Карамазов - Гоблин MeXXanik

Хрипел и булькал. На губах выступила розовая пена.

В коридоре послышался шум, и на моей ладони появился дымовой шар. Но это был Виктор, который вышел к нам.

– Опять вляпался? – спросил он, указывая глазами на колдуна.

Я кивнул.

– Где Оболенский? – спросил я, шагнув вперед. – Где Юсуповы?

Но колдун только улыбнулся.

– Поздно…. Партия уже… ушла.

– Какая партия?

– Веселящего газа, – послышалось за спиной.

Я обернулся в тот момент, когда Виктор уже бросил гарпун. Лезвие просвистело рядом с виском незнакомца, волна воздуха взъерошила его волосы.

Сзади стоял мужчина средних лет. Высокий подтянутый, с белыми прядями, пересекающими его шевелюру – Оболенский не сильно отличался от своих фотографий, которыми полнилась светская хроника несколько лет назад.

Нижнюю часть лица скрывала странная маска.

– Ты неплохой боец, Карамазов, – с уважением протянул Оболенский, покосившись на сидевшего у стены колдуна. – Смог убить Легбу. А он был сильным бойцом. Компаньон предупреждал меня, что будет нелегко.

– О чем речь?

Он вскинул голову, будто прислушиваясь.

– Поиграл бы с вами, – с сожалением сказал он. – Но мне пора уходить. Скоро здание взлетит на воздух. А вам пора спать.

Он нажал на маску рядом с ухом. Стены дома зашипели. А в воздухе повисло марево.

– Что за… – начал было я, но ноги стали словно ватными, а в голове зашумело.

– Маски! – рявкнул за спиной Виктор.

А ведь точно. В бронекостюме наемников есть маски со встроенными респираторами.

Трясущейся непослушной рукой я нащупал кнопку. Нажал ее, и пластины со щелчками собрались в забрало, скрыв лицо.

Дышать стало проще. Слабость понемногу начала отпускать.

Оболенский уже исчез. Словно и не было его. За домом послышался рев двигателей лодки и крик Оболенского. Он адресовался нам, но что именно хотел сказать мерзавец, я не разобрал.

А где-то внизу, в подвале, послышался хлопок. И здание содрогнулось.

– Эта тварь подожгла дом, – подсказал Виктор. Голос с шипением вырывался сквозь фильтры респираторов.

– Нужно найти… Юсуповых, – с трудом шевеля языком, прохрипел я в ответ.

Мне было дурно. Голова кружилась, стены и пол плясали перед глазами. Ноги подкашивались, а к горлу подкатывала тошнота. Место укуса горело, будто к рваной коже приложили раскаленный утюг.

Я потянулся к плетению фантома. Сила слушалась плохо, словно я выгорел.

Но двойник появился, пусть и с неохотой. Я напрягся, заставляя тень мерцать. Фантом стал будто плотнее, а потом расслоился на несколько собственных копий. Я махнул рукой, и фантомы рванули во все стороны. Мне нужно было оставаться на месте, чтобы контролировать тени и видеть все их глазами. Один фантом оказался в подвале.

Но к моему удивлению, пленных там не нашлось. Вместо казематов там расположилась огромная лаборатория, заставленная каким-то оборудованием. Металлические столы покорежились от взрыва. Весь пол усеивали осколки стекла и куски колб. У стены виднелись развороченные баллоны из-под газа и смятый ударной волной бак с торчащими из него трубками.

Деревянные балки подвала пожирал огонь. Жадные красные языки пламени уже подбирались к потолку, облизывали перекрытия.

Остальные фантомы переходили от комнаты к комнате, двигаясь сквозь стены.

Пол коридора разверзся, и несколько моих разведчиков рухнули вниз, исчезая в огне. Из подвала вырвались языки пламени, которые быстро перекинулись на обшивку, жадно пожирая вкусную, пропитанную лаком пищу. Пожар загудел, набирая силу, давая понять, что времени у меня оставалось мало.

Юсуповы нашлись в одной из комнат первого этажа. Они сидели на полу, закованные в чип-браслеты. На лицах не было страха. Только обреченность и… досада.

При виде фантома Ольга вскинулась и улыбнулась, протянув ему руки. Тень прикоснулась к браслетам. Металл треснул, и девушка освободила запястья. Тут же вскочила, помогая скинуть путы с остальных. Фантом таял, показывая мне, что трое пленников бросились к двери.

Плетение жгло, предупреждая о скором выгорании. Фантом слушался плохо.

– Осталось немного, – просипел я, с трудом удерживая плетение.

Фантом шагнул за дверь. В бушующее пламя, которое уже охватило коридор. Ольга попятилась назад, закрыла рукой лицо. Сергей подвинул ее и шагнул вперед. Сжал ладони – и на стенах проступил лед, который с шипением плавился, заливая пламя. А следом в игру вступил Михаил Александрович.

Волна прокатилась по коридору, с шипением заливая огонь. В воздухе повисла пелена горячего пара. Ольга взмахнула рукой – и вихрь рассеял жар. Работала семья слаженно, словно уже не раз делали подобное. Юсуповы двинулись за фантомом.

У провала Сергей создал мост изо льда. Перешел через прогоревший участок пола и остановился, удерживая плетения, ожидая, пока проем пересекут остальные.

Лицо парня побелело, а в глазах появился лихорадочный блеск. Видимо, младший Юсупов потерял многовато сил.

Я отпустил двойника только на крыльце дома. Мое собственное тело тяжело осело вниз. Пока я водил фантома по коридорам, Виктор вытащил меня из особняка и усадил на крыльцо.

Кое-как нащупав кнопку забрала, я нажал на нее. Тут же ощутил приятный ветерок, охлаждающий разгоряченную кожу. Вдохнул воздух с примесью дыма и гари.

– Спасибо, Алексей Юрьевич.

Я поднял голову. Михаил Александрович стоял надо мной. Во взгляде главы Семьи читалась благодарность.

– Это… было… не особенно… – с трудом ворочая языком, просипел я и нашарил на поясе фляжку. Открутил крышку и сделал несколько жадных глотков. Но легче мне не стало.

– Где Оболенский? – уточнил глава Семьи.

– Ушел. – Я махнул рукой в сторону озера. – Эта тварь все четко спланировала. Притравил нас какой-то дрянью и оставил нам выбор: или спасать вас, или драться с ним. Мы выбрали первое.

Юсупов кивнул. Хотя, судя по его лицу, старик был чуточку недоволен таким решением. Он бросил взгляд на озеро, а затем направился к машине.

Ольга склонилась надо мной. В больших глазах девушки читалась тревога. Она прикоснулась к рваной ране, которую оставили зубы нелюдя.

– Это… это… – залепетала она.

Вместо ответа я указал на лежавшее на дорожке безголовое тело.

– Случайно вышло.

Ольга обняла меня, и я почувствовал, как она открывается. А ее сила перетекает ко мне, пытаясь реанимировать.

И в этот момент меня тряхнуло. Буквально всем телом я ощутил на себе полный злобы взгляд. Обернулся.

Сергей Юсупов стоял в нескольких шагах от нас. И если бы глазами можно было убить – я бы уже осыпался на грязную придомовую дорожку горсткой пепла. Лицо парня исказилось от злобы, которую он даже не пытался скрыть. В зрачках его плясали молнии.

Ольга отстранилась от меня и поцеловала в щеку.

– Рыцарь заслужил поцелуй от спасенной дамы, – прошептала она мне на ухо. А затем встала с земли и подошла к Сергею. Что-то ему сказала. Парень не ответил. Ольга обняла