Малая: Жизнь после тебя - Алайна Салах

Ответа я не могу расслышать, потому что Андрей, плотнее прижав трубку к уху, выходит из комнаты.

Зажмурившись, я подтягиваю колени ко лбу и начинаю молиться о спасении. О том, чтобы в арсенале Севера оказалось достаточно аргументов, чтобы заставить Андрея меня отпустить. Удивительно, что два человека, принадлежащие одному миру, на деле оказываются такими разными. У Севера есть принципы, Андрей же их не имеет.

— Так, нас прервали. — Дверь со стуком ударяется в стену.

Лицо Андрея покрыто бурыми пятнами, словно ему надавали оплеух.

— Короче, слушай сюда, красотка. Твой хахаль, ясен хер, на британский флаг порвется ради бабок, но я тоже не лох. И если я тебя на кусочки порежу и на заднем дворе закопаю, ни одна уличная собака на меня криво не посмотрит. Потому что свои обещания нужно держать. И неважно, мужик ты или баба. Те парни внизу сюси-муси, как я, разводить не будут. Они на деньги тоже рассчитывали и сейчас очень злы. И рот и жопу тебе порвут, ебать будут до рвоты. Рекомендую тебе до такого не доводить и прямо сейчас отдать все, что наобещала.

— Я же сказала, что могу отдать только часть. Это отличные деньги. Хватит на пять таких дач, — в отчаянии тараторю я. — Это все, что я могу сделать. Никто не собирался никого обманывать.

— А на хера ты общак вернуть пообещала? — Андрей зло щурится. — С самого начала кидануть хотела?

— Нет. Я собиралась выполнить все условия, чтобы спокойно жить в родном городе. Но все оказалось не так просто. Мой человек в Европе говорит, что пока ничего сделать невозможно. Я с ним каждый день была на связи. Необходимо личное присутствие… и много чего еще.

— А я думаю, что ты пиздишь, красотка. Слишком уж Север суетится. — Андрей бросает взгляд на часы. — Даю тебе полчаса, чтобы найти способ вернуть все бабки. Потом сюда поднимется Рыжий, и его уже никто не будет останавливать.

57

— Ты, блядь, остановись и подумай, что творишь, — рявкаю я, до упора выжимая педаль газа. — Я знаю, что ты малую за деньги крышевать взялся. И не потому что она мне сказала, а потому что я тебя, суку продажную, знаю как облупленного. Не трожь девчонку, ты понял? Я хуй знает, на что ты вообще рассчитываешь. Улица тебя не поймет. Отец ее на свободе, так что спрос теперь с него. С какой рожей ты вернуться собрался? Я же тебя лично живьем закопаю.

— Ты о чем, Север? — ядовито звучит в трубке. — Линда со мной по своей воле. Я ее уже пару месяцев трахаю. Сосет она пока на троечку, но со временем научится. Потом, глядишь, женюсь.

Я стискиваю челюсть так, что ноет череп. Встретил бы его сейчас, выдавил бы глаза.

— Я тебе еще раз повторяю. Одумайся. Где бы ты сейчас не был, верни ее к дому. Вернешь сейчас — мы обо всем забудем. Слово даю.

— Да пошел ты на хуй, — визгливо гавкает Тайсон. В трубке раздаются гудки.

Шарахнув ладонью по рулю, я матерюсь. Что такого случилось, что у него так резко башню сорвало?

С-с-сука, где его искать-то? Шаман уже всех знакомых пацанов обзвонил. Тайсона со вчерашнего дня никто не видел. Ну малая. Ни дня без приключений. И я долбоеб. Надо было ее к стене прижать и обо всей этой ситуации допросить.

Телефон вновь жужжит. Имя на экране становится для меня очередной неожиданностью. Звонит Змееныш. Так у меня записан младший сын Аспида.

— Алло. Север, это ты? — Его голос звучит натянуто.

— Говори быстрее, — цежу я, вкапываясь колесами в обочину. Пора решить, куда ехать.

— Имей в виду, что сам я бы никогда не позвонил, потому что думаю, что ты гондон…

— Блядь, говори, что нужно!

— В общем, я приехал сегодня на склад, и там встретил Линду, — опомнившись, тараторит он. — Она была в компании странных мужиков и выглядела тоже странно. Сказала, что у нее все нормально, но по виду так не выглядело.

По позвоночнику скребет озноб. Допустим, с ней был Тайсон, а кто остальные двое? Его пацаны божатся, что сегодня с ним не встречались.

— Они сказали, что собираются за город на шашлыки…

— Как они выглядели? — перебиваю я.

— Один с перебитым носом. Похож на боксера. Второй невысокий такой… лица не помню. Вроде лысый. И третий здоровый, рыжий. Выглядит так будто полжизни сидел.

Я крепко сдавливаю переносицу. Рыжий. Этот и правда за что только не сидел. И дважды за изнасилование. На улице ему никто руки не подает. Так какого черта с ним делает Тайсон?

— Склад у тебя где? Адрес.

Змееныш называет. Оказывается, по пути к выездной трассе.

— С ней же все в порядке? — спрашивает он растерянно. — Линда в последнее время кем только не работала, но вряд ли до такой компании могла опуститься.

— Сколько времени прошло с момента, как вы встретились?

— Около часа, наверное…

«Долбоеб», — бормочу я, оборвав вызов. Час. Целый час.

Сразу набираю Шаману.

— Рыжего помнишь? Которого Китаец недели три назад возле караоке отмудохал? Пробей, где он может быть. Направление — выездная трасса из города, там где склады. Малая с ними… Хуево, да, сам знаю. Поэтому счет на минуты идет.

58

— Ну и как у нас обстоят дела? Полчаса истекли. — Стоя в дверях, Андрей меряет меня пристальным взглядом. — Решила, как будешь бабки возвращать?

— Мне нужен мой телефон, — хриплю я, разглядывая кровавые полумесяцы на ладонях — следы от впившихся ногтей.

— Я даю телефон — ты переводишь деньги, так?

Мне хочется сказать Андрею, что он тупой. Ни один банк не переведет такую сумму по щелчку пальцев, тем более, когда ей владеет другое лицо. С огромным удовольствием бросила бы это оскорбление ему в лицо, если бы не черный всепоглощающий страх. Андрей и его приятели — отморозки, которым не ведомы уважение к чужой жизни, и им ничего не стоит жестоко расправиться со мной в случае, если что-то придется не по нраву.

— Ты даешь мне телефон, и я позвоню отцу. Я могу распоряжаться лишь частью суммы. Остальные деньги лежат на его счетах, и получить их можно только с его согласия.

— Думаешь, Мудрый отдаст их по звонку? — Лицо Андрея становится озадаченным. — Я пару раз имел с ним дело. У него вместо башки и сердца калькулятор. Как минимум нужно ему твои отрезанные пальцы отправить, чтобы он зачесался.

— У меня нет другого