Нарушитель границ - Эмма Райц

Андрей быстро принял прохладный душ, прошелся жесткой щеткой по бороде, уложил ее и свои буйные волосы с фиксатором. Сверху на белую майку затянул облегченный бронежилет, пристегнул защитные пластины на бедра, надел портупею, костюм, воткнул наушник в левое ухо, потом вспомнил про биодатчики.

– Блин…

Он расстегнул пиджак и рубашку. Если первый датчик на грудные мышцы над сердцем получилось приклеить быстро, то со вторым рядом с печенью пришлось помучиться.

– Вроде все.

Проверив два служебных «Глока», Фенрир напоследок глянул на себя в зеркало, прищурился, показал сам себе язык и спустился на парковку.

* * *

– Оружие на стол.

Андрей и еще двое охранников, стоя в холле дома Леи, выложили свои пистолеты. Герман просканировал заводские номера, вытащил обоймы и зафиксировал полноту наполнения каждой.

– Проверяем отпечатки.

Каждый по очереди брал свое оружие в руки, и Водолей помечал в планшете принадлежность пистолетов, как только на них срабатывали зеленые датчики отпечатков пальцев.

– Левша, что ли?

– Амбидекстр.

В отличие от остальных Андрей обычно стрелял и бил левой рукой. Хотя писал и ел правой. Толчковой ногой тоже была левая.

Герман саркастично закатил глаза, но ничего не ответил.

Лея спустилась со второго этажа в классическом жакете молочного цвета и темно-синем платье по фигуре до колена. Весь ее наряд был скроен так, чтобы скрыть наличие тонкой сверхсовременной брони. На ногах были изящные светло-бежевые лодочки. Строгий пучок добавлял елицу Леи возраст, но румяный здоровый цвет кожи все так же намекал на юность.

– Я готова…

– Стартуем. Расчетное время прибытия в Гребнево – без четверти полдень.

Покинув дом, они впятером бодрым шагом добрались до вертолетной площадки, где их уже ждали две черные сиявшие на солнце металлические птицы: одна для пассажиров, вторая – для прикрытия.

Лея оказалась напротив Фенрира, и тот сразу заметил ее бледность.

– Все в порядке?

– Да. Я не люблю вертолеты…

– Полет будет коротким.

– Знаю… Просто… Ладно.

Андрей вопросительно приподнял брови.

– Маму не успели доставить до госпиталя именно на вертолете. Дурные ассоциации.

Поймав на себе угрожающий взгляд Германа, Давыдов медленно моргнул и снова посмотрел на Лею:

– Мне жаль.

Она еле заметно кивнула и попыталась изобразить улыбку.

Через двадцать минут в наушниках раздался голос пилота, извещавший о посадке на территории усадьбы, где должны были пройти заключительный раунд переговоров, подписание очередных международных соглашений, совместных инвестиционных, экологических и стратегических проектов, а потом – неформальный президентский ужин при участии первых леди, супругов женщин-президентов и Леи.

Пока главы государств были заняты рабочими вопросами, для членов их семей предполагалась экскурсия по территории усадьбы и небольшая выставка картин кисти талантливых воспитанников нескольких детских домов. Их работы можно было приобрести, а вырученные средства направлялись частично авторам на накопительные счета до совершеннолетия, а частично – на дополнительное содержание этих учреждений.

– На всем маршруте экскурсии расставлены агенты. Мы движемся в отдалении, в камеры репортеров не лезть. То же самое касается выставки, – Герман раздал всем телохранителям специальные очки. – Напоминаю. Фиксируем и докладываем обо всех, чья температура тела выше 36,9 градусов. На термосканере это темно-оранжевый цвет. Но вы и так поймете. Он подаст вам сигнал, замигав при наведении на объект. Сканер металлов срабатывает при общей массе от трехсот граммов и площади более двадцати квадратных сантиметров. Сканер композитных материалов пока еще в тестовом режиме. Может зафиксировать, а может и нет. И, естественно, следим за лицами. Всеми. Без исключений. Как говорит наш доблестный Денис Морозов: «Если вам показалось, значит, вам не показалось!»

* * *

Андрей, идя позади процессии важных персон, внимательно поглядывал на своих «коллег» из других стран. И действительно, отличить телохранителей от наемников не составляло для него особого труда. Первые всегда выглядели как истинные стражники: глаза беспрерывно обозревали пространство в поисках угрозы и периодически возвращались к объекту охраны. Стремительное движение зрачков было видно даже сквозь стекла линз.

Вторые, словно хищники на охоте, подолгу фокусировались на заинтересовавших их объектах, въедаясь в каждую черту лица, в элементы мимики и прочие индивидуальные особенности.

В этот день было достаточно ветрено, поэтому термодатчики стабильно утверждали, будто процессия и сопровождение «остыли» до 35,5 градусов.

Оружие определялось у всех агентов в согласованном количестве. Но Фенрир все же ощущал в воздухе какое-то призрачное напряжение. И связано это было не с его собственными волнениями.

В самом начале экскурсии к Лее подошла жена французского президента. На вид ей было не больше тридцати, и среди всех присутствующих они с Леей были самыми юными участницами встречи. Изабель Марсели в качестве первой леди приехала в Россию уже в четвертый раз. Из-за небольшой разницы в возрасте они с Леей с первой встречи нашли общий язык, и теперь Изабель что-то периодически тихо ей нашептывала. Та негромко отвечала, и обе девушки одновременно улыбались, сдерживая смех.

Андрей несколько раз ловил на себе взгляды своей подопечной, но моментально фокусировался на других персонах.

«Мне нужно пережить этот день… Эталонно отработать, вернуть принцессу в башню и перетерпеть две последние дневные смены. В выходные будем с сестрицей хрустеть багетами и запивать их пивом, пока Вета не видит. А оттуда улечу прямиком на Варадеро. Ром. Много рома. Много рома и смуглых кубинок… Идеально!»

Чаще других он рассматривал двоих немецких агентов. Они уделяли мало внимания присутствующим и постоянно переглядывались, будто бы начисто забыв о жене канцлера. Но датчики при наведении на любого из них были спокойны. И все же…

– Центр, это Фенрир, прием, – Андрей говорил тихо, чтобы никто не обращал на него внимания.

– Фенрир, это Центр. Докладывайте, – низкий голос Морока отозвался буквально через полсекунды.

– Центр, два айсберга дрейфуют. Прием.

Специально на время саммита для каждой из делегаций были подготовлены кодовые обозначения на случай, если что-то пойдет не так или возникнет подозрение на прослушивание.

– Активно дрейфуют?

– В пределах сомнений.

– Фенрир, вас понял. Продолжайте наблюдение. Уделите внимание косаткам. Конец связи.

Андрей поискал глазами немецких военных наемников в рядах присутствующих. Один сконцентрировался на созерцании жены канцлера, второй поглядывал на Водолея.

«Ни хрена не понятно, но очень интересно…»

Экскурсия подходила к концу, и процессия приближалась к зданию музея. В наушнике раздался голос Германа:

– Напоминаю, внутри музея не отсвечиваем! Охрана выставлена по периметру.

«Не отсвечиваем… И это президентская охрана? Что за манеры координации? Придурок… Удин бы меня повесил за такое!»

Гостям выставки на входе выдали буклеты и специальные маркеры, которыми можно было отмечать свое желание приобрести картину на табличке с ее описанием. Лея и Изабель активно переходили от картины к картине. Француженка оставила три отметки,