Аркадий Карасик - Бригада: Металл и воля

— Как сказал умный русский поэт, надежды юношей питают, — гнул свою линию Мурат, — Но ты уже не юноша, поэтому должен поступать разумно. Не ожидать журавля с неба, а брать сидящую рядом синицу. Сегодня я предлагаю ни за что сто тысяч, завтра найду другого, который отдаст мне Белого за пятьдесят. Думай, дружан, хорошо думай…

Сначала Зарема не понимала, о чем говорит Омар с гостями, потом, услышав имя спасителя, ужаснулась. Отбросив куклу, она побежала к зиндану. Слава Аллаху, сегодня дежурит отец, он обязательно выполнит просьбу любимой дочки.

Джамаль сидел на куче песка, оставшейся после того, как выкопали проклятую яму. Рядом с ним лежит автомат, руки перебирают чётки.

Папа Джам, спаси!

— Кого спасать, дочка? — подскочил Джамаль. — Кто за тобой гонится? Опять — волки? Не бойся, милая, я с тобой…

Отдышавшись, Зарема показала на решётку, закрывающую вход в зиндан. Говорить, просить — не было сил. Джамаль всё понял.

— Омар? Почему этого волка не приберёт Аллах, куда он смотрит? Успокойся, доченька, расскажи толком…

Услышав о подслушанном разговоре, Джамаль заторопился. Исчезли сомнения и боязнь. Как говорят русские, Бог не выдаст, свинья не съест. Главное, спасти от неминуемой гибели симпатичного парня с голубыми, как небо, глазами, человека спасшего дочь. Чеченец знал, что его не помилуют — застрелят или зарежут, но что значит его жизнь перед страданиями любимой девочки?

Он решительно отодвинул решётку, опустил в яму лестницу.

— Эй, русаки, просыпайтесь…

— А мы не спим, — спокойно ответил Белов. — Отпускаете? И за что нам оказана такая милость?

На самом деле Саша волновался. Так просто лестницу не опустят, волю не подарят. Неужели, Джамаль, наконец решился на измену своим хозяевам? С трудом верится…

— Дядя Саша, Омар с приехавшими бандитами хочет казнить вас… Спасайтесь!

А вот это уже серьёзно? Ребёнок фантазировать не станет, значит, ей удалось что-нибудь узнать! Придется срочно делать ноги. Подставлять горло под бандитский нож он не намерен.

Не прошло и пяти минут, как пятеро узников выбрались из ямы.

Захлёбываясь, запинаясь, Зарема рассказала о подслушанном разговоре, о том, как приехавшие люди убеждали Омара отдать им заложников. Правда, тот не согласился, говорил о каких-то выкупах, но уже колебался. Она не стала ожидать продолжения разговора — побежала к зиндану. По дороге вытащила из машины, стоящей возле сакли Омара, ключи…

Витёк опередил Серого — схватил брелок с ключами и злорадно расхохотался. Удрать от вшивых похитителей на их собственной машине — самый настоящий анекдот, который он с удовольствием будет рассказывать своим внукам и правнукам!

— Это тоже возьми, — Джамаль протянул автомат. — Не люблю стреляющих железяк… Крови тоже не люблю, — подумав, добавил он.

Автомат решительно взял Федя. Как же подействовало на миротворца короткое заключение в зиндане, если он отвергнул евангелическую догму — ударили тебя по левой щеке, подставь правую! Судя по гневному взгляду, брошенному в сторону сакли Омара, философ будет и стрелять, и убивать.

Нужно торопиться. Зарема нетерпеливо переступала с ноги на ногу, но Саша не мог не задать два вопроса.

Как же вы? Омар не простит..

— А что я? — Джамаль равнодушно пожал плечами. — Сейчас возьму семью и уйду в горы. Там меня никто не найдёт — любой камень спрячет, любая расщелина приютит… Торопись, кунак, как бы нечестивые «гости» не опомнились…

— Сейчас… Скажи, ты не видел здесь русской девушки?… Очень красивой девушки, и очень гордой. Ну, такой… необычной, что ли…

Вместо ответа, чеченец невежливо подтолкнул в спину влюблённого дурня. Не время, мол, чесать языки, поспеши за своими друзьями. Останемся живыми — вот тогда и поговорим о необычных женщинах.

— До свиданья, Саша, — грустно попрощалась Зарема. — Приедешь, когда я подрасту, возьмёшь в жёны, — стыдливо прикрыв лицо чёрным платком, почти прошептала она…

Когда взревел мощный двигатель джипа, боевики отнесолись к этому равнодушно — ничего особенного, уезжают гости Омара, можно ложиться спать. А вот Мурат сразу всё понял — вместе с помощниками выскочил из сакли и, бессильно матерясь, принялся поливать автоматными очередями и дорогу, и скалы, и редкий лес.

Омар понял — игра проиграна, нужно, как можно быстрей, уносить грешную свою душу. Наведут беглецы федералов на аул — конец, ему не увидеть ни сладкоголосых гурий, ни хвостатых и рогатых чертей. И все же, он использовал последний шанс — вызвал по рации отряд боевиков, который базируется на перевале, бросил несколько слов…

— Хрен вам в задницу, чтоб голова не качалась! — ликовал Злой, почти лёжа на баранке руля. — Не достанете, вурдалаки, не догоните, лохи!

Ватсон занимался привычным делом: озабоченно перебирал в бауле пузырьки и пакетики с лекарствами, бинты и прочее медицинское снаряжение. Федя задумчиво гладил автомат. Рыков планировал будущее оздоровление комбината. Белов ни о ч1м не лумал и ничего не планировал — смотрел перед собой и переживал — ему так и не удалось отыскать и освободить Славу…

На аэродром Ханкалы приземлился военный транспортник с генералом Введенским на борту. Игорь Леонидович решал возглавить операцию по ликвидации ещё одной банды. Вообще-то, заместителю Председателя ФСБ не стоило бы вмешиваться в действия местных командиров, но похищение сразу двух олигархов, даже в современной криминальной России — серьёзное происшествие.

Как отреагируют на это события зарубежные инвесторы, ещё не успевшие вложить свои деньги в экономику России? Испугаются и вложат миллионы в ту же Уганду. Или — в Мали. Сколько положено сил и нервов для привлечения немецких и английских капиталов, как заманчиво рисовал президент перспективы развития страны!

И всё это может рухнуть из-за какого-то сопляка — именно так называл Муса немолодого Омара! Поэтому задача не только в разгроме сравнительно немногочисленной банды, главное — освободить заложников.

Ответственный за проведение операции генерал докладывал короткими, рублеными фразами. Введенский, сохраняя на лице благожелательное выражение, одобрительно кивал и про себя комментировал каждое слово докладчика.

Пограничники закрыли границу с Грузией… Рассказывай сказки, генерал, на каждой тропке солдата не поставить — армии для этого не хватит… Привлечены десантники Минобороны, которые блокировали аул с восточной стороны… Предположим, верное решение, но, опять же, где гарантия, что боевики Омара не просочатся по одним им знакомым тропам?… С западной стороны действует спецназ внутренних войск — мышь не проскочит… Мышь может быть и не проскочит, а вот сепаратисты проберутся, они знают в родных горах каждый распадок, каждый камень… С севера действуют подразделения сорок второй мотострелковой дивизии… Наверняка, состоящие из срочников — молодых ребят, ещё не узнавших запаха крови… С воздуха войска поддерживает авиация — вертолёты… Целая армия против максимум двух десятков боевиков? Не стыдно ли даже говорить об этом?

— Прошу держать меня в курсе развития событий. Доклады — каждый час, при необходимости — мгновенно. И днём, и ночью…

Ликовал Витёк преждевременно. Боевики быстро оправились от шока, забрались на вершины и принялись обстреливать серпантин дороги. Поднятая по тревоге группа оседлала ее спереди. Получились клещи, из которых непросто выбраться. Стреляли со всех сторон и сверху. Сплошной свинцовый ливень, от которого не скрыться.

Витёк бросал джип то влево, почти соприкасаясь с горным склоном, то вправо, рискуя рухнуть в пропасть. Безгрешный философ, забыв о молитвах и проповедях, отвечал ваххабитам короткими очередями.

И все же, пуля снайпера попала в плечо водителя. Злой ойкнул и осел. Слава Богу, Белов не растерялся — перехватил баранку руля. Следующий выстрел пробил колесо — машина завиляла. Пришлось остановиться. Торжествующие выкрики победителей и непременное — Аллах акбар, свидетельствовали о неизбежном конце.

Ватсон и Рыков понесли раненного в ближайшую расщелину. Федя остался с Белым — прикрывать отступление. Саша хотел было отобрать у него автомат, но «монах» вцепился в ствол и отрицательно замотал головой.

— Ладно, действуй. Но только — одиночными, патроны вот-вот кончатся.

Будто в воду смотрел — автомат превратился в обычную железку. Чем отбиваться — камнями? Сейчас бы — вертушки с пулемётами и ракетами… Глупо тешить себя несбыточными надеждами, сам на себя прикрикнул Саша, — авиация по ночам не летает. Только бы удалось Ватсону и Рыкову спрятаться с раненным в какой-то щели и затаиться…

Федя отложил умолкший автомат и принялся тихо молиться. Во здравие раненного друга и за упокой себя и Серого.Белов перевернулся на спину и тихо… запел. Песню о кедрах, которые стремились к звёздам, её он когда-то пел Ярославе…