Мятежный рейд - Валерий Михайлович Гуминский

себя весьма неприлично. Он то ли головой долбился о стенку, то ли ногами сучил — но от этих действий у меня спина снова заледенела. Остановив лошадку, я спрыгнул на землю, открыл дверцу, и примерившись, кулаком по темечку угомонил Рэйджа. Пусть дальше спит. Как раз успею до гостиницы доехать.

Почтовые гостиницы относятся к категории королевских заведений, поэтому её работники обеспечивают деятельность круглосуточно; вот и сейчас у входа небольшая суета. Приехал какой-то важный господин с семьёй. Возле большой дорожной кареты стоит куча сундуков, баулов и чемоданов, которые предстояло перетащить внутрь. Несколько слуг, навьючившись как верблюды, бегали в мыле с улицы в помещение и обратно.

Опять незадача! Сколько же придется ждать, пока угомонятся? Оставлять Котрила одного нельзя. Придёт в себя и снова начнет хулиганить. Какому-нибудь любопытному слуге придет в голову посмотреть, что здесь происходит, и боюсь, картина ему не понравится.

Но — повезло. Через четверть часа кучер погнал карету на конюший двор, и я, оставив свою добычу возле забора, куда с трудом дотягивался свет фонарей, бросился в гостиницу. Там до сих пор толпились слуги и семейство с усталыми и хнычущими детишками, коих было четверо: мал-мала меньше.

— Сударь! — ко мне наперерез устремился мощный детина с дубинкой на кожаном поясе. — Не положено сюда!

— Я к эрлу Толессо по срочному делу, — выхватит конверт, помахал им перед носом охранника. — Письмо из Рувилии. В каком нумере он проживает?

— Не могу знать, — ошалело ответил детина. — Сейчас клерка спрошу.

Он бросился к стойке, за которой торчали двое взлохмаченных мужчин в коричневых жилетках, один из которых судорожно записывал в амбарную книгу данные о прибывших. Я в нетерпении постукивал ногой по полу. Да быстрее же, Кракен вас всех проглоти! Где поселились старики, мне было известно, но приходилось играть роль почтового гонца, самого несчастного человека, проводящего всю жизнь в дороге.

— Второй этаж, десятый номер, — наконец, вернулся охранник.

— Спасибо, дружище! — я рванул наверх, как будто за мной гналась стая бешеных волков.

Была глубокая ночь, и вряд ли сейчас кто из стариков-аристократов бодрствует. Придется громко стучать, переполошив всю гостиницу. Но, на мое счастье, возле двери нужного номера на маленькой скамеечке сидел пожилой мужчина в охотничьем костюме, чьи поседевшие усы показались мне знакомыми. Он вытянул ноги в проход и дремал, сложив руки на груди.

— Стоять! — рыкнул мужчина тихо. — Не велено шуметь!

— Руфин, здорово, чертяка! — я тяжело выдохнул и оперся рукой о стену. — Срочно буди хозяина!

— Игнат? Какого чёрта ты тут делаешь? Тебя же утром ждут!

Ага, даже не удивился, увидев меня. Где он был, интересно, когда мы всей компанией приехали из порта в гостиницу? Выполнял задание эрла Эррандо?

— Мне нужно поговорить с твоим хозяином, дружище, — я всем видом показывал, что дело не терпит отлагательств. — И ещё… ты тоже понадобишься.

Я сбросил плащ и продемонстрировал залитый кровью кафтан.

Руфин, молодец, не стал задавать всякие глупые вопросы, не имеющие никакой ценности. Он вскочил и простучал в дверь какой-то замысловатый сигнал, который при желании не повторишь. Ждали мы недолго. Гайо — второй егерь из загородного особняка эрла Толессо — впустил нас, держа в одной руке шпагу, а в другой — магический фонарь над головой, умерив его свечение.

— Буди хозяина, — сказал с порога Руфин. — Дело срочное.

— Дружище, — я посмотрел на старого егеря, — возле забора стоит карета, а в ней — человек, за которого на нас всех прольётся королевское благо. Я его пока слегка прибил, чтобы не шумел. Надо бы присмотреть за ним.

— Сделаю, — егерь кивнул. — Дверь за мной закрой.

Пока я возился с замком, из спальни вышел эрл Толессо в ночном халате и с забавным колпаком на голове.

— Дай побольше света, — приказал он Гайо, и пока тот настраивал фонарь постукиванием по донышку, оценивающе смотрел на мою рану. — Как тебя угораздило? Кровищи как из свиньи вытекло.

— В засаду попал, — я тяжело протопал на середину комнаты, марая ковер, и сел на стул. — Мой денщик был неосторожен, по нему и меня нашли. Кто же знал, что вы все поселитесь в одной и той же гостинице. Пришлось рисковать, чтобы сюда вернуться.

— Другие постоялые дворы — сплошь грязь и клопы, — усмехнулся эрл Эррандо. — Гайо, буди остальных. Полагаю, у Игната есть чем нас порадовать.

— Есть выпить? — в глотке стояла такая сухость, что приходилось проталкивать слова с большим трудом. Огляделся по сторонам. На столе какая-то девственная чистота. Слуги постарались убрать?

Эрл Эррандо понятливо кивнул и дойдя до буфета, вытащил оттуда початую бутылку «Идумейского». Я с жадностью присосался к горлышку и опустошил бы её, но тут в комнату набились заспанные и недовольные графы вместе с маршалом. Но вид моего кафтана сразу же взбодрил их.

— Надо сказать слугам, чтобы занялись твоей одеждой, Игнат, — предложил граф Стини.

— Спасибо, милорд, но не сейчас, — отмахнулся я и бросил на стол конверт. — Первым делом прочитайте послание… Надеюсь, в этом письме находятся все ответы.

— Что за письмо и как оно попало к вам? — маршал проявил недюжинную прыть и первым овладел трофеем.

— Я поймал Котрила, — еще один глоток вина не помешает. Вот теперь легче. — Видите, это едва не стоило мне жизни, но не зря кондотта верит в мою удачливость. Даже побаиваться начинаю.

— Поймали того самого человека, о котором вы несколько часов назад говорили как о связнике? — переспросил граф Чиркоп, снова начавший набивать трубку табаком. Он с ней спит, что ли?

— Именно. Рэйдж Котрил, собственной персоной. У него было письмо. Я его не читал, милорды…

— Петрик Тенгроуз! — завопил маршал, потрясая бумагой. — Вот кто мутит воду в Фарисе и Тауре! Господа, мы должны немедленно отправляться в столицу и донести до короля истинное положение дел!

— А кто это такой? — поинтересовался я, допивая последние капли божественного нектара.

— Пятый герцог Тенгроуз — не буду называть его многочисленные титулы — является наместником южных провинций Мелория и Виниум, фактически — правитель этих земель. Семейство Тенгроузов всегда во всеуслышание смело заявляло, что их род является близкородственным к первым правителям Дарсии. Якобы какая-то там бабка по женской линии вышла замуж за