Клубок со змеями - Павел Сергеевич Марков

какой-то предмет и бросил его передо мной.

— Покажешь это нашим воинам, если вас остановят. Чтобы не прибили по оплошности.

Я взглянул на предмет и похолодел. Это оказалась небольшая круглая печать в форме двуглавого орла.

«Бойся хеттского орла, Саргон!».

Дрожащей рукой я взял печать и спрятал за поясом. От Хандаипаты не скрылась перемена в моем настроении.

— Что с тобой? Задача есть слишком трудная?

— Нет, — натянуто улыбнулся я, — просто перегрелся на солнце.

Хетт хмыкнул:

— Видимо. Ну, тебе все ясно?

— Да, — я постарался взять себя в руки.

— Тогда разговор окончен. Уверен, ты найдешь дорогу назад.

Развернувшись, я уже собирался выйти наружу, как услышал голос Хандаипаты:

— Саргон.

Я обернулся через плечо.

— Не советую водить меня за нос. Если я заподозрю тебя в чем-то, то тебе недолго ходить по земле. Найду в любой пустыне, в какой бы ни скрывался.

Легкий холодок пробежал по спине, но мне удалось сохранить самообладание:

— Это угроза?

— Нет, — широко улыбнулся хетт, — это есть обещание.

[1] Свиньи в Хеттском царстве считались нечистыми животными, их не приносили в жертву и не употребляли в пищу.

[2] Великая Мать — главное женское божество хеттской мифологии.

[3] Шавушка — хурритская богиня плодородия, войны и исцеления, впоследствии заимствованная хеттами в свой пантеон.

[4] Лабарна (табарна) — часть титула хеттских царей. Вероятно, происходит от имени первого хеттского царя Лабарны.

12

Уже почти стемнело, когда мы вернулись в лагерь. Отблески лучей заходящего солнца отражались от массивных туч, приближающихся с юга, придавая им страшный вид. Сезон дождей надвигался на Междуречье, подобно неумолимому войску. Вечерние сумерки то и дело озаряли вспышки молний, которых становилось все больше. Ветер шумел в кронах пальм, налетая сильными порывами и приводя в беспокойство верблюдов. Животные чувствовали грозную стихию.

Спешившись, я направился к своей палатке, мечтая лишь о двух вещах — крепкой выпивке и циновке. Ассирийцы же ушли в дозор. Словно чувство усталости им было не ведомо. Честно говоря, я был только рад покинуть их общество. Будто тяжелый груз упал с плеч.

Войдя внутрь, я застал там Бастет. Нубийка ходила взад-вперед по маленькому пятачку, скрестив руки на груди и нервно теребя волосы.

Завидев меня, она резко подскочила и влепила громкую пощечину:

— Во имя Ра, где тебя носило?! За тобой гонялась Сехмет[1] по всей округе?!

Однако уже в следующий миг она обхватила мою шею руками, крепко прижавшись всем телом. Я молча обнял ее за талию.

— Жив, — прошептала она мне на ухо.

— Да, хотя чувствую себя, как покойник, — попытался пошутить я, но вышло не очень.

— Это поправимо. Но почему так долго?

— Дело оказалось непростым, — я чуть отстранился и посмотрел ей в глаза, — но давай по порядку. Очень пить хочется.

— Конечно, — она вяло улыбнулась и, разомкнув объятия, подала мне кувшин с вином, — ничего, что пальмовое?

— Да хоть ослиное, — я с жадностью опустошил треть сосуда, с наслаждением ощущая, как жидкость смачивает горло, — спасибо, теперь намного легче.

— Рассказывай, — в ее голосе прозвучали нетерпеливые нотки.

Я присел на циновку, облокотившись на правую руку, а левую устроив на согнутом колене. Снять доспех оказалось выше моих сил.

— Я встретился с одним из хеттских командиров. Он позволил нам заполучить часть добычи, но выставил условия.

— Ожидаемо, — коротко бросила Бастет, скрещивая руки на груди, — и каковы эти условия?

Я вздохнул:

— К сожалению, на легкую прогулку рассчитывать не придется. Хандаипата, — при упоминании имени хетта в ребристой шапке Бастет вопросительно вскинула левую бровь, и мне пришлось пояснить, — тот командир, с которым у меня была встреча. Он потребовал, чтобы мы уничтожили отряд вавилонских лазутчиков, действующих в западном пригороде, а их лидера доставили в хеттский лагерь. Живым.

— Да, это будет непросто, — кивнула нубийка, — но, полагаю, выбора у нас нет?

Я кивнул:

— Именно.

— Уже придумал какой-нибудь план?

Я протянул руку к кувшину и сделал один большой глоток:

— Есть пара мыслей.

— Что за мысли?

Я отпил еще немного и решительно отставил сосуд в сторону, боясь захмелеть:

— Они стараются действовать под прикрытием лучников на стенах.

Бастет нахмурилась:

— Плохо.

— Да, это сильно осложняет дело. К тому же, мало не попасть под обстрел вавилонских стрелков, надо еще выследить отряд.

— И как это сделать?

— Я придумал несколько ходов. Первый — подождать, пока хетты пойдут на штурм и ворвутся с севера через ворота Иштар. Тогда лучникам придется покинуть западную стену, дабы помочь осажденным выбить врагов из города.

Бастет покачала головой:

— Нет, не годится.

— Почему?

— Если хетты прорвутся внутрь, то этот вавилонянин не станет отсиживаться в пригороде, а вернется за стены. И тогда мы не поймаем его. Живым так точно.

Я задумчиво погладил бороду:

— Да, ты права, я не подумал об этом.

На губах Бастет заиграла озорная улыбка:

— Ну, ты же не воин. Откуда тебе знать?

— А, да? Спасибо, что напомнила, — съязвил я.

— Так, что за второй ход?

— Второй ход… — я выждал паузу, а затем выдал, — мы их выманим.

Глаза нубийки округлились:

— Чего?

— Зайдем в пригород, якобы за грабежом и в поисках припасов, да спровоцируем на атаку.