Субституция - Владимир Андреевич Жариков

Филонов с обидой смотрит на Перова.

— Вот и сотрудничай после этого со Следственным комитетом, — с обидой произнес Филонов, — мы им ценную информацию, а они нам нет! Следственной тайной прикрываются.

— Закрыть дело без протоколов допроса Долгого у меня не получится, — с ехидной улыбкой произнес Перов, — ведь он призрак!

— Это как? — искренне удивляется Филонов.

— Он Плотников! — информировал Перов капитана, — это по подложным документам у него другая фамилия. А Плотников похоронен за месяц до убийства, но отпечатки пальчиков и кровь оставил в квартире убитой им вдовы с детьми. Эксгумация показала, что тело Плотникова в гробу на кладбище…. А на видеосъемке, предоставленной вашему департаменту из ФСБ, он через месяц после смерти вылетел в США целехонький и невредимый! Причем в то утро, когда нам сообщили об убийстве….

Филонов улыбается и с удивлением смотрит на Перова.

— Ничего не понял! — произнес он.

— Ну, это и к лучшему, что не понял! — констатировал Перов, — я сам до сих пор ничего не пойму…. Но сейчас ясно одно, мне нужно срочно организовать доставку тела Долгого из Мюнхена грузом 200 с обязательным бальзамированием! Вдруг его ткани тела претерпят изменения? Ведь неслучайно свидетели показали, что они обнаружили его мертвым с лицом, постаревшим лет на тридцать!

Филонов протягивает Перову еще одну папку с документами.

— А вот эти документы были у Долгого в сумке! — сказал он.

Перов открывает папку, смотрит бегло документы.

— А это вообще мне непонятно! — с возмущением сказал Перов, — здесь копия паспорта Плотникова, свидетельства о смерти, его увеличенное фото и истории болезни. Все заверено нотариально…. На фига они ему?

— Не понятно! Ведь в случае его задержания, эти документы улика, — предположил Филонов.

— Улика чего? — не понял Перов.

— Того, что он был в квартире Плотникова, — объяснил Василий, — ведь это копии документов, которые хранились у вдовы.

— Кроме истории болезни! — согласился Перов, — их на руки больным не выдают даже в случае смерти….

На столе звонит телефон, и Перов поднимает трубку.

— Алло, Перов слушает! — ответил он.

— И снова здравствуйте, Сергей Константинович! Это Шлыгин! — раздается в трубке телефона, — поздравляю, у нас еще одно аналогичное убийство, в этот раз мать и сын Тарасовы. За тобой заедут, как всегда!

— Я понял, Виктор Иванович! — сокрушается Перов, — но что значит аналогичное убийство?

— То и значит! — сказал Шлыгин, — трупы обнаружила родственница погибшей, которая ежедневно заходила к убитой. Она и сообщила дежурному УВД. Была почти на грани срыва и говорила, ровно месяц назад ее мужа похоронили…, умер от онкологии! …И вот теперь вдову и сына убили. Выезжай на месте разберешься….

Слышатся короткие гудки, и Перов кладет трубку.

— Вот уже и не похожее убийство! — с иронией произносит он, — у Плотниковых не было родственников в Москве, а у Тарасовых есть!

— Может быть, есть и другие различия? — старается поучаствовать в разговоре Филонов.

— Может быть, но интуиция мне подсказывает обратное, — уверен Сергей, — вот что капитан, я могу попросить тебя о содействии?

— Неофициально или как? — с улыбкой спросил Василий.

— Понимаешь, — сказал Перов, — по прошлому убийству было так — пока я выезжал на место преступления, Плотников, он же Долгий вылетал в это время из Домодедово….

— Я понял, нужно сейчас срочно запросить в ФМС фото Тарасова и разослать во все аэропорты, — догадался Филонов, — дать указание их службам безопасности о задержании….

— Именно так! — подтвердил свою просьбу Перов, — даже если он улетел, нужно выяснить куда, каким рейсом…. А пока он будет в воздухе, через Интерпол работать на его задержание….

Филонов попрощался и вышел, а Перов дождался звонка от Севрюкова, который сообщил, что группа ждет его. Сергей покинул здание следственного отдела и, хмуря брови, вошел в микроавтобус.

— Экипаж в сборе? — в шутку спросил Перов, — Добрый день, коллеги!

— Добрый день, Сергей Константинович! — в один голос ответил «экипаж» и скороговоркой продолжили, — рады стараться для Следственного комитета России!

— Вольно! — в шутку скомандовал Сергей Константинович и присел на свое место.

На этом хорошее настроение закончилось. Перов посмотрел на каждого и убедился, что настроение испорчено не только у него. Пока ехали по Москве, молчали, никто не хотел заранее предвосхищать ситуацию. Наконец, микроавтобус остановился у подъезда жилого дома. Все молча вышли из него, проследовали внутрь, затем на лифте поднялись на нужный этаж.

У двери в квартиру небольшая группа жильцов успокаивала женщину тридцати лет возрастом по имени Лидия. Она рыдала, размазывая по щекам слезы. Какой-то мужчина в домашнем халате протягивал ей носовой платочек. Перов сразу обратил внимание на площадку перед квартирой — на полу были видны следы крови.

— Участкового нет здесь? — спросил Перов.

Жильцы отрицательно машут головами.

— Гена, отметь себе и передай по инстанции, плохо работает! — обратился Перов к Севрюкову, — у него на участке убийство, а он неизвестно где отсутствует!

— Граждане, просьба разойтись и не мешать работе! — громко обратился Геннадий к толпившимся на площадке жильцам.

Люди начинают расходиться. Перов приближается к плачущей женщине, жестом руки показывает жильцам отойти от нее. Люди послушно отходят. Перов внимательно смотрит на Лидию.

— Вы, наверное, родственница погибших? — спросил он у женщины.

Лидия молча кивнула головой, ее тело судорожно вздрагивало от рыданий, перешедших в нервное всхлипывание.

— Кем Вы доводитесь вдове? — задал вопрос Перов.

— Двоюродной сестрой! — всхлипывая, ответила Лида — я каждый день захожу за ней, мы вместе работаем, …работали.

— Владимир, проводи женщину в микроавтобус, — обратился Перов к Пашкову, — там опроси и пусть отвезут ее домой. А сам после этого пройдешь по квартирам с опросом.

Пашков берет Лидию под руку и проходит к лифту. Желобов приступает к снятию отпечатков на входной двери.

Перов, Севрюков и Иванникова вошли в квартиру. В прихожей на полу, виден труп парня двадцати лет с колотой раной в области сердца, лужа крови. Рядом орудие убийства — кухонный нож, его лезвие по рукоятку запачкано кровью. Недалеко от него труп женщины сорока пяти лет с колотой раной в области сердца. Возле ее трупа лужа крови. На полу следы от обуви и босых ног.

— Что скажешь опер? — задал традиционный вопрос Перов.

— Удары нанесены профессионально! — отвечал Севрюков, — кухонный нож как-то не вяжется с такими ударами….

Севрюков осторожно, чтобы не затоптать следы проходит на кухню и вскоре возвращается.

— На кухне следы от обуви, крови нет, — информировал он, — полагаю, что убийца прошел на кухню за ножом и вернулся в прихожую….

Перов осматривает труп сына Тарасова. Входит Желобов.

— На двери много отпечатков, я снял все, — доложил он Перову.

— Нож заберешь на микробиологическую экспертизу, — напомнил на всякий случай Перов и обратился к