Уоррен Мерфи - Белая вода

Президент облегченно вздохнул.

– Значит, все в порядке?

– Нет.

– Объясните.

Харолд В. Смит прокашлялся. Его голос был уважителен, но не подобострастен. Это был голос человека, чья позиция в правительстве неприступна. Как у обслуживающего персонала Белого дома. Президенты приходят и уходят. Истинная преемственность – в руках тех, кто знает, где лежат ключи и как менять пробки в Белом доме. Харолд В. Смит, тайно назначенный одним из предыдущих Президентов, не мог быть уволен или заменен. Можно было только распустить КЮРЕ указом Президента, но пока что ни у одного Президента не хватало духу на такой указ.

Нынешний Президент не собирался быть первым.

И все же не очень приятно, когда звонит доктор Смит, никогда не сообщавший хороших новостей, если не считать короткой фразы «Задание выполнено».

– Господин Президент, – начал Смит, – по некоторым данным, в территориальных водах Новой Англии действует иностранная подводная лодка. Возможно, она вмешивается в коммерческое рыболовство.

– Вы сказали «рыболовство»?

– Да. Вы знаете о рыболовном кризисе.

– Он превратился сейчас в глобальный, не так ли?

– Для нас это прежде всего внутренняя проблема, – заявил Смит, а потом продолжил: – В связи с некоторым событием в Северной Атлантике я послал туда своих людей. Они встретили там эту подводную лодку и после короткой стычки, в которой катер береговой охраны ответил на огонь, потопили ее.

– Кто именно? Ваши люди или береговая охрана?

– Это была совместная операция, – правдиво сказал Смит.

– Потопили иностранную подводную лодку? Боже мой! – воскликнул Президент, представив себе самое худшее. – Это была русская подводная лодка? С ядерными боеголовками?

– В настоящий момент это неизвестно. Название лодки французское – «Фьер Д'Этр де Гренуйе».

– Я забыл французский еще в колледже, – сухо заметил Президент.

– Это означает «Гордимся, что мы лягушатники».

– С чего бы это французам насмехаться над собой?

– Может быть, это не французский военный корабль. Лодка шла под флагом, похожим на флаг канадской провинции Квебек, а на лицах команды был грим в виде «флер-де-лиса».

– Похожим? Что значит «похожим»?

– Это был не флаг Квебека, а лишь четверть его, и еще с инверсией цветов.

– Но зачем же Квебеку нарываться на международный скандал?

– Именно эта мысль и заставила меня побеспокоить вас. Если Квебек получит желанную независимость, им прежде всего понадобится дружеское расположение Соединенных Штатов. Хорошие отношения с Америкой станут для них главным приоритетом, за исключением официального признания со стороны Франции.

– И все же они именно их и подрывают. Линия казалась пустой в течение времени, которого хватило бы на долгий вдох.

– Это не то заключение, которое я хотел бы выносить поспешно, – сказал затем осторожный голос Смита. – Если только нет неизвестных мне фактов. Я вынужден заключить, что эта операция предназначена для создания затруднений Монреалю.

– Я могу себе представить только один источник подобных намерений, – ответил Президент.

– Оттава.

– Полагаю, что я мог бы сделать звонок вежливости премьер-министру.

– Я бы предпочел более осторожные действия, – предупредил Смит.

– У меня нет времени быть осторожным. Я собираюсь прямо спросить его, что происходит.

– Это будет не дипломатично.

– Возможно, – твердым голосом сказал Президент, – но если я могу предотвратить рыбную войну, потряся Оттаву за грудки так, чтобы крахмал посыпался с манишки, то дело того стоит. Что может пойти не так?

– Что угодно, – быстро сказал Смит, но, поскольку его роль советника не относилась к этому кругу вопросов, больше ничего не добавил.

Президент поблагодарил его и положил трубку.

Вернувшись в Овальный кабинет. Президент Соединенных Штатов попросил личного секретаря соединить его с Оттавой. По дипломатическим правилам подобный шаг должен был быть обставлен формальностями и требовал дипломатического такта. Но ведь это была соседняя, преданная и добродушная Канада. Он на них цыкнет, и они брызнут по щелям, как мыши от кота.

Премьер-министр Канады был счастлив поговорить с Президентом Соединенных Штатов. Они обменялись приличествующими приветствиями и замечаниями о погоде, а потом в голосе Президента проявились стальные нотки.

– Передо мной на столе лежит доклад о том, что канадская подводная лодка обстреляла судно береговой охраны США. Мы были вынуждены ее потопить. Выбора не было. Мы узнали о том, что лодка ваша, только когда она пошла на дно.

– Наша подводная лодка? Как называлось это судно?

– К сожалению, не могу произнести ее название по-французски, но на английском это звучит «Гордимся, что мы лягушатники».

Волоконнооптическая линия замолчала намертво.

– Господин Президент, вы сейчас не – как бы это сказать – не затягивались?

– В Военно-морских силах Канады есть суда с французскими названиями? – спросил Президент.

– Конечно, но...

– Ваша лодка лежит на дне Атлантики, – продолжал Президент ледяным тоном. – Разумеется, мое правительство выразит официальное сожаление. Но пусть будет ясно понято, что подобные агрессивные маневры канадских военных кораблей будут считаться нетерпимыми.

– Мы не совершали агрессивных действий! – взорвался премьер-министр.

– Тогда, если это не ваша лодка, вам не о чем беспокоиться, – ответил Президент.

– Лодка не наша, и нас это совершенно не касается. Жаль только погибших людей.

– У нас это называется спорным заявлением.

– А у нас это называется сущим вздором, – парировал премьер-министр с заметной резкостью.

– Ну хорошо, какова бы ни была правда, мы с вами друг друга ясно поняли. Я прав?

– Мы, – премьер-министр слегка запнулся, – даже слишком хорошо понимаем друг друга. Благодарю вас за звонок. Желаю вам всего хорошего, господин Президент.

– И вам тоже, – ответил тот равнодушным тоном.

Телефонный разговор прервался практически одновременно с обеих сторон. В Овальном кабинете Президент Соединенных Штатов слегка подался вперед в своем кожаном кресле и с облегчением выдохнул. Он знал, что поступил правильно. Теперь он никому не будет позволять наступать себе на ногу. Даже такому дружественному, снисходительному, в высшей степени надежному торговому партнеру, как Канада.

Глава 20

В Оттаве премьер-министр доминиона Канада положил трубку с выражением лица человека, которому вдруг впились в губы дружеским поцелуем взасос.

Хлопнув по кнопке интеркома, он рявкнул:

– Срочно свяжите меня с министром рыбного хозяйства!

– Есть, сэр!

Секундой позже загорелась кнопка телефона, и голос в интеркоме сказал:

– Министр рыбного хозяйства Хьюгтон на линии три, господин премьер-министр.

– Спасибо, – ответил премьер, нажимая сверяющуюся кнопку и поднося трубку к своей недовольной физиономии.

За окном его кабинета уже лежал снег, а канал Ридо, к радости местных конькобежцев, вполне замерз. От фестиваля Уинтерлюд с его наплывом туристов остались лишь приятные воспоминания. Это с практической точки зрения облегчало то, что предстояло сделать. Можно щелкнуть по носу этих янки, благо свои доллары они уже потратили.

– У меня только что был очень странный звонок от Президента Соединенных Штатов, – сказал премьер-министр со своим отчетливым франко-канадским акцентом.

– Да?

– Он звонил сообщить, что наша подводная лодка обстреляла катер береговой охраны США. Им пришлось ее потопить.

– Наша подводная лодка?

– Так он утверждает. Лично мне ничего не известно о пропавшей подводной лодке. А вам?

– Мне тоже.

– Он также сообщил, что в переводе на английский название судна звучит как «Гордимся, что мы лягушатники». Вам это о чем-нибудь говорит?

– Разумеется, нет. В нашем флоте нет судна с подобным названием.

– Он был очень краток и сух.

– Похоже на то, – согласился министр рыбного хозяйства.

– Мне, собственно, плевать на тон его голоса. Это напомнило мне случай с испанцами.

– Филистимляне нечестивые!

– Полагаю, мы должны дать ответ. Умеренный, но твердый. Вы можете что-нибудь предложить?

– Суда под американским флагом до сих пор нелегально шляются в водах Грэнд-банки.

– Думаю, мы могли бы организовать адекватную реакцию где-нибудь в Тихом океане. Там легче управлять событиями – в смысле выхода из инцидентов.

– У нас есть проблемы с американскими судами на тихоокеанских лососевых промыслах.

– У нас есть проблемы со всеми флагами и судами, включая наши собственные, – сухо ответил премьер-министр.

– Я владею ситуацией.

– Не сомневаюсь в этом, Хьюгтон. – Премьер-министр успокоился, и его пухлые губы обрели привычную форму. – Вы полагаете, что Квебек мог купить эту подлодку?