Нарушитель границ - Эмма Райц

улетел в заслуженный отпуск. И пока границы закрыты, будет вынужден наслаждаться солнцем, морем и женщинами в купальниках, пока мы тут пашем в три погибели. Мне тоже это не по кайфу, но кто на что учился, как говорится.

Лера тихо рассмеялась:

– Он ждал этого момента полтора года. Отстаньте от человека.

– Ладно. Вместо Шамана Раданович достается Зениту, Ливанов – Арлекину. И Трюкач будет возить Остапову вместо Грека.

Саид кивнул, но Лера кашлянула, привлекая внимание Макса.

– Что?

– На секундочку.

Давыдов склонился к ней, и Пики прошептала:

– Я совсем забыла… Ларионов изначально не захотел ставить Трюкача для Остаповой. У них, как бы сказать… В общем, адреналиновая близость. Давай поменяем?

– Слушай, я уже два часа на это убил. Голова и так пухнет. Мне плевать, что там как решает Удин, у нас экстренная ситуация. Грек вернется в строй через неделю. За это время ничего смертельного не произойдет.

– Как хочешь… – Лера подняла ладони вверх, демонстрируя капитуляцию.

* * *

Получив резервное оружие, Андрей быстро принял душ и наконец-то предстал перед вызванным ему врачом, который тщательно осмотрел его с ног до головы, все сильнее хмурясь и недовольно вздыхая.

Итог оказался не жутким, но малоприятным. Легкое сотрясение мозга, вывих локтя, а на снимке четко просматривалась небольшая трещина лучевой кости.

В ответ на рекомендацию отлежаться и наложить гипс или хотя бы фиксирующую повязку, Андрей рассмеялся и согласился только на последний пункт. Врач отправил итоги осмотра Денису, оставил Фенриру жесткий утягивающий рукав и обезболивающее, многозначительно вздохнул и покинул дом Леи.

Андрей закинул в рот пару таблеток и попытался затянуть руку, но сморщился и болезненно застонал.

– Да чтоб меня…

– Тебе помочь? – голос Леи заставил его вздрогнуть.

– Ты всегда так подкрадываешься… Не думала о карьере шпионки?

Та промолчала и подошла ближе, стараясь на смотреть на обнаженное мужское тело: после осмотра Андрей так и остался в одних боксерах.

– Вытяни руку вперед, – взяв рукав, она максимально растянула его обеими ладонями и аккуратно, даже нежно, начала надевать, каждый раз продвигая ткань вперед на пару-тройку сантиметров.

Фенрир сопел, закрыв глаза, но старался перетерпеть и боль, и мурашки от заботливых прикосновений.

– Вроде все…

Он оглядел локоть со всех сторон, немного подправил прорезь для пальцев и кивнул:

– Спасибо. Без тебя я бы не справился.

– Пожалуйста, – Лея опустила взгляд на его торс и зависла над выбитой под сердцем фразой:

«Имя ее священно. Взор светел и добр. Любовь всеобъемлюща. Ладони недосягаемы. Тоска бесконечна».

– О ком это? – она даже не успела сообразить, как вопрос сорвался с ее губ, и мгновенно пожалела о нем.

– О матери, – Андрей отвернулся и стал быстро одеваться.

– Она?..

– Да. Уже давно. Почти пятнадцать лет назад.

– Прости… – Лея быстро заморгала и поспешила выйти из раздевалки.

* * *

«Столица постепенно возвращается к жизни, но список ограничений остается прежним…» – Илья вполуха слушал последние новости, не глядя на висевший на стене больничной палаты большой дисплей.

Самочувствие было на тройку, в голове шумело, мысли разбегались, не давая ему сосредоточиться ни на одной. В дверь тихо постучали, и внутрь зашли Лера с Максом.

– Здравствуйте…

– Привет, Илья, – улыбнулась Пики. – Как самочувствие?

Шаман удивленно моргнул:

– Э… Не очень.

– А выглядишь на отлично! – Макс хохотнул и устало рухнул в стоявшее в углу кресло, растирая виски.

– Вы тоже…

– Остряк.

– Илья, мы приехали поговорить с тобой по поводу ранений.

– А что с ними?.. – он уставился на Леру, почему-то представив себе разом все самые жуткие ужасы: от инвалидности и увольнения до скорой смерти.

– Ты ведь помнишь, что твои жизнь и здоровье застрахованы «Фениксом»?

– Да…

– Так вот… Слух справа тебе восстановят операционным путем, вживив специальный имплант.

Илья подозрительно нахмурился:

– Внутри?

– Неужели слуховой аппарат повесят! – Макс рассмеялся, тут же болезненно скривился и замолчал.

– Да, внутрь твоего уха. Это маленькая горошинка, которую снаружи не будет видно. Ни одна из твоих подружек ничего не заметит, – Лера подмигнула молодому агенту и понимающе улыбнулась. – А теперь по поводу глаза… – ее улыбка померкла. И лицо стало озабоченно-серьезным.

Илье ее тон почему-то не понравился. Он впился в Леру взглядом здорового глаза в ожидании неутешительного приговора, бессознательно сжав кулаками края своей койки. Лера заметила его напряжение и встрепенулась:

– Расслабься, ты чего так испугался? Все хорошо!

– Когда про твой прицельный глаз будут говорить, я на тебя посмотрю, – из угла палаты снова раздался голос Макса.

Пики махнула на него рукой и поспешила продолжить:

– В общем, твой лечащий врач сказал, что зрение можно вернуть операбельным путем. Там какие-то физические разрывы, повреждения… Я в этом не сильна.

– Но?

Пики хитро прищурилась:

– Ты прав. Действительно есть одно «но». Вероятность успеха – пятьдесят на пятьдесят. Либо зрение целиком вернется, либо…

– Я останусь слепым?

– Если вдруг что-то пойдет не так, существует запасной вариант…

– Какой? – Илья был настолько напряжен, что в этот раз его привычка теряться перед боссом не давала о себе знать.

Лера открыла папку, с которой пришла к нему в палату, достала листок с распечаткой и протянула ему:

– Запасной вариант – это глазной имплант. Разработка нашего НИИ Глазных болезней по заказу Минобороны.

На листке было несколько схематических изображений и подробных пояснений мелким шрифтом. Фокусироваться было сложно, и Илья обессиленно опустил распечатку на колени.

– Травмы глаз очень распространены, несмотря на множество вариантов защиты. В армии – в том числе. Поэтому, как ты понимаешь, Министерство обороны не хочет терять из своих рядов опытных профессионалов, которые физически полностью здоровы, но, потеряв зрение, стали инвалидами.

– Ресурс нужно высасывать до конца…

Лера осеклась:

– Думаю, на их месте ты поступал бы аналогично. Но если сам горишь желанием в двадцать девять лет стать инвалидом, то…

– Нет, не горю. Простите…

– Имплант представляет собой небольшой цилиндр со сложной оптико-цифровой начинкой. Он размещается внутри глазного яблока и передает сигналы в мозг. В обычном режиме работает как здоровый человеческий глаз. Тебе подберут радужку в цвет, зрачок тоже будет искусственным. Его светочувствительность за несколько дней подстроится под твое обычное зрение.

– А есть какой-то другой режим?

– О да! – Макс поднялся с кресла и подошел к Илье. – Боевой режим переключает твой глаз в полноценный оптический прицел с функцией ночного видения, тепловизора и датчика движения.

Брови Шамана ошалело взлетели вверх.

– Вот и я решил, что это круто. Смотри, – Давыдов-старший ткнул в распечатку на последнее изображение.

– И мне поставят ЭТО бесплатно?

– Да. Это экспериментальная модель. Но произведено уже более семидесяти операций по пересадке. И все успешны. Конфигурация дорабатывается. Возможно, через пять-семь