Клубок со змеями - Павел Сергеевич Марков

Я дотронулся до щеки и только сейчас осознал, что вся левая часть залита кровью. Осторожно, чтобы не вызвать приступ резкой боли, я провел языком по внутренней стороне, дабы удостовериться, что копье не продырявило мне плоть насквозь. Каким-то невероятным образом, этого не произошло, хотя во рту ощущался неприятный металлический привкус.

— Все нормально, — прохрипел я, отвечая на ее встревоженный взгляд, — приложу подорожник.

— Подорожник?! Да ты с ума сошел!

— Рана не сквозная, успокойся, — я усмехнулся, но тут же пожалел об этом, ибо порванные мышцы натянулись, вызывая приступ дикой боли.

Стиснув зубы, чтобы не закричать, я неровной походкой направился к выходу.

Бой продолжался. Как и дождь, сыпавший моросью с пасмурного неба. Туман по-прежнему окутывал местность. Отряд вавилонских лазутчиков, напавших на нас под его покровом, ожидал, что застанет новоявленных мародеров врасплох, но на деле оказалось все с точностью, да наоборот. Это мы нанесли им внезапный удар. Однако легкой победы одержать не удалось. Когда я выглянул из дверного проема, бой был в самом разгаре. Звон металла и стоны раненых заполнили округу. У хижины через дорогу Тиглат-Атра, ловко орудуя мечом, легко отбивался сразу от троих ополченцев, постепенно укладывая их одного за другим. Слева, на расстоянии локтей десяти, дела обстояли хуже. Группа наших новичков вместе с Гасаном, неся потери, теснилась всего лишь парой вавилонских лазутчиков. То были не оборванцы-мушкену, которых палками загнали в ополчение, а опытные стражники. Они умело уворачивались от ударов, при этом точно и нацелено наносили свои. Вот, один из них, защищенный таким же шлемом, как у Этеру, легко ушел от выпада разбойника, а затем, перехватив его руку с оружием, выдернул того из строя, прикрываясь им, словно щитом. Уже через миг вавилонянин перерезал налетчику горло. Кровь, брызнувшая ключом, попала на чешуйчатый нагрудник. Он небрежно отбросил от себя тело врага. И в этот момент я узнал его. Это был Тиридат. Честно признаться, нисколько не удивлен. Второго лазутчика, сражавшегося бок о бок с ним, я видел впервые. Но в умении обращаться с мечом тот не уступал. Легко размахивая оружием, словно перышком, он наносил точные удары, прореживая ряды группы Гасана и вынуждая ту отступать. Я видел, как пали оба угаритянина — Архальбу и Ибинару.

Стараясь не выпускать их из виду, я скосил взгляд вправо.

Прямо посреди дороги Джераб-Зайя и еще несколько разбойников вели ожесточенный бой с превосходящими силами противника. Но, судя по всему, благодаря мощи и усилиям ассирийца, победа на этом участке была лишь вопросом времени. Поэтому я решил идти на помощь Гасану. Указав пальцем на Тиридата, я повернулся к Бастет. Она появилась в проходе, сжимая в руках щит и меч.

— Видишь вон того воина, в каплевидном шлеме?

Проследив за моим жестом, нубийка кивнула.

Несмотря на то, что каждое слово отдавалось болью в порванной щеке, я добавил:

— Он нужен живым.

Бастет не стала задавать вопросов, а направилась к Джераб-Зайя, решив оказать ему поддержку. Тиглат-Атра уже расправился с двумя ополченцами и играючи намеревался прирезать третьего. Не обращая внимания на Тарару, продолжавшего стоять с разинутым ртом, я двинулся к Гасану, стараясь не привлекать внимания и зайти с тыла теснившим его вавилонским стражникам.

Земля под ногами размокла, превращаясь в вязкое болото. Распростертые тела ополченцев и разбойников замедляли ход, вынуждая то и дело смотреть под ноги, дабы не полететь кубарем вниз. Стараясь не думать о боли и сосредоточиться на спинах врагов, я медленно, но неуклонно, шаг за шагом, приближался к цели. Лязг мечей, крики раненых и шум дождя заглушали поступь, но я все равно не рисковал срываться на бег.

Когда же приблизился к противнику на расстояние удара, от группы Гасана осталось меньше половины. С пронзенной грудью в грязь рухнул Ясмах-Нирари. Разбойники выглядели изнуренными, в их глазах появились искорки отчаяния, готовые вот-вот разойтись яростным пламенем. И, в тот самый момент, когда они хотели побросать мечи и ринуться наутек, я нанес удар в спину вавилонянину, сражавшемуся рядом с Тиридатом. Меч с хлюпающим звуком вошел меж лопаток. Воин резко выгнулся, роняя клинок, а затем, когда я выдернул оружие, рухнул на колени, поднимая фонтан брызг.

«Не благородно? Да. Подло? Без сомнения! Зато очень действенно. Да и какого благородства стоит ожидать от мушкену, ставшего разбойником?».

Воин начал заваливаться на бок. В этот момент Тиридат, заметив краем глаза, что с его товарищем что-то не так, резко отскочил от Гасана и обернулся ко мне. Его глаза широко раскрылись, то ли от удивления, то ли от моего внешнего вида. О, да. Мое, залитое кровью, лицо со вставшими дыбом волосами производило пугающее впечатление. И я не дал ему времени опомниться. Перехватив клинок чуть ниже рукоятки, с силой врезал Тиридату по голове. Раздался тихий, но мелодичный звон, и вавилонянин со стоном повалился на землю. Гасан тут же выскочил вперед, занося руку с мечом, чтобы добить оглушенного противника, но я быстро остановил его.

— Стоять! Он мне нужен живым!

— Господин Саргон? — уставился на меня мадианитянин. — Это вы ли, че ли?!

— А что, не похож? — ответил я, сплевывая.

Гасан весело загоготал:

— Вы словно демон пустыни, которого гули покусали.

— Не время для веселья, — прервал я, — свяжите его и помогите остальным. У нас мало времени.

Двое разбойников кинулись к распростертому в грязи Тиридату и заломили ему руки за спину, стягивая крепким узлом толстой веревки.

— Это тот самый неуловимый вояка? — поинтересовался Гасан, с нескрываемым любопытством разглядывая поверженного противника.

— Нет, — покачал головой я, — но он должен знать, где скрывается наша цель.

— Удрал? — Гасан многозначительно посмотрел на меня.

Я, молча, кивнул и осмотрелся.

Бой был окончен. Все представители отряда, доставлявшего столько неудобств хеттским войскам, бездыханно лежали в куче грязи, подставляя свои остывающие тела моросящему дождю. Все, кроме Этеру и Тиридата. Первый скрылся в неизвестном направлении, при этом оставив мне на память очередной шрам. И я даже