Малая: Жизнь после тебя - Алайна Салах

разглядываю набитые одеждой сумки. Идиотка. После того, как Родион настоял на том, чтобы я забрала все вещи без исключения, нужно было сразу их распродать. Куда мне носить платья ценой в тысячи долларов? На смену в кафе?

Промучившись без дела полчаса, я выношу сумки в прихожую и иду варить себе кофе. Завидев гору немытой посуды, брезгливо морщусь. Определенно, возможность больше никогда не контактировать с Лейлой, скрашивает кошмарность ситуации, в которой я оказалась.

— Ты че гремишь с утра пораньше? — раздается из-за спины ее раздраженно-заспанный голос. — Совесть имей.

Заставив себя оторваться от созерцания притихшей дворовой парковки, я поворачиваюсь. Удивительное существо, эта Лейла. Взывает к чужой совести, не имея собственной.

— Я переезжаю. Жду машину.

— Куда переезжаешь? — переспрашивает она с неверием и удивлением.

Я пожимаю плечами.

— Куда-нибудь.

Сонное выражение слетает с ее лица, обнажая ничем не неприкрытую агрессию.

— Вот это подстава! А раньше предупредить нельзя было?! Чем мне платить в следующем месяце?

Если раньше после таких слов во мне непременно проснулось чувство вины, то сейчас его нет и в помине. Если финансовое положение Лейлы настолько шатко, она бы, как минимум, могла бы попытаться стать более добросовестной соседкой.

— Заплати из денег, которые мне должна. И хватит смотреть зверем, — Допив кофе, я опускаю чашку в переполненную раковину. — У меня своих проблем достаточно, и думать о твоих я точно не собираюсь.

— Я так быстро соседку не найду, — бурчит она, немного присмирев после напоминания о долге.

— И если найдешь, то она скорее всего сбежит в первую же неделю, — безжалостно замечаю я. — Если бы у меня было бы хотя бы сколько-нибудь лишних денег, именно так я бы и сделала.

Глядя на обиженное лицо Лейлы, я испытываю странное удовлетворение. Небольшое утешение после полугода мучений. Хочется добавить чего-нибудь ироничного, чтобы добить ее окончательно, но раздавшийся телефонный звонок меня прерывает.

— Здрасьте, — чеканит в динамик незнакомый мужской голос. — Машина от Севера. Какой этаж?

— Четвертый. — Я торопливо выглядываю в окно, обнаруживая рядом с подъездом темный микроавтобус. Сердце начинает колотиться быстрее. Чувствую себя героиней дурацкого боевика.

Вскоре в дверь раздается требовательный звонок и на пороге возникает худощавого вида парень. Оценивающе оглядев сумки, он без слов исчезает с половиной из них, возвращается спустя пару минут, и подхватив остальные, делает короткий требовательный кивок головой.

— Идем.

Я послушно надеваю кроссовки и, бросив последний взгляд на Лейлу, растерянно наблюдающую за происходящим, без сожаления захлопываю дверь. По этой части своей жизни я точно не буду скучать.

— А куда мы едем? — осведомляюсь я, когда минивэн сворачивает на пустынный проспект. Этот закономерный вопрос возникает у меня только после того, как реализован пункт с вывозом вещей — ни раньше, ни позже.

— По адресу, — не отрывая взгляда от дороги, сообщает мой провожатый. — В случае непоняток можешь Северу позвонить.

Сжав зубы, я отворачиваюсь к окну. Звонить Северу? Нет уж, увольте. Лучше побуду еще какое-то время в неведении.

Не похоже, что со мной намерены общаться, поэтому остаток пути я провожу за созерцанием оживающего города и почти засыпаю. Правда стоит нам остановиться возле фешенебельной высотки, напавшая дрема моментально отступает, заменяясь волнением.

— Выходим, — буркает Семен, подтверждая мою уверенность в том, что пункт назначения достигнут.

Загрузившись сумками, мы заходим в лифт и поднимаемся на последний этаж. Покорно следуя за Семеном по коридору, усыпанному дверьми, я думаю о том, насколько перестала в своей жизни чему-либо удивляться. Меня хотят убить? Ну а что поделать. Нужно срочно сменить место жительства? Не вопрос. Поехать на другой конец города не пойми с кем? Как скажете.

— Сюда. — Провожатый отпирает дверь под номером 258 и протягивает ключ мне.

Я молча убираю его в сумку. К чему вопросы? Постепенно все само собой узнается.

— Сейчас остальные принесу. — Поставив мои сумки рядом с серым плюшевым диваном, Семен исчезает вновь.

В его отсутствие решаю оглядеть свое временное убежище. Я по-прежнему нахожусь в плюсе: эта квартира не сравнится с той неприглядной конурой, которую я делила с Лейлой. Ремонт свежий и современный, имеется вся нужная техника, включая посудомойку, и есть отдельная спальня с большой двуспальной кроватью. Сегодня я могу заново оценить то, что долгое время считала само собой разумеющимся.

Открыв кухонный кран, пытаюсь налить воды, чтобы смочить пересохшие от волнения губы, однако из него не выходит ни капли.

— Семен! — выкрикиваю я, заслышав хлопок двери в прихожей. — Вы не знаете, почему вода не течет?

— Здесь долгое время никто не жил, поэтому ее пришлось перекрыть. — Знакомый ироничный голос заставляет меня вздрогнуть. — Нужно просто повернуть вентиль.

Вздернув подбородок, я холодно смотрю на появившегося в дверях Севера. В руках он держит мою сумку — видимо, забрал у Семена.

— Что, и даже доброе утро не скажешь? — уточняет он, ослепительно улыбаясь. — Аяй-яй-яй. Как не по-соседски.

6

— И что все это значит? — Я нервно перевожу взгляд на свои сумки, готовая в любой момент начать выносить их обратно.

— Я же сказал. — Голос Севера продолжает звучать расслабленно и буднично, так словно мы обсуждаем продукты в супермаркете. — Теперь мы соседи.

Острая вспышка ярости за секунду лишает меня контроля. В ушах начинает звенеть, щеки пылают. Да кем он, черт возьми, меня считает? Напуганной безвольной овцой, которую можно привезти куда угодно и крутить, как вздумается?

— И в благодарность за спасение, я видимо, должна буду ублажать тебя на камеру и готовить? — выплевываю я, скривившись. — В таком случае предпочту вернуться туда, откуда приехала и ждать, когда за мной придут. Это гораздо более приятные перспективы, чем делить с тобой жилплощадь.

— Ты решила, что мы будем жить вместе? — Север вскидывает брови, выражая недоумение. — Помнится, еще в день нашего знакомства я сказал, что предпочитаю спать один. Моя квартира находится этажом выше. Это я имел в виду, говоря что мы теперь соседи.

Борясь с приливом унижения, я хватаю ртом воздух. И с чего я решила, что Север привез меня к себе? Здесь ведь нет ни одной его вещи.

— Вижу, ты по-прежнему не в духе, — заключает он, оглядев мое пылающее лицо. — Поэтому оставлю тебя. Номер моей квартиры 261. Вдруг соль понадобится.

Не в силах и дальше удерживать его взгляд, я смотрю в сторону. Как же это унизительно, за неимением других альтернатив быть вынужденной принимать его помощь.

— И еще. — Доносится его удаляющийся голос. — Сегодня сиди здесь и никуда не выходи.

— Мне на работу нужно к двенадцати! — моментально вспыхиваю я.

— Соври, что заболела, а лучше сразу увольняйся.