Субституция - Владимир Андреевич Жариков

Ланге держал ее постоянно при себе и ежедневно дарил молодой девушке массу комплиментов.

Понимая, что главный врач не просто симпатизирует ей, а надеется на что-то большее, Людмила держала определенную дистанцию в отношениях с ним — любезничала по поводу его комплиментов, подаренных цветов и категорически отказывалась от его приглашений в ресторан. Она понимала, что ее кокетство с Ланге помогает выполнять все поручения Севрюкова.

Сегодня утром Людмила, как всегда придя на работу, получила от Ланге букет полевых цветов, которые он поставил ей на стол в красивой вазе. Ее рабочее место теперь находилось в кабинете главного врача в виде отдельного стола, установленного в кабинете главного врача. Как всегда по средам, Ланге делал общий обход диспансера в составе Игнатова, Людмилы и двух медицинских сестер. Заведующие отделениями и лечащие врачи присоединялись к этой свите во время посещения ей соответствующих отделений и палат.

Обход приблизился к одной из женских палат, Ланге открыл дверь и первой пропустил Людмилу. Медсестры стали шептаться между собой. В палате шесть кроватей, на которых лежат женщины — пациенты. Врачи приблизились к первой кровати, на которой лежала женщина с землистым цветом лица.

— Больная Христофорова Лариса Ильинична! — докладывал Игнатов Ланге, — лечится третий месяц, я намерен выписывать ее сегодня….

Ланге обреченно посмотрел на больную и тяжело вздохнул.

— Выписывайте! — мрачно сказал он, — назначьте обезболивание, сколько потребуется….

Христофорова молча заплакала и с надеждой посмотрела на Ланге. Он отвернулся и тяжело вздохнул. Когда обход вошел в следующую палату, в которой лежали мужчины и приблизился к кровати с пациентом лет тридцати пяти на вид и землистым цветом лица, Ланге вел себя иначе.

— Серников Вячеслав Евгеньевич, — докладывал ему Игнатов, — лечится три месяца…, нужно переводить в отдельную палату….

— У нас палата № 14 после Хакарова освободилась? — спросил он Игнатова.

— Да, конечно! — ответил тот.

— Переводите его в 14-ю…, — приказал Ланге.

Людмила сделала запись в своей общей тетради. Ланге, улыбнулся Людмиле и старался подсмотреть запись.

— Людочка, — обратился к ней Ланге, — что Вы там пишете себе в тетрадь?

Людмила в ответ улыбнулась главному врачу, чем вызвала очередные перешептывания медсестер. Игнатов гневно посмотрел на женщин, и они тут же замолкли.

— Мне уже пора начинать отчет по практике готовить потихоньку, — строя глазки, ответила она.

— Практика только началась, — заметил Ланге.

— Не люблю запускать, чтобы потом аврально его делать, — нежным голосом произнесла Людмила и, прислонившись губами к уху Ланге, добавила, — кстати, Вы позволите мне поэксплуатировать Ваш компьютер, мой ноут чего-то сдох….

— Не возражаю! — оживился Ланге, — я готов предоставить Вам все компьютеры диспансера! Переходя на шепот добавил — только нужно знать мой пароль! Я Вам после обхода его напишу на листочке….

Уже через час после обхода Людмила работала за компьютером главного врача. Кроме нее в кабинете никого не было. Спустя время вошел Ланге и нагло стал рассматривать ее грудь. Людмила оторвалась от экрана, состроила Ланге глазки.

— Людочка, у тебя все получается? — ласковым голосом спросил Ланге.

— Да, — отвечала она, — уже страничку отчета напечатала.

— Ну, вот и хорошо! — сказал главный врач, — я сейчас уеду на часок-другой, а ты не забудь выключить компьютер и проконтролируй, чтобы Серникова перевели в 14-ю палату.

— А Игнатов чего же? — спросила она, — не может?

— Он уедет со мной, — сказал Ланге и вышел из кабинета.

Людмила выдержала паузу, извлекла из своей сумочки флэшку, вставила ее в компьютер и приступила к скачиванию информации с жесткого диска.

…Перов срочно пригласил к себе специалиста из IT-отдела следственного управления, как только получил копию жесткого диска с компьютера Ланге. Людмила прекрасно справилась с задачей и теперь нужно взломать пароли доступа к некоторым папкам. Айтишник, как везде называют специалистов IT-отдела, уже час работал за компьютером Перова, но пока ничего не получалось. Перов нервно ходил по кабинету, заложив руки за спину.

— Ну, что у Вас не получается? — спрашивал он айтишника.

— Может, я скачаю эти папки и у себя в отделе поработаю? — поинтересовался тот.

— Исключено! — возразил Перов, — это секретная информация, работайте здесь!

В кабинет вошел Севрюков и, поздоровавшись с Перовым, с интересом посмотрел на айтишника.

— Ну, что? — спросил он.

Перов отрицательно покачал головой в ответ.

— Людмила передала не только флэшку, — тихо сказал Севрюков, наклонившись к Перову, — а еще и устную информацию. Она сама была свидетелем на обходе, да и с медсестрами после переговорила. Оказывается, мой анализ подтверждается.

Перов удивленно посмотрел на Севрюкова.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Женщину с тяжелой стадией рака, — прошептал Севрюков, — Ланге выписал умирать домой, а некого Серникова перевел в отдельную палату, причем в ту, где скончался пациент Хакаров. Людмила говорит, медсестры подтвердили, что это закономерность….

— Мы это еще не выяснили до конца, — огрызнулся Перов, — возможно в этом ничего преступного нет….

— Есть! — неожиданно закричал программист, — я взломал пароль папки «Белок-стимулятор»…. Здесь несколько файлов!

Перов и Севрюков подошли к монитору компьютера, и пристально посмотрели на экран.

— Ну, мы все равно ничего не поймем, что в этих файлах, — резюмировал Перов, доставая свой сотовый телефон и набирая номер.

— Доброе утро, профессор! Перов беспокоит! — сказал он в трубку.

— Доброе утро! Что у Вас? — спросил Липчевский.

— Я бы хотел, чтобы Вы посмотрели некоторые файлы с компьютера главного врача онкологического диспансера Ланге, — попросил Перов.

— Ланге? Знаю такого! — почти обрадовался профессор, — Вы считаете, что это мне будет интересно?

— Папка называется «Белок-стимулятор», — сообщил Перов, — помните, Вы говорили мне, что в пробе клона Плотникова нашли неизвестный белок-стимулятор?

— А-а-а, это интересно! — радостно сказал Липчевский, — присылайте, я обязательно посмотрю!

— Я сейчас же отправлю Вам эту папку по электронке, — пообещал Перов, — Спасибо, что помогаете нам.

— Меня это самого очень заинтересовало, — успокоил он Перова, — ведь речь идет о громком открытии в генной инженерии. Буду рад помогать Вам! До свидания!

Перов вопросительно посмотрел на программиста.

— Это единственная папка с паролем? — спросил он.

— Нет, есть еще две — «Препарат» и «Программа»! — ответил айтишник, — я сейчас взламываю ее пароль.

— Гена, что показывает прослушка телефонов Ланге и Игнатова? — спросил Перов.

— Ничего интересного, обычный треп, — ответил Геннадий, — да и общаются они очень редко…. Я пытаюсь проанализировать разговор Ланге с Игнатовым, записанный Людмилой и не могу понять, что имел в виду Ланге, когда говорил: «…следующим результатом будет Хакаров, нужно постараться, чтобы он был жизнеспособным…». Ведь Хакаров уже умер, когда они об этом говорили!

Перов с иронией посмотрел на Севрюкова.

— Не только умер, но и был уже похоронен, — с иронией ответил Сергей, — я пока не выдвигаю версий, боюсь ошибиться, все очень не