Клубок со змеями - Павел Сергеевич Марков

— Почему?

Как всегда, ответ прозвучал спокойно и невыразительно:

— Стрела, пущенная с высоты, способна поражать цели на больших расстояниях.

Переведя взгляд на величественные каменные стены Вавилона, я понял, что он прав. Даже стало немного неловко. Стоило подумать об этом самому. Прищурив глаза и прикрыв их ладонью от солнца, я вгляделся в знакомые укрепления. Отсюда могло показаться, что стены города пусты и безлюдны, но это ощущение было обманчивым. Вскоре я начал замечать едва уловимые движения между башнями и зубцами оборонительной линии — защитники Вавилона оставались на своих местах и контролировали каждый участок городских стен. Уверен, они заметили нас задолго до того, как мы — их. Западный пригород, раскинувшийся прямо под стенами и долгое время служивший мне домом, с виду казался покинутым. Скорее всего, так оно и было, а все его жители нашли убежище по ту сторону массивных укреплений. Бросив мимолетный взгляд на ряды бедняцких хижин, я почувствовал легкий приступ нахлынувших воспоминаний — жизнь простого ремесленника, зарабатывающего на хлеб постройкой халуп для мушкену. Ремесленника, который любил проводить время в здешней таверне вместе со своим другом Сему…

«Сему. Где-то здесь находится твоя могила. Так, по крайней мере, сказал мне Бел-Адад, этот верный пес Ламашту!».

Я так погрузился в прошлое, что не сразу расслышал, как Джераб-Зайя обратился ко мне.

Пришлось переспросить:

— Что ты сказал?

— Что дальше? — спокойно повторил тот.

Отогнав подальше навязчивые воспоминания, я еще раз окинул пристальным взором окрестности. Со стороны Евфрата дул влажный и прохладный ветерок.

— Обойдем город с запада и приблизимся к лагерю хеттов. Думаю, пришла пора нам засвидетельствовать царю Мурсилису свое почтение и раскрыть наше присутствие.

— Они знают, что мы здесь, — встрял в разговор Тиглат-Атра.

— Да? — я вскинул брови. — Откуда?

— Их лазутчики обнаружили наш лагерь прошлой ночью.

— Почему мне не сказали?

Тиглат-Атра вперил в меня свой взгляд. Вместо уже привычного каменного выражения, я узрел нечто иное. Ассириец смотрел на меня, как на идиота:

— Это было неизбежно.

— Верно, — признал свою глупость я и слегка покраснел, — тогда тем более не стоит откладывать наш визит.

Держась на почтительном расстоянии от городских стен, наша троица стала медленно огибать город с западной стороны. Хеттское войско встало лагерем к северу от Вавилона на левом берегу Евфрата, поэтому, чтобы попасть туда нам пришлось проехать чуть дальше в поисках переправы.

Идея самолично отправиться к хеттскому царю, как и мысль взять с собой только ассирийцев, родилась у меня в тот же день, когда состоялся разговор с египтянином. К сожалению, в словах Себекхотепа имелся смысл. А ассирийцы, как ни крути, были идеальными спутниками для переговоров с воинственным народом. Поэтому ради успеха я решил пойти на риск.

Естественно, когда я сообщил о своем решении Бастет, та пришла в ярость.

— Сет тебе мозги высушил?! — накинулась на меня она, размахивая руками и мечась по палатке, словно львица в клетке.

— Позволь мне объяснить… — аккуратно начал, было, я, но перебить Бастет не так-то просто.

— Какие объяснения?! Этому безумию не может быть никаких объяснений! Мало того, что ты с какой-то стати решил не допускать меня к хеттам, так еще и соизволил сам отправиться к ним, да в сопровождении ассирийцев!

— Тебе нельзя идти.

— С чего это?! — резко остановилась она, раздувая ноздри, как бешеный бык.

— Хетты не воспринимают женщин, как предводителей мужчин.

— Откуда ты знаешь?

— Тарару поведал, — соврал я. Говорить о том, что получил эти знания от Себекхотепа — себе дороже.

Бастет отстегнула от пояса меч и со злобой швырнула его о землю;

— Варвары!

Она тяжело дышала. Широко расставленные ноги были напряжены, а кулаки непроизвольно сжимались и разжимались. Я подошел к ней сзади и опустил руки на плечи. Бастет не стала сопротивляться, поэтому я нежно заключил ее в объятия, сцепив руки у нее чуть ниже груди.

Ощутив, что она немного расслабилась, я мягко произнес:

— Послушай, я понимаю, что тебе хочется самой возглавить гонцов, но это слишком рискованно. По той причине, что я ранее озвучил.

— Варвары, — тихо, но со злобой в голосе, повторила нубийка.

— Поэтому предоставь это мне, — я поцеловал ее в шею.

— Но зачем ты идешь?

— Мне кажется, один из нас обязан наблюдать за ходом встречи.

— Верно, — она окончательно расслабилась, но теперь в ее голосе зазвучала тревога, — но почему ты выбрал ассирийцев? Это же глупо и безрассудно! Возьми Гасана и Тарару. Они…

— Не так внушительно выглядят, — перебил ее я, чуть крепче сжимая, — ассирийцы просто идеальные спутники в делах, что касаются переговоров в военных вопросах. Не думаю, что стоит пояснять почему.

— Один из них предатель.

— Да. Но не думаю, что он мне что-то сделает. Ведь Тиглат-Атра до сих пор не знает, где спрятал свои сокровища Азамат.

— Это безумие! — выпалила она. — Просто отправь на переговоры кого-нибудь вместо себя. Гасан очень предан тебе, он расскажет все без утайки.

Я покачал головой. Видя мою непреклонность, Бастет сдалась. В конце концов, она согласилась с моими доводами. Однако в ее взгляде сквозила нескрываемая тревога.

11

На берегу мы обнаружили несколько рыбацких лодок. Их будто нарочно оставили для нас.

— Привяжем верблюдов и в путь, — сказал я, спешиваясь.

Ассирийцы молча последовали за мной. Привязав животных к колышкам, мы спустились к кромке воды. Евфрат сегодня находился в хорошем расположении духа и не окатывал случайных путников крупными волнами. Поправив меч на поясе, я взглянул на противоположный берег. В тот момент он казался мне таким далеким и недостижимым, словно