«Морская ведьма» - Алистер Маклин

морского флота в Миссисипи, который ограбили прошлой ночью. Правительство не жалует тех, кто крадет армейское имущество. Значит, у вас тут должны быть специалисты по такому вооружению – простых работяг этому не учат. Интересно, нет ли у этих специалистов иного особого оружия – например, украденного вчера из флоридского арсенала. Сами понимаете, два вторжения в армейские арсеналы за одну ночь – многовато для простого совпадения. Вам, как соучастнику и члену организованной группы, двадцать лет без права на досрочное освобождение. А еще нас бандитами называют!

Ларсену было что сказать в ответ. Ни одна его реплика не прошла бы даже самую мягкую цензуру.

«Рождественскую елку» успешно перекрыли. Датчики давления показывали нули. Дюран переключил внимание на «Скиталец», упрямо курсирующий между платформой и громадным плавучим нефтехранилищем.

– Чем занимается этот наш приятель?

– Даже сухопутной крысе должно быть понятно. Патрулирует нефтепровод.

– На кой? Перерезанную трубу можно заменить за день. Зачем гонять его туда-сюда? Это сумасшествие.

– В делах с безумцами нужны безумные методы. Судя по тому, что мне известно, врагов лорда Уорта следует изолировать от общества ради их же блага. Ради всеобщего блага.

– Головорезы Уорта на этом кораблике? Кто у них главный?

– Джузеппе Палермо.

– Мафиози! Значит, достопочтенный лорд не только промышляет разбоем, но еще и якшается с бандитами и закоренелыми уголовниками.

– То есть Палермо ваш знакомый?

– Да. – Дюран решил не уточнять, что они с Палермо совершили две совместные ходки в тюрьму. – Потолковать бы с ним.

Разговор вышел коротким и односторонним.

– У нас в заложниках дочери лорда Уорта. Вы работаете на него, поэтому мы знаем, что их безопасность в ваших интересах. Мы собираемся отвести их в каюты, но даже не пытайтесь с ними общаться. Мы не хотим лишиться главных козырей. Оставайтесь у себя в каютах. Высунетесь – сразу услышите крики, а потом мы набросаем вам в окна кусочки пальцев. Надеюсь, вы мне верите.

Палермо поверил. Он мог потягаться с Дюраном грозной репутацией, но не любовью к садизму. Дюран не просто привел бы свои угрозы в исполнение, он сделал бы это с огромным удовольствием.

Палермо вернулся в свою каюту в отсеке для азиатов. Дюран вызвал по рации Риндлера и приказал привести всех, включая пилота Кэмпбелла. Кэмпбелл был силен и находчив и, вероятно, мог сообразить, что, встав, он смог бы поднять свои скованные руки над спинкой сиденья, перешагнуть через них и снять наручники. Неизвестно, хватило бы ему топлива, чтобы вернуться на базу, но он мог бы полететь не во Флориду, а в ближайший населенный пункт в южных окрестностях Нового Орлеана.

Когда заключенные и охранники высадились из вертолета, Дюран спросил:

– Место для размещения есть?

– Сколько угодно. В азиатском отсеке остались свободные каюты. Еще есть личная каюта лорда Уорта.

– А карцер?

– Чего-о? У нас здесь не тюрьма!

– Кладовые есть? Чтобы запирались снаружи.

– Есть.

Дюран оценивающе посмотрел на коммандера:

– Что-то вы чересчур охотно сотрудничаете, Ларсен. Это противоречит вашей репутации.

– Вы и сами все это увидели бы, потратив пару минут на то, чтобы прогуляться вокруг.

– Вам ведь хочется меня убить, Ларсен?

– Разумеется, когда придет время. Пока рановато.

– Даже если так, – Дюран достал пистолет, – не подходите ко мне ближе чем на десять шагов. Вдруг вам взбредет в голову наброситься на меня и крикнуть моим ребятам, чтобы отпустили девушек, иначе вы разорвете меня на куски. Звучит заманчиво, а?

Ларсен тоскливо посмотрел на него, но ничего не ответил.

Подошли девушки, пилот и четверо охранников.

– Пора подыскать вам подходящее жилье, – сказал Дюран и двинулся к ближайшей кладовой.

Открыв дверь, он увидел, что кладовая доверху набита консервными банками. Он втолкнул туда Кэмпбелла, запер дверь и спрятал ключ в карман. В следующей кладовой были сложены канаты, пахло сырой нефтью и повсюду активно бегали невыводимые тараканы.

– Сюда, – приказал Дюран девушкам.

С опаской заглянув внутрь, девушки сморщили носы.

– Мы не войдем в этот гадюшник, – заявила Марина.

– А это что, вы знаете? – почти ласково спросил Ковенски, показывая «кольт».

Такое же оружие Риндлер нацелил на Мелинду.

Девушки быстро переглянулись и одновременно, наверняка договорившись заранее, шагнули к своим надсмотрщикам, схватили правыми руками стволы пистолетов, положив пальцы на спусковые крючки, и прижали дула к себе.

– Я нажму на крючок быстрее, чем вы отдернете пистолет. Хотите проверить?

– Господи Иисусе! – Дюрана затрясло. Ему доводилось бывать в самых разных передрягах, но такого он даже представить не мог. – Хотите убить себя?

– Именно, – ответила Мелинда, не сводя глаз с Риндлера. – Вы хуже тех тараканов. Вы – паразиты, желающие уничтожить нашего отца. Если не станет нас, вам будет нечем торговаться.

– Да вы рехнулись! Спятили!

– Возможно, – ответила Марина. – Но для сумасшедших у нас неплохо с логикой. Можно только представить, что сделает отец, когда у него будут развязаны руки. Особенно если решит – а все решат именно так, – что это вы нас убили. Разумеется, он не станет обращаться к правосудию. Вы не знаете, какой силой обладают несколько миллиардов долларов. Он сотрет в порошок и вас, и ваших подельников до последнего. – Она с презрением посмотрела на Ковенски. – Может, сами нажмете на крючок? Нет? Тогда бросьте пистолет.

Ковенски бросил свой пистолет, Риндлер последовал его примеру.

– Мы с сестрой прогуляемся, – заявила Мелинда. – Вернемся, когда будут готовы каюты, достойные дочерей лорда Уорта.

Лицо Дюрана стало мертвенно-бледным, голос охрип и задрожал, хотя он и попытался сохранить властный тон.

– Гуляйте, если хотите. Хеффер, присмотри за ними. Если попробуют что-нибудь выкинуть, стреляй по ногам.

Марина наклонилась, подняла «кольт» Ковенски, подошла к Хефферу и ткнула дулом ему в левый глаз. Хеффер согнулся в три погибели.

– Давайте по-честному, – сказала Марина. – Вы стреляете мне в ногу, прямо сейчас, а я вышибаю вам мозги.

– Боже всемогущий! – почти взмолился Дюран. Еще немного – и он начал бы заламывать руки. – Кто-то должен вас сопровождать. Если вы будете одни и в безопасности, люди Палермо покрошат нас в капусту.

– Прекрасная идея. – Марина отвела пистолет и с отвращением посмотрела на Хеффера, похожего на крысу человека неопределенного возраста и происхождения, глаз которого уже начал заплывать. – Ваши аргументы понятны. Но пусть это животное не подходит к нам ближе чем на десять ярдов. Ясно?

– Да-да, конечно.

Если бы сейчас они попросили у Дюрана луну с неба, он бы взлетел и принес ее. Продемонстрировав во всей красе наследие шестнадцати поколений шотландских аристократов, девушки направились к одной из сторон треугольника. Пройдя двадцать ярдов, обе одновременно затряслись от неконтролируемой дрожи. Не в силах унять ее, они молились, чтобы Хеффер ничего не заметил.