы на венках давно выцвели и скукожились, краска на оградке вся облезла, и мне стало ясно, как сильно любил старик свою женушку, которую так и не узнал как женщину.

— Могилу вскрывали, — уверенно сказал босс, осмотрев место захоронения.

— Не похоже, — не столь уверенно возразила я.

— Совершенно точно. Правда, это было не пять лет назад, а гораздо позднее, — он развернулся и пошел по другой стороне ряда, всматриваясь в надписи на надгробьях и в землю. Потом вернулся и твердо проговорил: — Примерно полгода назад это было. Видишь, земля на могиле чуть желтая, с глиной? А рядом, на могиле брата, земля совсем черная. И у сестры тоже. А здесь почему-то чуть желтая. А ведь похоронили их в один год с разницей в месяц, смекаешь? Учись, пока я жив. На той стороне хоронили как раз полгода назад, и земля там такая же, с желтизной. Там есть тоже одна неухоженная могила, и выглядит она так же. Кстати, не помешало бы нашему клиенту порядок здесь навести, оградки покрасить.

— Боюсь, что оградку уже нужно будет красить и на его могиле, — пробормотала я.

— Ты права, чуть не забыл, — пробормотал босс, достал сотовый телефон и набрал номер. — Привет, это опять я. Слушай, пошли кого-нибудь по адресу, что я тебе дал. Пусть покараулит там и никого в квартиру не пускает. И оружие пусть возьмет. Нет, убить не убьют, но покалечить могут. Все, пока.

Он сложил трубку, сунул в карман и посмотрел на меня.

— Ну, идем теперь к могильщикам? Боюсь, без них тут не обошлось.

— Думаете, они вам прямо так и выложат все? — с сомнением проговорила я, двинувшись за ним.

— Главное, ты не встревай, — пробурчал он, быстрым шагом идя к выходу, где виднелись домики кладбищенских рабочих.

Но дойдя до них, он передумал и отправил меня к машине, чтобы я чего-нибудь не испортила. Обидевшись на весь свет, я забралась в джип, включила радио и стала слушать современную попсовую музыку, от которой уши вяли больше, чем от звуков похоронного марша, доносившихся с кладбища.

Босс вернулся минут через двадцать, явно чем-то обрадованный. Но я не успела узнать, чем именно, потому что, как только он сел в машину, у него в кармане затрещал телефон, и через несколько мгновений мы узнали, что нашу Валентину похитили…