Наталья Корнилова - За миг до удара

– В общем, вы сами знаете, что нужно сделать. Но ко мне это не должно иметь никакого отношения. Я должна быть чиста и невинна, как слеза. Если мама узнает…

– Не переживай, все будет тип-топ, – заверила я её с мрачной ухмылкой.

– А деньги-то хоть тебе потом достанутся?

– Деньги? Да, у нас брачный контракт. В случае его смерти ко мне переходит все, если я не буду повинна в его смерти и не буду ему изменять.

– Может, подождёшь, пока он сам умрёт?

– Он?! Да этот бугай ещё меня переживёт! – закипела от злости Света. – Или я к тому времени в старуху превращусь и мне уже ничего не будет нужно! А я хочу сейчас, когда ещё желания и возможности совпадают…

– Ладно, это я так, к слову сказала, не кипищись. Все сделаю. Аванс принесла?

Она полезла в сумочку и вытащила ещё один конверт, на этот раз довольно пухлый.

– Вот, тут десять тысяч. Пачка новая, нераспечатанная. Можете не пересчитывать.

Я проверила – все так и было, новенькая пачка в банковской обёртке, пахнущая и манящая зелёными сотнями на углах. Небрежно забросив все это богатство в бардачок, я строго глянула на неё и сказала:

– Как только услышишь, что твой драгоценный покинул сей мир, готовь остальные бабки – я тебя сама найду. Своему охраннику ни слова, ясно?

– Ясно. – Она вдруг нахмурилась, опустила взгляд и стыдливо так спросила:

– А можно заказать вам ещё одну услугу?

– Можно, – великодушно позволила я. – Какую?

– Только поймите меня правильно, – начала она оправдываться, – я ведь не какая-нибудь там стерва или маньячка. Нет, просто иногда бывает объективная необходимость и от этого никуда не денешься, правда?

– Короче.

– В общем… – она замялась, – не могли бы вы потом… убрать ещё и Игоря? Ну, того самого охранника…

Я почувствовала, как накрученные волосы зашевелились на моей голове, кровь ударила в лицо от возмущения, и я уже было открыла рот, чтобы обозвать её всякими нехорошими словами, но она меня опередила:

– Вы не подумайте, это за отдельную плату, разумеется. Что такое все эти тысячи по сравнению со спокойным и обеспеченным будущим? Да копейки… Вы ведь тоже женщина, вы должны меня понять. Если Игорь останется жить, то начнёт меня доставать, а то и шантажировать. А мне это надо? Он мне помог – и на Т9М спасибо. И так почти каждую ночь с меня не слазит. Я для него столько всего делаю в постели, что мне кажется, он мне должен останется даже после своей смерти. Пусть расплачивается за удовольствие, правильно?

Похоже, эта девица всерьёз решила добиться от меня понимания и поддержки. И, чтобы не разочаровывать её и не отпугнуть случайно дурные деньги, я процедила:

– Всех бы этих самцов в расход пустила. Путаются под ногами, строят из себя, понимаешь…

– Вы чудо, Люсенька! – радостно проговорила Света. – Мы с вами такие одинаковые, что прямо оторопь берет! Скажите, а многим женщинам вы уже вот так… ну, помогли, в общем?

– Не очень, – я скромно потупила глазки. – Вот когда весь их род поганый изведу, тогда успокоюсь.

– Ну вы даёте! – она восхищённо посмотрела на меня. – Как бы я хотела быть такой, как вы, Люся. Но у меня кишка тонка, – она печально вздохнула. – Я всю жизнь на вторых ролях. Но теперь все изменится, так ведь?

– Проваливай, – процедила я.

– Что? – не поняла она.

– Проваливай, говорю. Мне пора работу делать. И, помни: никому ни слова, иначе я и тебя грохну.

– Нет-нет, что вы! – заторопилась она, хватаясь за ручку дверцы. – Кстати, вот бумажка со всеми адресами, фамилиями и прочими сведениями. – Она положила на переднюю панель свёрнутый листок. – Только вы мне насчёт Игорька не ответили. Я могу надеяться?

– Можешь. Но деньги вперёд. Сначала аванс – потом надежда. Убирайся же!

– Так я деньги захватила! – опять обрадовалась эта стерва, словно разговор шёл о покупке дефицитной модной одежды, а не об убийстве людей, с которыми она спала. И полезла в сумочку. – Случайно, конечно, сами понимаете, просто под руку попались, но вот видите, как пригодились! Надо же, какая удача.. Вот, держите. Здесь тоже десять тысяч.

Я опять проверила содержимое точно такого же конверта, сунула его в бардачок, чудовищным усилием воли сдерживая желание набить физиономию этой… даже не знаю, как назвать, и недовольно спросила:

– Этот охранник в вашем доме сшивается?

– Да, мы живём недалеко от Москвы в коттедже. Там у нас ещё домик есть для охраны и прислуги – вот они все там и живут. Вокруг, правда, забор, собаки, камеры, сигнализация, но вам и не придётся ничего делать. Я уже все продумала.

– Не люблю, когда глупые курицы вроде тебя начинают за меня думать, – процедила я.

– Да что вы, я и не думала! – горячо заверила Светлана. – Это мне случайно в голову пришло, пока мы тут с вами беседовали. Я просто подумала, может, Игорек сам вам деньги отвезёт, куда вы скажете, когда Олега… не станет. И вы его там и прикончите. Вам и ехать никуда не придётся. Здорово, правда?

Иногда мне становится очень стыдно за то, что я принадлежу к слабому полу. Ведь только в наших напичканных всяческим безумием головах могут возникнуть такие коварные проекты. Мужчине никогда не придёт в голову то, что придёт в голову женщине, потому что мы совершенно разные. Наверное, в каждой женщине, какой бы хорошей и милой с виду она ни была, сидит порядочная стерва, и в нужный момент она просыпается и начинает творить такое, от чего весь мир потом может встать на уши и ещё долго после этого будет приходить в себя. И, что самое обидное для тех, кто гибнет в развязанных из-за нас войнах и смертельных мясорубках, случается это чаще всего из-за какого-нибудь пустяка или мелкого женского каприза. Захотелось, к примеру, Светлане в бассейне с мальчиками порезвиться, приснилось ей это пару раз в эротических снах, загорелась она этой прихотью – и вот пожалуйста, два человека как минимум должны будут погибнуть. А кто знает, что захотелось Еве Браун, когда Гитлер пошёл войной на Россию? Может, выскочить голяком из русской баньки и нырнуть в сугроб посреди завоёванной Сибири? Да мало ли что нам, женщинам, в голову взбредёт…

– Здоровее не бывает, – бросила я грубо. – А теперь уходи. И помни, о чем договаривались. Игорю своему не говори, что уже мне звонила, – это в твоих же интересах.

– Спасибо вам огромное! – от души поблагодарила она и вышла из джипа.

Я посмотрела, как она уверенным, твёрдым шагом идёт к выходу со двора, никуда не глядя и высоко подняв красивую голову. Она была похожа на человека, хорошо исполнившего свой долг. Мне захотелось, чтобы она споткнулась, упала и сломала ногу. В то же мгновение Светлана и вправду споткнулась, неловко удержала равновесие, оглянулась, чтобы убедиться, что никто, кроме меня, не видел её конфуза, и, чуть прихрамывая, пошла дальше. Когда она скрылась за домами, я выкинула лежащие на заднем сиденье розы в окошко, завела мотор и выехала со двора родного офиса, в окне которого все это время виднелся силуэт босса. Что ж, я свой долг тоже выполнила.

Теперь нам с боссом предстояло решить одну очень трудную задачу: как убрать Светиного мужа так, чтобы тот сам ни о чем не догадался, а жена подумала бы, что он мёртв? Конечно, проще всего было бы пойти к нему в офис, выложить всю правду и договориться с ним разыграть собственную коварную жену. Но тогда бы нам уже не светила не то что вторая половина денег, а этот окружённый телохранителями крутой бизнесмен постарался бы у нас отобрать и первую. Нас с боссом это не устраивало ни по каким параметрам. Нам нужны были деньги. К тому же по всем этажам нашего офиса бродил неприкаянный бомж Майкл, гладко выбритый, в чистой одежде от Родиона, но все равно с разбитой физиономией, и что-то все время бурчал себе под нос, злясь, что мы не посвящаем его в свои планы и не выпускаем на улицу. Он тоже мечтал о деньгах. А не выпускали мы его потому, что он мог одним махом все испортить, растрепав всей округе о своём контракте с солидной сыскной фирмой. Лишние неприятности нам были ни к чему.

– А что, если забросать его «Мерседес» гранатами со слезоточивым газом, – строила я планы, сидя напротив босса в его кабинете, – а потом вытащить ополоумевшего Олега из машины и увезти в неизвестном направлении. Телохранители очнутся, подумают, что его наверняка убили, и побегут докладывать жёнушке. Пока то да се, мы получим с неё денежки, а потом представим пред её лживые очи живого муженька – пусть сам с ней разбирается.

Босс, задумчиво постукивая карандашом по столу, проговорил:

– Смотрю я на тебя, Мария, и думаю: что ты здесь у меня вообще делаешь?

Тебе нужно сидеть дома, цветочки вышивать или романтические стишки пописывать, а ты тут заживо гниёшь. Как ты это себе представляешь: забросать бронированный «Мерседес» средь бела дня в центре Москвы гранатами? Ладно, гранаты не проблема, достанем, но кто их метать будет – ты или я?

– А мы Майкла попросим, – пролепетала я. – Он своих дружков бомжей возьмёт…