Счастье в ее глазах - Ева Витальевна Шилова

class="p1">И да, попыхтев с вечера, на конкурсе стихов они с Лушкой выглядели вполне пристойно, потому что Вари, с учетом опыта обучения на факультете сразу подсказала использовать имя жениха только как обращение. Так что зачитали они более-менее пристойные вирши, особенно на фоне некоторых претенденток, кинувшихся в рифмование имени Хаксли и осчастлививших комиссию перлами типа «Стив – красив» или «Стив – красноречив». А одна так и вовсе выдала «Стив – позитив». Они б еще пристегнули нечто вроде соплив, пуглив или плешив, хмыкнула про себя Вари, вот смеху-то было бы! А, нет, можно лучше! «Ах, как элегантно Стив выполняет норматив, за четырнадцать секунд натянув презерватив»! Вот реально все бы полегли! Жаль, схулиганить нельзя, эх, жаль.

Остался последний конкурс. И последняя десятка претенденток без Вирены Свилен, уличенной в присвоении чужого украшения и вылетевшей с позором.

Накануне конкурса Вари рассматривала последнее, ни разу не надеванное платье и уже прикидывала, не пора ли упаковывать остальные вещички, но тут Лушку в очередной раз пробило на откровенную беседу:

– А что ты станешь делать, выйдя замуж за Стивена?

– А ничего. Потому что мне такая «радость» по любому не светит. Тебе, кстати, тоже.

– Почему?

– Лушка, вот смотрю я на тебя и удивляюсь: ты не то чересчур самоуверенная, не то наивная. Сама-то подумай: на кону стоит замужество с одним из самых завидных женихов государства. Молодой, симпатичный, знатный, богатый, так? И что, прямо желающих его заарканить нет? Да только предварительно отобранных девиц по отелю мотылялось аж полсотни, ну, теперь уже десяток. И добрая половина из них более-менее подходила… подходит ему либо по происхождению, либо по уровню доходов. А вот теперь вопрос на миллион талеров: на кой хрен ему при таком богатстве выбора в качестве жены бедная, неухоженная, необразованная, никому не известная девчонка с окраины?

– Ты думаешь, нас просто разгонят и все это ничем не кончится?

– Да нет, я так думаю по результатам всего это действа наследник корпорации «ХТОН» же́нится… но же́нится правильно. Его будущая жена сейчас мирно сидит в одной из «отборных» комнат, и поверь мне, это не ты, не я, и вообще не одна из «средненьких» претенденток. Я так думаю, самую достойную загодя определили и уже заключили соответствующие договоренности, а весь этот отбор – так, развлекуха для досужей публики. Ширма для отвлечения внимания.

– От чего?

– Мало ли в стране проблем…

Так я тебе и сказала, мысленно хмыкнула Вари. Я на это даже редактору не намекнула, ну, да он в отличие от тебя мужик тертый, сам все понимает.

– Так… а если любовь и…

– Слушай, да ты никак в сказку про Пепелюгу веришь?

– Я не…

– А ничего так, что вот та самая любовь давным-давно могла у него случиться с кем-то из хорошо знакомых девиц его круга?! Ты вот рискнешь попробовать влезть в чужие нежные чувства?

– Но… а вдруг это было просто влечение, а потом…

– Потом – суп с котом! В смысле свадебный обед с подходящей девушкой. Я как видела, так и вижу среди этого курятника три наиболее вероятные кандидатуры: мисс Сталь, мисс Нефть и мисс Транспорт.

– А это…

– Женевьева Рамбле. Виолин Гервель. Кармит Баркаган.

– И у нас шансов…

– Нет.

Так что уступив на последнем конкурсе Виолин Гервель, Вари даже не расстроилась. Но выражение легкой грусти на мордашку напустила. Вот не горя, не ужаса, а так, грустинку для смотрящих стереовизоры. Не изображать же теперь радость от того, что добычу сцапала самая подходящая акула, чтоб ей слюной не захлебнутся от чувства победы, и не лопнуть от осознания собственной значимости. Пусть себе мирно готовиться к свадьбе. А ее ждет куда более интересное занятие: беседа с Лоуренсом Стевинсом. Вряд ли первый эрс главы департамента безопасности корпорации «ХТОН» собирается обсуждать с ней достоинства выпечки кофейни Ламарр…

Редактор отдела культуры Варея Смайт опять допоздна задержалась на работе, несмотря на завтрашний юбилей. Юбилей – завтра, а работу надо доделать сегодня. Завтра ей исполняется сорок лет, из которых четверть века отдано работе в родной уже газете «Рупор». Если подводить итоги, вспомнив, что начинала она курьером… Она редактор отдела и член редакционной коллегии. Куратор самых «хлебных» и востребованных читателями рубрик. Автор бо́льшей части печатных новшеств их издания. Акула пера, по праву заслужившая уважение и врагов, и коллег.

Правда, попадались и те, кто бабьё ни в грош не ставил и так и норовили опорочить любые ее задумки и укусить при случае побольнее. До смешного дело доходило, однажды племянничек владельца издания в понедельник на очередном общем собрании редакционной коллегии не поленился вылезти с требованием поставить на голосование вопрос об изгнании существ (и подобрал же словечко, морда хамская!), подверженных ПМС, со всех руководящих постов, доверяя им максимум ведро и швабру. Все онемели. А Вари даже сдерживаться не стала, а прямо посоветовала ему не мелочиться, а набрать уже сразу полный рот дерьма и плюнуть в нее. Как он вопил! Кому только не обещал пожаловаться! А без толку, при попытке наябедничать ему прилетело сначала от главреда, а потом и от дядюшки. Эти динозавры стеклографа и мамонты ротапринта прекрасно знали кто газете деньги приносит, а кто так… болтается в дорогом костюме в качестве представителя по связям с общественностью по приемам с игристым вином, и то, только потому до сих пор болтается, что просто так под зад коленом неумного родственничка из семейного дела вроде, как и не выкинешь… И эти мамонты предупредили шустрого мальчика, что в сторону столь ценного работника не то что фыркать и наезжать, лаже думать нехорошо не следует! Потому что хорошо понимали динозавры, что, во-первых, с ее уходом «уйдут» и все тщательно зарегистрированные на ее фамилию идеи, и, во-вторых, ценили в Вари именно то самое умение почуять и еще неоднократно предложить нечто новое, до чего работники других изданий додумывались намного позже…

Хорошо устроились, хмыкала иногда она про себя, – достань, креативная ты наша, им как фокусник очередного голубя из шляпы. Ничего, Вари навострилась предъявлять шляпы, извлеченные из голубей, вводя начальство в очередной ступор. Например, их газета кроме стандартных рубрик «Театр», «Новинки литературы» или «Синема» первой начала печатать ежемесячные крестословицы. Призы для победителей постоянно менялись: комплект полотенец и прихваток для кухни от завода Шантра, корзина с набором бытовой химии на все случаи жизни от Пулиньи, пылесборник Макалленов, хладоагрегат Тролопье, сантехника и мебель концерна Вунтаркена для ванной комнаты и апофеозом под смену года главный приз – полный комплект спальной