Сергей Ермаков - Месть — штука тонкая

На стенах бара «Ринго» висели фотографии рок-музыкантов, старые гитары и пластинки, а на маленькой сцене в углу доморощенные последователи музыки битлов играли их композиции. В баре царила миролюбивая обстановка, лилось рекой пиво, дымили сигареты. Настя и ее подруга по кличке Креветка сели за уютный столик в углу, который им любезно предоставил прогибчивый администратор, который к тому же поставил поблизости дюжего охранника на случай, если кто-либо посягнет на честь юной хозяйки области.

Музыка играла, Креветка о чем-то весело болтала, Анастасия ее слушала вполуха, иногда путано отвечала, в общем, время проводили неплохо. Настя выпила уже полную кружку пива, слегка захмелела и вот в табачном дыму различила знакомый силуэт. Ее сердце дрогнуло, это был он, американец Брэд, в той же самой шапочке и темных очках. Он словно не замечал Настю или правда не видел. Неожиданно появившись в баре, он подошел к музыкантам и о чем-то попросил их. Затем зашел на сцену, взял у солиста гитару, надел ее ремень себе через плечо. После этого он приблизился к микрофону, прошелся по струнам гитары, издав легкий драйв, и сказал:

— Excuse me, boy and girl! Прошу не много внимания! Я хочу спеть эту песню для самой лучшей девушки на свете, которую зовут Настя! Она находится сейчас в этом зале.

И в этот момент он посмотрел на нее так, что даже сквозь его очки она почувствовала, как теплая струя хлынула из его глаз, окатила ее с головы до ног, закружила сладкой истомой, сдавила грудную клетку.

— Настя, это же он тебе собрался петь! — взвизгнула Креветка. — Ты его знаешь? Что это за парень? А почему он говорит с акцентом, он что, эстонец?

Но Настя не ответила, потому что Брэд сразу же запел красивым бархатным голосом, очень похоже на оригинальное исполнение, старую битловскую песню «And I love he». Музыканты бара, знакомые с материалом, подключились к исполнению. Когда они закончили, а Брэд поставил гитару на подставку и сошел со сцены под шквал аплодисментов, один из музыкантов сказал другому:

— Видал, какая школа у парня, какое звукоизвлечение, как он аккорды берет!

— Ну, так, елы-палы, он же американец! А там же не у нас же. Там это все же с молоком же матери всасывают же, все эти дела. А у нас же только же «Шумел камыш» же и то в лучшем случае, елы-палы.

Брэд после исполнения песни сразу направился к столу Анастасии, а у самого подхода дорогу ему преградил охранник. Настя не спешила показать американцу свое расположение, пусть поборется за неё.

— Разрешите мне пройти, — вежливо попросил Брэд, — мне нужно поздороваться с девушкой.

Охранник был непроницаем и нем, как Герасим, и неприступен, как Эверест. Ему сказали никого не пускать, он и не пускал. Громила вяло водил мощными челюстями, пережевывая жвачку, глядя мимо Брэда, который едва доставал ему до плеча.

— Чё ты, Настя, чё ты, — заерзала Креветка, — вишь, этот питекантроп не пускает эстонца, скажи ему.

— Он не эстонец, а американец из Чикаго, — деловито произнесла Настя, — пусть, посмотрим, что он сделает.

— Из Чикаго! — мечтательно воскликнула Креветка.

Анастасия, не мигая, с легкой улыбкой смотрела на Брэда, который стоял перед дюжим охранником, как пупс перед суперпупсом. Она ждала, что американец повернется, чтобы уйти, и тогда она окликнет его. Но произошло все иначе.

— Извините, большой мужчина, — спокойно сказал Брэд, — если вы не можете быть слегка отойти, то я вас буду сам двигать.

— Чего? — с презрением глядя на шмакодявку, пробасил охранник, и вдруг его последний слог неожиданно взметнулся вверх: «О-ооооооо!» Брэд крепко держал его мужское достоинство в своей руке и сильно сжимал.

— Пусти, ой, яйца! — пропищал громила, боясь даже шевельнуться.

Брэд отпустил, и тот рухнул на колени. Из глубины зала к нему бросилось еще два охранника, но Настя уже вскочила с места и закрыла американца собой. Тут же выскочил и администратор, который постарался загладить конфликт, а пострадавшего охранника увели на кухню и положили между ног лед.

—Ну, с тобой не соскучишься! — покачала головой Настя.

—С тобой тоже, — улыбнулся американец.

—Здрасте, — появилась Креветка, — вы такой… вы такой… меня Креветка зовут.

—О, какое редкое русское имя, — удивился Брэд, — я думал, что креветка — это srimp, такой маленький, который живет в море.

—Это не имя, а погонялово, — сказала Креветка, — меня зовут Света.

—Ладно, Светка-Креветка, — распорядилась Настя, — мы с Брэдом уходим, а ты оставайся тут. После того, что случилось, на нас косо смотрят.

—Я тоже с вами, — заныла Креветка. — Чего мне тут делать одной?

—Найдешь, что делать, — сказала, как отрезала, Настя, — пока!

Она ухватила Брэда за руку, и они направились к выходу. Выскочили на улицу, где было тепло, даже душно. Вечерело.

—Ты меня искал? — спросила Настя, остановившись напротив американца. — Или мы случайно встретились?

—Я не искал тебя, — признался Брэд, — но когда увидел в баре: ты сидишь, то понял, что все это не случайно. Хочу тебя спросить. И тогда, возле клуба, и сейчас ты всеми командуешь. Ты кто?

—Я дочка губернатора области, — ответила Настя не без превосходства.

—О-о, — сказал Брэд, — это, наверное, очень важный человек, губернатор. И ты привыкла всеми повелевать. Правильно я сказал это слово?

—Неправильно! — рассердилась Настя. — Неправильно! Я никем не повелеваю, а за тебя, дурака, заступилась! Тоже мне Стивен Сигал! Надавали бы по ушам, тогда бы знал!

Настя демонстративно отвернулась.

—Извини, я не хотел тебя обидеть, — сказал Брэд. — Мне многое непонятно тут, в России. Я специально приехал, чтобы узнать все получше.

—А где ты так по-русски научился трещать? — спросила Настя. — Ну, то есть разговаривать?

—У меня бабушка была русская, — ответил Брэд, — она меня учила говорить. Я не хотел учиться, русский язык очень сложный.

—Ничего, ты хорошо говоришь, — сказала Настя, — лучше даже, чем многие наши. А зачем ты приехал понимать Россию в наш областной город? Почему не в Москву?

—Нью-Йорк — это не Соединенные Штаты, а Москва — это не Россия, — ответил Брэд. — Чтобы понять Россию, нужно ехать в глубинка… в глубинку.

—Ты прав, — сказала Настя. — Куда мы пойдем? Давай просто погуляем!

—Дочь губернатора штата гуляет одна с незнакомым иностранцем, — удивлённо пожал плечами Брэд. — Может быть, я маньяк?

—А за нами следят, — ехидно передразнила американца Настя. — У меня круглосуточная охрана. Расскажи мне про Чикаго. Я в Нью-Йорке была, в Вашингтоне была, даже в Лос-Анджелесе, а в Чикаго не была.

—Ты была в Соединенных Штатах? — удивился Брэд.

—А вы что, американцы, думаете, только вы можете по миру ездить? — с вызовом спросила Настя. — Я, между прочим, с папой в Таиланде была, в Индии была, в Швеции была… ещё где? Да где захочу!

—С таким папой можно путешествовать, — кивнул, усмехнувшись, Брэд.

—А твой папа кто? — спросила Настя.

—Мультимиллионер, — ответил Брэд, — у него сеть ночных клубов и казино в Чикаго, несколько пивоваренных заводов и винокурен.

—Ха-ха-ха, — рассмеялась Настя, — так я тебе и поверила! Сын мультимиллионера, тоже мне!

—А почему ты мне не веришь? — искренне удивился Брэд. — Я же верю тебе, что ты дочь губернатора!

— Ты просто видел, как меня все слушаются, — сказала Настя, — а это потому, что я и есть дочка губернатора Боброва Ивана Петровича, Анастасия Ивановна Боброва.

— А я и есть сын своего папы Джона Беннетса, — ответил молодой американец, — Брэд Беннетс.

— И что сын мультимиллионера делает в нашей стране и в нашем городе? — спросила Настя.

— Опять всё сначала ты спрашиваешь, — улыбнулся Брэд, — я же тебе говорил, что я делаю в вашем городе.

— И ты думаешь, я поверю, что твой папа тебя отпустил одного в нашу страну? — спросила Настя. — Без «Кадиллака» и охраны?

— Нас шесть сыновей у отца, — ответил Брэд, — я средний брат, есть еще одна сестра. Она младше меня. Мой отец даже рад будет, если я буду таким, как он. Если смогу за себя постоять. Потому что мой папа взял дело своего деда, а мой дед был сыном знаменитого гангстера. Теперь мы делаем честный бизнес, но все начиналось с нарушения закона. Я должен уметь сам постоять за себя, потому что может прийти такое время, когда некому будет мне помочь.

— Слушай, ты мне все больше нравишься, — сказала Настя.

— Ты мне тоже, — ответил Брэд и взял её под руку.

Далее мы опустим всю ту романтическую чепуху, которую молодые несли друг другу, гуляя по улицам вечернего города, потому что у нас не любовный роман, а жесткий боевик. Держа за руку Анастасию, американец заметил, что за ними неотступно и осторожно следует легковой автомобиль с тонированными стеклами. Он подумал, что, вероятно, это и есть охрана Насти, про которую она говорила, и не придал этому значения. Настя же попросту автомобиля не замечала, все больше и больше увлекаясь Брэдом.