Нарушитель границ - Эмма Райц

– Добавки?

– А… Нет. Очень вкусно, правда. Но плотный ужин сбивает с рабочего фокуса.

– Все так говорят… Ладно. Тогда кофе?

– Да. Но у меня есть свой… в служебной комнате.

– Мне не сложно.

Это длилось меньше десятой доли секунды, но Андрей все равно успел заметить. Взгляд Леи спустился по его лицу к губам, но тут же судорожно вернулся к глазам.

– Как скажете.

Пока она была занята кофемашиной, мысли Андрея метались по воспаленному сознанию, как раненые звери: «Нужно завтра же поговорить с Мороком. Пусть заменят меня. Нет. Блин. Если я скажу, он сразу поймет. И отец будет задавать вопросы. И Лера. Нет. Она будет снова издевательски подшучивать. И это еще хуже. Она нарочно назначила меня сюда. Знала, что я косякну. Стальная стерва. Илья был прав».

Пока остальные сорок девять бойцов нервно слушали ее речь перед выездом, Андрей изо всех сил пытался не представлять себя наедине с ней. Эти ее лакированные шпильки. И узкое платье. И надменное лицо с острыми скулами. Его подружки сменяли друг друга с завидным постоянством. Но периодические запретные фантазии о Лере не оставляли его лет с четырнадцати.

– Все хорошо? Андрей?

Фенрир встрепенулся:

– Что?

Лея почти минуту простояла перед застывшим в задумчивости агентом и напряженно следила за его медленно расширяющимися зрачками, вперившимися куда-то в район ее солнечного сплетения.

– А. Простите, – он поднял взгляд на ее лицо, и зрачки быстро пришли в норму.

– Ваш кофе.

«Президентская дочь подает мне кофе… Что за сюр?»

– Спасибо.

– Сахар?

– Нет.

Лея убрала тарелки, огляделась в поисках своей книги и тихо произнесла:

– Спокойной ночи.

– И вам.

Она поднялась на второй этаж, а Андрей наконец-то выдохнул, упершись лбом в столешницу.

«Твою ж мать… Еще десять дней. Десять проклятых дней. Нет, Андрей. Даже не думай слиться. Агент ты или ходячий член?»

Допив кофе, оказавшийся на редкость вкусным, он сполоснул кружку, размял плечи, застегнул пиджак и вышел в холл. Сверху еле слышно шелестел звук льющейся воды. Видимо, его подопечная была в ванной.

Андрей быстро поднялся и снова осмотрел спальню Леи. Смысла в этом действии он не видел, но таковы были инструкции. Возможно, на Земле действительно существовал максимально ловкий шпион, способный преодолеть несколько барьеров охраны, проникнуть вопреки сигнализации в дом и затаиться в комнате единственной дочери президента.

Снова открыв файл с инструкциями, Фенрир поставил себе таймер на сорок пять минут до следующего обхода и разместился на диване холла. Сквозь чтение он услышал, как звук воды прервался. За ним последовал шум фена. Тихие шаги по комнате. Голос, приятно напевавший популярную мелодию.

Он тряхнул головой и продолжил читать. Инструкции были подробными, но вполне логичными. Угадывался почерк Морока. В работе своей службы он применял многие приемы, отточенные в «Фениксе». Это радовало: не было необходимости напрягаться и перестраиваться на новый лад.

«Еще пять дней здесь… Из них одно ночное дежурство. Вроде бы два или три выезда за территорию резиденции… На саммите должно быть проще. Ладно… И потом еще два дня. Терпимо. А что если я не накосячу? Вот просто. Отработаю от и до. Четко. Посмотрим, кто из нас посмеется…» – последняя мысль пришлась Фенриру по вкусу. Да. Он назло всем выполнит поставленное задание идеально. Чтобы отстали от него со своими проверками и провокациями.

На какое-то время звуки наверху прекратились. Таймер тихо пискнул, и Андрей начал очередной обход с комнат первого этажа. Поднявшись на второй, он задержался в библиотеке, разглядывая полки с книгами.

Здесь было много русской и зарубежной классики, отдельный стеллаж с прозой прошлого века, несколько рядов современных бестселлеров. Андрей с юности скептически относился к чтению художественной литературы. Почти все сочинения в старших классах за него писала жена отца.

Другое дело – техника и военное искусство. Подобных фолиантов у него был целый планшет. Философия войны, психология конфликтов, политические интриги – иной раз он мог целый выходной проваляться на диване, вчитываясь в препарированный разбор того или иного глобального противостояния.

Нужно было закончить обход. Он погасил свет в библиотеке и двинулся по коридору в сторону гостиной. Тихо. Пусто. Чем ближе Фенрир приближался к комнате Леи, тем большее напряжение испытывал.

«При отсутствии каких-либо подозрений в спальню можно не заходить. Все по инструкции, – Андрей уже готов был повернуть обратно, но какой-то микроскопической частью сознания заметил еле различимый в тишине звук. – Да ладно?..»

Вернувшись к двери, он прислушался.

– Да твою ж…

Из-за двери доносилось громкое дыхание. На полноценные стоны не тянуло, но все же. И теперь Андрей судорожно пытался понять, что ему делать: принять гипотетическое предположение, что Лея просто мастурбировала, за факт и уйти вниз или допустить вероятность чьего-то присутствия рядом с ней и… постучать? Позвонить? Или что?

Мысленно матерясь, он опустил голову, но оказался ближе к двери, чем ожидал. Лоб и древесина при резком соприкосновении издали громкий стук, лишив Фенрира возможности и дальше мучиться в выборе.

«Блядь».

Стоны резко утихли.

«Отработаю от и до. Ага… Придурок. Долбоеб…»

Он уже поднял руку, чтобы все-таки нормально постучать, хотя и понятия не имел, что сказать Лее, как дверь перед ним распахнулась.

– Э… Все в порядке? – мозг лихорадочно пытался подобрать вразумительную причину, по которой он нарушил ее покой: – Я… Мне показалось, что я слышал… всхлипывания?..

«Гениально! „Оскар“ в студию!»

Лея стояла перед ним в коротком шелковом халатике, наспех криво перевязанном пояском. Сквозь вырез Андрей периферическим зрением заметил черное кружево и до боли сжал челюсти.

– Нет, я… Я…

В этот момент он понял, что Лея тоже пыталась быстро что-то ответить, но ее расширенные зрачки и румяная кожа выдавали ее с потрохами.

И еще. Андрей прищурился. Какой-то странный тихий звук раздавался из глубины комнаты. Равномерное жужжание…

«О, черт!»

– Я размышляла вслух! – Лея поняла, что он что-то заметил, и заговорила громко, лишь бы Андрей не догадался. – Со мной такое бывает. Увлекаюсь и начинаю говорить сама с собой. Все нормально!

Но было поздно. В глазах Фенрира плясали чертики, а его губы напряженно сжались, удерживая серьезность на лице.

– Спокойной ночи! – Лея неестественно улыбнулась и захлопнула перед ним дверь.

Сделав несколько шагов к лестнице, он не выдержал и тихо рассмеялся: «Шалунья. Блин, и ведь не расскажешь никому… что застал президентскую дочь в компании с вибратором. Одни не поверят, вторые пристрелят».

Но юмор ситуации помимо его воли вдруг сменился непрошеной мыслью о том, как аппетитно она выглядела в тот момент, когда Андрей прервал ее путь