Любовь Рябикина - Снайпер Шайтан

Мужчины рассмеялись:

— Явится — встретим!

Они пробыли в Муроме две недели. Несколько раз ходили на местный рынок. Даша купила себе пуховый платок и пальто с пушистым воротником. Свекровь подарила ей валенки и теперь на улицах города она ничем не отличалась от муромских женщин. Вдвоем с мужем обошли все местные достопримечательности. С Ольгой Игнатьевной Даша побывала в церкви. Молиться она не умела, просто стояла и смотрела, как это делают другие. Война понемногу уходила из ее сердца, она теперь чаще смеялась. Только печаль в глазах не пропадала.

Ночью ударил мороз. Одна из яблонь в саду у Стаценко лопнула и звук был похож на выстрел. Даша вскочила мгновенно. Думая, что она в Чечне, крикнула:

— Стреляют!

В горнице сразу же зажегся свет. За несколько секунд Даша полностью оделась и выбежала из комнаты, оглядываясь в поисках оружия. Юрий выскочил следом. Свекор преградил невестке дорогу:

— Даша, это не выстрел. Дерево в саду от мороза лопнуло, вот тебе и показалось. Иди спи!

Она растерянно смотрела на него. Слова с трудом доходили до сознания. Адреналин кипел в крови. Юра обнял жену за плечи и повел к себе. Она обернулась в дверях:

— Пап, мам, извините, что разбудила. В каждом резком звуке выстрелы слышу…

Свекровь вздохнула:

— Господь с тобой, дочка! У нас тихо. Здесь не стреляют.

Свет погас. Даша тихонько плакала, уткнувшись в плечо мужа и прерывающимся шепотом говорила:

— Как засну, так эти проклятые горы в глазах встают. Я по ним лезу вверх, а добраться не могу. В винтовке патронов нет и вокруг мертвые лица. Особенно ярко вижу одно: огромная черная борода, глаза ввалившиеся, нос горбом, как у ястреба и губы кривятся в оскале.

Стаценко гладил ее по плечам и уговаривал:

— Это пройдет со временем. Обними меня крепко-крепко и спи. Я же рядом и тебя никто не тронет.

Молодые супруги вернулись в Москву. Пару раз сходили в театры. Первый раз в «Ленком» на «Юнону и Авось», второй раз во МХАТ на классическую «Чайку». Прогулялись по ВДНХ. Побывали в Третьяковской галерее и на Бородинской панораме. Вместе с родителями Даши встретили Новый Год. Третьего января выехали к месту службы. Даша сообщила полковнику Саранцеву о времени прибытия поезда по телефону.

Вера Григорьевна и Алексей Иванович провожали их до вагона. Стояли у двери, пока поезд не тронулся. Ехали Даша и Юра в купейном вагоне. Она сидела у окна, откинувшись на мягкую спинку и смотрела на проплывающие мимо дома. Он ласково обнимал ее за плечи, касаясь пальцами кожи на шее. Народу в вагоне было мало, но в их купе неожиданно вошли два кавказца. Один с сильным акцентом спросил:

— Одиннадцатое и двенадцатое места здесь?

Майор ответил:

— Здесь. Проходите.

И почувствовал рукой, как Даша вся напряглась, словно для броска. Погладил ее плечо. Она благодарно посмотрела ему в лицо и чуть улыбнулась. Кавказцы оставили небольшие чемоданчики и вышли из купе. Она сказала:

— На душе тревожно стало, как эти двое вошли. Я спать не буду.

— Успокойся. Какие-нибудь торговцы.

— Тогда почему у них с собой только легкие чемоданчики? Они не торговцы.

— Тебе всюду мерещатся чеченцы. Я понимаю, Даша. Но и в Москве и в Питере полно кавказцев, тебе придется привыкнуть.

Она упрямо сказала:

— Только чувство опасности меня еще не подводило.

Мягкая полка располагала к спокойному сну, но Даша не спала. Просто закрыла глаза, стараясь дышать ровно. Муж лежал наверху и ей показалось, что он заснул. Шел второй час ночи. Верхняя полка напротив скрипнула и тихий голос сказал:

— Джафар, пора!

На нижней полке тоже произошло движение. Женщина почувствовала тень на своем лице, мгновенно открыла глаза и резко выбросила вперед ногу. Противник, ударившись затылком о верхнюю полку, упал на постель. Даша заметила тень сверху, выбросила руку и вцепившись в рубашку сдернула кавказца с верхней полки вниз. Ударившись виском о стол, тот затих. Хотя ножом успел задеть предплечье Даши. Халат сразу же окрасился кровью. Сверху спрыгнул муж, резким ударом руки выбил нож у нижнего бандита:

— А ты права оказалась! Сходи, вызови милицию и приведи сюда обеих проводниц. Одна из них связана с ними. Вот и узнаем, кто? Мы пока посидим, побеседуем.

Женщина вышла из купе и по внутренней связи от проводников связалась с сопровождающими поезд милиционерами. Объясняя ситуацию, внимательно глядела на проводниц. Одна из них заметно побледнела. Даша преспокойно сцапала ее за руку и скомандовала:

— А ты пройдешь со мной и объяснишь, каким образом кавказцы в полупустом вагоне сели именно к нам? Давно ли ты их знаешь и сколько тебе заплатили? Садись…

Обернулась ко второй женщине:

— Перевяжи меня. Ее приятелей муж из купе не выпустит.

Стащила с раненой руки халат, оставшись в лифчике. Из глубокого пореза под наколкой все еще сочилась кровь. Задержанная проводница разревелась:

— Не знаю я их! Подошли на платформе после того, как вы вошли. Сказали, мол, друзьям сюрприз хотят сделать. Спросили, в каком вы купе? Я сказала. Разве же я знала, что они убить вас хотят? Меня, правда, удивило, что не было ни оживленных разговоров, ничего. Но они опять сказали, что обознались, но переходить не хотят.

В купе проводников заглянули двое милиционеров:

— Лейтенант Яковлев. Это у вас ЧП?

Даша слегка прикрылась, но парень заметил кровь и констатировал:

— Точно, у вас. Как я понимаю, вы потерпевшая?

— Верно. Только не одна я, они и мужа хотели убить. Он сейчас их в купе держит. Пошли…

Даша с помощью проводницы надела халат, отвернувшись от милиционеров. Встала и направилась к своему купе, сказав второму парню:

— Поговори с проводницей, это она подселила их к нам.

Направилась к своему купе. Постучала условным стуком и дверь отъехала в сторону. Кавказцы сидели на нижней полке со связанными руками, напротив них устроился Стаценко:

— Пришлось связать. Бросились на меня одновременно, только не учли тесного пространства. Ножи я не трогал, отпечатки на рукоятках только их.

Оперативник хмуро посмотрел на убийц и принялся вызывать по рации подкрепление:

— В четвертом вагоне покушение на убийство. Преступники задержаны, пришлите подмогу.

Взглянул в лицо майора и спросил:

— Могу я взглянуть на ваши документы?

Даша прошла в купе и достала из сумочки удостоверение и военный билет, командировочное предписание из Чечни, свидетельство о браке, протянула всю пачку лейтенанту:

— Держите.

Спросила мужа:

— Что-нибудь выяснил?

— Они посланы убить Шайтана, а вот кем посланы — молчат.

Женщина пожала плечами:

— Быстро они меня нашли.

Один из кавказцев со злостью сказал:

— Тебя все равно прикончат! Не мы, так другие. Ты ответишь за все, что совершила.

Попытался сбить ее с ног, кинувшись всем телом вперед, но лейтенант поймал чеченца за плечо и швырнул на место, как куклу:

— Сиди смирно. Эти твои слова я запомню, чтобы внести в протокол. Находишься в России, да еще и угрожаешь, нечисть черножопая! Попадешь в русскую тюрьму, по-другому запоешь. В лагерях вашего брата настолько «любят», что редко кто из кавказцев доживает и до половины срока.

Подошли еще четверо милиционеров. Заглянули в купе и поздоровались, ни о чем не спрашивая. Лейтенант вернул документы Даше и козырнул Стаценко:

— Все в порядке, товарищ майор. Не могли бы вы и ваша жена подробно описать, как все произошло? Мы сейчас уведем этих подонков, а затем я вернусь, чтобы еще раз поговорить с вами. Дарья Алексеевна, может быть вам требуется помощь врача? У нас есть и доктор.

Даша улыбнулась:

— Спасибо. Меня проводница перевязала. Стоит ли из-за царапины доктора беспокоить. Пусть спит.

Милиционер достал из внутреннего кармана два новеньких целлофановых пакета и осторожно уложил в них валявшиеся на коврике ножи кавказцев. Обернулся к своим:

— Забирайте.

В купе сразу же влезли двое милиционеров и грубо схватив первого чеченца, вытащили его из купе. Точно так же поступили и со вторым кавказцем. Первый заорал:

— Мы скоро выйдем. А вы оба теперь трупы!

Один из ребят саданул ему по голове дубинкой, заставляя замолчать:

— Заткнись, падаль! Это еще посмотрим, кто выйдет. Да тебе теперь десять лет сидеть на нарах.

Лейтенант оставил им несколько листков бумаги. Пригласил проводницу в купе и при всех вскрыл чемоданчики арестованных. Внутри каждого лежали по одной рубашке, по паре носков, трусы, пачка денег в долларах и пистолеты. Доллары лейтенант пересчитал при свидетелях, оказалось по десять тысяч на человека. Милиционер хмыкнул:

— Дешево они вас оценили, Шайтан!

Стаценко резко спросил:

— Откуда вы знаете кличку моей жены?